Вернись и расскажи. Том I - Олег Васильевич Волков

Специально для проведения медицинских комиссий в госпитале, на четвёртом этаже главного корпуса, имеется отдельный кабинет. Это почти пустая комната. У дальней стены стол на троих человек, за которым сейчас и сидит председатель комиссии полковник Хрунов. Над его головой висит парадный портрет товарища Лоррай, председателя совета министров Вигрона. Взгляд всесильного бюрократа очень строгий и немного надменный.

Кто такой, как зовут и чем занимается третий член комиссии Егор не имеет ни малейшего понятия, но для своих сорока с хвостиком лет выглядит она очень даже потрясающе. На строгом лице женщины военного медика минимум косметики, но за собой она явно так же строго следит. Белый халат и мундир безуспешно пытаются скрыть нехилую грудь.

Сколько же можно думать о бабах? Егор отвёл глаза от самого симпатичного члена медицинской комиссии. Вот уж точно пора им с другом выписаться из госпиталя и отправиться в Анселию, городок рядом с военной базой Ныргал, на поиски веселья, выпивки и подружек.

Егору и Араму присесть не предложили. Ну правильно, им, как полностью здоровым бойцам народной армии Вигрона, полагается стоять перед членами комиссии на вытяжку. А иначе они не поверят.

Подполковник Шангур специально испортил отработанный годами ритуал медицинского освидетельствования выздоровевших солдат и офицеров. Места за столом для него не нашлось. Специально для зама командира «Горных егерей» принесли пластиковый стульчик. Судя по белой слегка сероватой спинке из столовой госпиталя. Полковник Хрунов внимательно слушает майора Зилуча, однако то и дело бросает недовольные взгляды на подполковника. Егор мысленно закатил глаза. Что сейчас будет!

– Мною, как лечащим врачом, вынесено предложение отправить рядовых Калабина Егора Гурьянича и Володина Арама Антоновича в почётную отставку по состоянию здоровья с выплатой положенных по закону пенсионного содержания. У меня всё, товарищ полковник, – майор Зилуч наконец-то опустил планшетник и выразительно глянул на главврача госпиталя.

А что, если их так и не оставят на действительной военной службе? От столь ужасной мысли коротко стриженные волосы недовольно зашевелились. Егор поёжился, будто в кабинете резко похолодало. Ведь, если разобраться, кроме перспективы застать ядерную войну, их поджидает ещё один страх – провалить самое первое задание. И что тогда? Егор на миг прикрыл глаза, даже думать об этом не хочется, но надо. Ладно, если «Другая реальность» просто убьёт их быстро и без особой фантазии. А если нет? А если они с Арамом так и застрянут на Ксинэе? И это ещё не известно, какой вариант хуже. Может статься, даже погибнуть под ядерной бомбой, или даже сдохнуть от лучевой болезни, будет благом по сравнению с долгой жизнью в мире, где отгремела ядерная война.

Главврач госпиталя медленно повернул голову в сторону подполковника Шангура и неторопливо, зато с огромным величием, произнёс:

– Сейчас мне полагается вынести вопрос об отстранении рядовых Калабина и Володина на голосование. Только я не сомневаюсь, что предложение майора Зилуча будет принято. Однако, как я вижу, у вас, товарищ подполковник, имеется особое мнение. Иначе зачем вы явились на медкомиссию?

Главврач недоволен, очень недоволен присутствием здесь подполковника Шангура. Однако элементарная вежливость и воинский устав требуют от него соблюдения приличий.

– Да, вы правы, – подполковник Шангур кивнул. – Разрешите обратиться к майору Зилучу.

– Разрешаю, – ответил полковник Хрунов, хотя, судя по тону, ещё больше ему хочется разрешить подполковнику провалиться к чёртовой матери.

Как бы то ни было, суровый, важный и недовольный вид главврача ничуть не смутил подполковника.

– Товарищ майор, извините, я не силён в медицине, – начал подполковник Шангур, – поэтому прошу вас ответить просто, без использования ваших медицинских терминов: рядовые Калабин и Володин физически здоровы?

Вопрос явно не понравился заму отделения, но куда он денется.

– Физически рядовые Калабин и Володин полностью здоровы, – произнёс майор Зилуч. – Проведённые нами обследования и тесты не выявили никаких отклонений. Конечно, рядовые Калабин и Володин несколько подрастеряли былую физическую форму, необходимую для бойцов специального подразделения «Горные егеря». Но это временная трудность. При должной тренировке они в кратчайший срок смогут восстановить необходимую физическую форму и выносливость.

Миллион линдов на кон (местная валюта такая), майор противен сам себе. Однако, и это тоже надо признать, на явную ложь или красивую полуправду он так и не решился.

– Отлично, – подполковник Шангур явно обрадовался такому ответу и не счёл нужным скрыть это факт от членов комиссии. – А теперь скажите, пожалуйста, на основании каких исследований и тестов вы пришли к выводу о негодности рядовых Калабина и Володина к действительной военной службе?

Майор Зилуч помрачнел ещё больше, но вновь никуда не делся.

– Специально для вас я не буду углубляться в медицинские дебри, но смею заверить вас, что мы подвергли рядовых Калабина и Володина ряду психологических тестов.

– И насколько достоверны проведённые вами психологические тесты рядовых Калабина и Володина? – подполковник Шангур упрямо гнёт своё, ещё бы понять, куда он гнёт.

– Прекратите, товарищ подполковник, – неожиданно вмешался полковник Хрунов. – Голова – дело тёмное, и вы это прекрасно знаете. Ни один из проведённых нами психологических тестов рядовых Калабина и Володина не даст стопроцентной гарантии как того, что они оба психически полностью здоровы, так и то, что они оба психически нестабильны и могут сорваться в любой момент.

– Тогда почему вы склонны отстранить рядовых Калабина и Володина от действительной военной службы? – спросил, словно ткнул кулаком в глаз, подполковник Шангур.

– Потому, что ни я, ни мои подчинённые не хотим брать на себя и на свою советь риск возможных последствий. Если в самый неподходящий момент один из рядовых потеряет память, либо впадёт в кому, либо запихнёт гранату без чеки себе в штаны, то