Проклятый - Azzgrim

Я все это время двигался по шаблону? Все было предугадано и предусмотрено? Да в жизни не поверю! Воплотив «Небесный эфир», я замахнулся, дабы разрубить книгу пополам… Но когда лезвие уже почти коснулось ее, то неведомая сила остановила меч. А затем он просто растаял у меня в руках. Да что за чертовщина тут творится?! В ярости я подбежал к книге и попадался разорвать её, но меня отбросило к стене комнаты, а она левитируя вернулась на свой пьедестал. Немного успокоившись, встав, отряхнувшись и подойдя к пророчеству, я открыл страницу, на которой было написано, как я читаю его… Но… Дальше шли пустые страницы. До конца книги я не встретил ни единого слова, штриха или чего-то подобного. Что все это значит? Выйдя из комнаты, я хотел найти любое попавшиеся существо и проверить видит ли оно слова после момента, где я читаю пророчество, но как назло в этой огромной библиотеке очень легко потеряться среди высоченных стеллажей с книгами, пока не встретил старого нового знакомого — то щупольцевидное существо в позолоченной маске и синей мантии до самого пола. Оно сидело за столом с кучей книг и, видимо, с помощью телекинеза перелистывало страницы…

— Даров, не поможешь? — Без всяких церемоний начал я

— О-о-о, это же сам Деймон Кламенлот! И чем же я могу помочь? — Существо вспарило в воздух, подлетев со стула — теперь голосом в голосе больше слышался мужчина.

— Просто Деймон. И откуда ты вообще мою фамилию узнал?

— Все просто. Когда ты официально вступаешь в общество Шарков, в архивах появляется подробная информация о всей твоей жизни.

— Тц, а я даже согласия не давал, ладно не суть, мне нужно, чтобы ты прочитал пророчество Мариотта после одного момента.

— И все? Ладно уж, товарищу по учебе помочь не откажусь. — Через несколько минут, мы вернулись в комнату с пророчеством, я ещё раз перечитал момент, где я читаю его, и, вот незадача! После него «проявился» момент с тем, как я ищу помощника в прочтении книги. Это что же получается? Пророчество не написано до конца? И как-то заколдовано следить за мной и вписывать мои шаги в жизни? Жидахуарт (так звали моего знакомого осьминога) подошёл к книге и перелистнул страницу после части поиска помощника…

— Ты видишь что-нибудь? — С нетерпением спросил я

— Да, но… Тут какая-то белиберда. Как будто слова написаны на словах, и они занимают все свободные места… И ещё… — Гуманоидно подобный осьминог осекся на полуслове.

— Что ещё?

— Я вижу, вижу продолжение, сейчас рас… — Он вновь осекся… И как будто остекленел, застыл на месте.

— Эй. Ты чего? — Вдруг осьминог резко повернулся ко мне.

— ТЕБЕ НЕЛЬЗЯ ЗНАТЬ БУДУЩЕЕ! ТО, ЧТО СТОИТ ВЫШЕ БОГОВ, НЕ МОЖЕТ ЭТО ДОПУСТИТЬ! — Маска слетела, обнажая лицо моего нового знакомого… и вправду осьминог. И как же он прятал восемь щупалец за такой маленькой маской?

— Не ори! Что значит “то, что стоит выше богов”? — Осьминог резко пришел в себя, увидел, что на нём нет маски, зашевелил пламенными, как огонь, зрачками. Когда он нашел маску, тут же надел ее и наконец обратил на меня внимание.

— О чем ты? Ладно, мне пора, извини, но эти каракули, что там написаны, не разберёшь. — Жидахуарт испарился, видимо, телепортировавшись. Он что? Не помнит, что выкрикнул? Или это был не он? В любом случае, знать мое будущее мне не дано. По всей видимости «То, что стоит выше богов», мне этого не позволит. Но все же, что значит «Слова написанные друг на друга»? Неужели?! В пророчестве есть несколько путей развития, и тот, который я выбрал, записывается в книгу? Если так, то откуда некоторые, кого я встречал, уже знают, как я прошел свой путь? Значит ли это, что читали они его совсем недавно? Или же некоторым существам открыто откровение? С этими мыслями я отправился к своей капитанской каюте на стык районов… Там меня уже ждала Белла вместе с Дзорой.

— Что ты хотела, учитель?

— Как что? Все новые ученики проходят вступительные испытания, и если все пройдет благополучно, то это отпразднуют большим пиром на весь замок. Переодевайся, а то в твоей порванной, да ещё и окровавленной одежде идти на пир совсем не комильфо.

— Ну раз так, сию минуту! — Пир, да ещё и для меня! Предвкушение его уже теребило душу. Зайдя в свою комнату, переодевшись в более-менее парадную одежду, я отправился на пир… Дзора донес нас до высокого донжона — широкой башни, где обычно жили владельцы замка, или это была оружейная, продовольственный склад или что-то подобное. Но на этот раз это было место праздника. Подлетев на место для летающих ездовых животных, мы спустились в само место действа. Нас встретили высокие и широкие, как огры, големы. У одного из них из глаз, как молния, появился луч, направленный в нас, сначала он был жёлтым, потом же он стал зелёным, и големы разошлись, пропуская нас внутрь донжона… Внутри меня сразу окатила туча звуков. На невысокой маленькой сцене играл на лютне менестрель и пел какую-то балладу для поддержания атмосферы пира. Повсюду находились самые различные существа — и все Шарки. Когда я с Беллой вошёл в помещение для самого пира, все остановили празднование и внимательно посмотрели на меня. Я смутился — не привык к такому вниманию, да ещё и все молчат, но улыбаются. Я встал, как вкопанный…

— Что, все резко поскупились на похвалу? — Разрядила обстановку Белла. Шарки переглянулись, а затем подняли с маленьких столиков рядом с ними кто бокалы, кто пивные кружки и в одноголосье выкрикнули…

— ПОЗДРАВЛЯЕМ! — И громко засмеялись. Надо же, я думал тут все будут суровые маги и воители, но, кажется, ошибся… Внезапно ко мне подлетело неизвестное существо, похожее на мартышку, которая летает путем раскрутки своего хвоста, и протянуло мне бокал с красной жидкостью внутри. Вино… Белла также взяла и себе бокальчик.

— Пойдем, скоро повара приготовят еду, а она, поверь, сногсшибательная. — По пути меня лично поздравляли Шарки, стукаясь то бокалом, то большой пивной кружкой, попутно поздравляя с вступлением в ученики. Откуда-то я услышал щелчок пальцев, и через секунду в середине вспыхнули огни, которые впоследствии превратились в длинный стол, украшенный серой скатертью… Ещё один щелчок, и появились удобные стулья с сидушками из кожи. Меня посадили, как главную затею сея пира, — в конец стола — так, чтобы я видел всех, кто пришел… Белла села рядом. Ещё один щелчок, и на столе появилась еда… Сколько же здесь всего было: и фрукты,