Свободное владение Фарнхэма - Роберт Хайнлайн

– Я как раз хотел поговорить об этом. Обрабатывать землю я там не смогу. Но зато, если я, например, по-прежнему буду охотиться и для нас и для вас… нельзя ли мне, когда я принесу вам мясо, взять столько же овощей?

Его отец улыбнулся.

– Кажется, мы возродили коммерцию. А мы сможем снабжать тебя глиняной посудой, тогда тебе не придется строить собственную печь для обжига. Дьюк, одним словом, обдумай, что тебе будет нужно, и завтра ты и мы с Джо начнем переносить все это в вашу пещеру. Особенно не стесняй себя. Вот только… – Что?

– Книги – мои! Что бы тебе не потребовалось посмотреть в книгах, тебе придется каждый раз приходить сюда. В моей библиотеке книги на дом не выдаются.

– Что ж, это справедливо.

– Я не шучу. Ты можешь одолжить у меня бритву, можешь взять мой лучший нож. Но попробуй только упереть хоть одну книжку, и я спущу с тебя шкуру и переплету эту книгу в нее. Всему есть предел. Ну, ладно, я пойду предупрежу Джо, и уведу куда-нибудь Барбару. Постараемся не появляться до темноты. Желаю тебе удачи и передай Грэйс, чтобы она не обижалась. Она все равно злится, но все же передай. Рай создать можно только вдвоем, а ад очень просто устроить и в одиночку. Не могу сказать, что в последнее время я чувствовал себя счастливым, и, возможно, Грэйс немного умнее, чем мы считаем.

– Кажется, таким образом ты просто вежливо посылаешь нас к черту?

– Не исключено.

– Ладно, что бы ты ни имел в виду, желаю того же самого и тебе. То, что я ухожу из дому при первой возможности – тоже вовсе не случайность.

– Тише! Ну, ладно, ладно! – Его отец повернулся и направился прочь.

Джо ничего не сказал. Он только заметил, что ему лучше пойти и прорыть еще несколько оросительных канавок. Барбаре ничего не говорили до тех пор, пока они не остались одни.

Хью взял с собой немного еды: несколько лепешек, вяленого мяса, два помидора и фляжку с водой. Еще он захватил ружье и одеяло. Они поднялись на холм и расположились немного выше могилы в тени одинокого дерева. Хью заметил, что на могильном холмике лежат свежие цветы и подумал: «Неужели это Барбара поднималась сюда?». Подъем давался ей с большим трудом – чтобы подняться сюда им понадобилось довольно много времени. Или это сделала Грэйс? Но это казалось еще менее вероятным. Затем разгадка пришла ему в голову: Джо.

Когда Барбара удобно расположилась, улегшись на спину с согнутыми в коленях ногами, Хью спросил:

– Ну?

Она долго молчала. Затем ответила:

– Хью, мне ужасно жаль, что так получилось. Ведь это я виновата, да?

– Ты виновата? Только потому, что не вполне нормальная женщина испытывает ненависть по отношению к тебе? Ты же сама как-то говорила мне, что не стоит упрекать себя за недостатки других людей. Неплохо, если бы ты сама последовала своему совету.

– Я не о том говорю, Хью. Я имею в виду потерю твоего сына. Грэйс не смогла бы уйти без Дьюка. Он что-нибудь говорил? Обо мне?

– Ничего, кроме той навязчивой идеи, которая овладела Грэйс. А что он должен был говорить?

– Не знаю, имею ли я право рассказывать? Но, в любом случае, расскажу. Хью, после смерти Карен, Дьюк просил меня выйти за него замуж. Я отказала ему. Он был обижен. И удивлен. Понимаешь… Ты знаешь насчет Карен и Джо?

– Да.

– Я не знала, сказала ли тебе Карен. Когда она решила выйти замуж за Джо, я решила, что мне тоже придется выйти замуж за Дьюка. Карен считала это само собой разумеющимся и я даже как-то упомянула, что собираюсь сделать это. Возможно, что она рассказала об этом Дьюку. Во всяком случае, он ожидал, что я скажу ему «да». А я ответила «нет». Он был оскорблен. Прости меня, Хью. Если хочешь, я скажу ему, что передумала.

– Не спеши! Хоть на мой взгляд ты и совершила ошибку, я не хочу, чтобы ты исправляла ее ради моего удовольствия. Что ты теперь намерена делать? Может быть, ты теперь собираешься выйти замуж за Джо?

– Джо? Нет, я и в мыслях не имела становиться женой Джо. Тем не менее, я с не меньшей готовностью выйду замуж за него, чем за Дьюка. Хью, я всегда готова делать то, что мне нравится. А мне нравится то, что нравится тебе. – Она перевернулась набок и взглянула на него. – Да ты и сам знаешь это. Если ты хочешь, чтобы я вышла за Джо, я выйду за него. Если ты хочешь, чтобы я стала женой Дьюка, я стану его женой. Ты только скажи, а я сделаю все, что угодно.

– Барбара, Барбара!

– Я не шучу, Хью. Я готова на все. Я полностью подчиняюсь тебе. Не в чем-то одном, а целиком и полностью. Да разве я не этим была занята все время, что мы здесь? Я играю строго по книге.

– Не городи чепуху.

– Если это чепуха, то это – правдивая чепуха.

– Возможно. Но я хочу, чтобы ты вышла замуж за того, кто тебе нравится.

– Это единственное, что я не могу сделать. Ты уже женат.

– Ох.

– Ты удивлен? Нет, просто я удивила тебя тем, что заговорила об этом, после столь длительного молчания. Но так оно и есть, и так было всегда. И поскольку я не могу выйти замуж за тебя, я выйду замуж, за кого ты скажешь. Или никогда не выйду замуж.

– Барбара, а ты бы согласилась выйти замуж за меня?

– ЧТО ТЫ СКАЗАЛ?

– Ты согласилась бы стать моей женой?

– Да.

Он потянулся к ней и поцеловал ее. Она ответила на его поцелуй, прижавшись губами к его губам и полностью отдавшись на его волю.

В конце концов он оторвался от нее. – Ты не хочешь немного поесть?

– Пока нет.

– Я подумал, что нам, возможно, придется что-нибудь отпраздновать. Такой случай требует шампанского. Но у нас только лепешки.

– Ну, ладно. Тогда я, пожалуй, откушу кусочек. И глотну воды. Хью, мой любимый Хью, а как же быть с Грэйс?

– А никак. Она разводится со мной. Фактически, она развелась со мной еще месяц назад в день… в тот день, когда мы похоронили Карен. И то, что она еще живет с нами – вопрос чистой нехватки жилья. Для того, чтобы развестись здесь, у нас, судья не нужен, равно, как и для того, чтобы нам с тобой пожениться, не требуется свидетельство о браке.

Барбара обхватила руками свой большой живот.

– Мое свидетельство здесь! – Голос ее был спокоен и счастлив. – Ребенок мой?

Она взглянула на него.

– Ты знаешь поговорку? Один глупец может задать столько вопросов, что и тысяча мудрецов не ответят.

– О, идиот!

– Конечно же, он твой, любимый. Это такая вещь, которую ни одна женщина не может доказать, но знает точно.

Он снова поцеловал ее. Когда он оторвался от ее губ, она погладила его по щеке.

– А вот теперь я, пожалуй, съела бы лепешку, даже несколько. Я голодна. Я чувствую как жизнь переполняет меня. И что я ужасно хочу жить. – Да! Завтра начинается наш медовый месяц.

– Сегодня. Он уже начался. Хью, я хочу занести это в журнал. Милый, можно я сегодня буду спать на крыше? Я прекрасно управлюсь с лестницей.