Бессмертные (СИ) - Катерина Мороз

с вызовом посмотрел мне в глаза, чуть склонив голову. Мне захотелось сбросить его руки от себя, вырваться из этих цепких объятий.

— Отпусти! — прошипела я, попыталась вывернуться, но Ланс держал крепко, властно.

— Успокойся, ты в безопасности, — слегка раздраженно процедил он.

— Так отпусти, раз все в порядке.

Ланс никак не отреагировал на мое требование, словно я вообще ничего не сказала.

— Ланселот, прошу, ты перебарщиваешь. Твое ухаживание похоже на охоту, — послышался насмешливый голос Безадана, ситуация явно его забавляла.

— Абьюз нравится далеко не всем, — хмыкнул Элиаш.

Змеиное гнездо.

— Что вообще происходит? — отчаянно спросила я.

— Головой ударилась? — Элиаш ядовито оскалился.

— Заткнись, урод! Ненавижу тебя!

— Как грубо, друзья, ваш обмен колкостями и оскорблениями мне уже порядком надоел, — устало вздохнул Безадан, — Видимо ударилась, жуткая трагедия! Лекарь скоро будет, не переживайте.

Последние слова Безадан сказал так будто это был сарказм. Кто тут может мне сопереживать, верно?

Я собралась с силами и пнула Ланса что было сил и, наконец, вывернулась из его цепких объятий. Тот даже не охнул. Бездушная скала.

— Выглядишь ужасно, — заметил Элиаш.

— Хватит! — рыкнул Безадан и бросил на Элиаша такой взгляд, от которого почему-то стало страшно именно мне. Это безразличие и сопереживание напускное, ненастоящее, передо мной изящный манипулятор. Элиаш позволяет себе такие вольности только из-за его особого положения. В спальне. Или на диване.

— Что вы помните, дорогая?

В точку. Что я помню?

Я нахмурилась.

— Не спешите, рассказывайте медленно.

— Я вернулась с прогулки, мокрая, уставшая, — воспоминания об Анзеле никуда не делись, я затолкала их куда подальше, боясь, что они прочтут мои мысли. От чего же такой страх? — Хотела спать, очень сильно…

Виски снова застучали, да так мощно и внезапно, что я застонала и схватилась руками за голову.

— Продолжайте, — сладко протянул Безадан.

— Я… Я… — промямлила я дальше, пытаясь выцепить пропавшие воспоминания, — Встретила Ланса, мы повздорили…

Я прикрыла глаза, задышала часто, нервно, пытаясь помочь своему телу избавиться от головной боли. И тут меня накрыли воспоминания — карабкающийся по отвесной стене бездушный, марионетка Марианна, моя неудавшаяся помощь, кровавые реки, оторванные руки, эти красные кровожадные глаза, изучающие меня из-под густых ресниц, стилет…

Я резко опустила руки и подняла на присутствующих широко открытые глаза, боль в висках стала почти нестерпимой, ощущала, как подкрадывается обморок. Алхимики смотрели с жадным интересом, их не пугал мой рассказ и мое состояние, такое ощущение, что они сделали что-то и теперь изучали результат. Эти нелюди не были на моей стороне, они совершенно точно причастны к происходящему, но зачем им это? Для чего стирать мои воспоминания? Страх сковал глотку, я отшатнулась назад, перед глазами все плыло, кажется от слез.

— Я не помню… — выдавила я из себя истерично, — Я ничего не помню… Я очнулась в саду, рядом с зиккуратом, вся в крови… Я ничего не помню! Как такое возможно? Что случилось?

— Спокойно, Вивьен, все в порядке, мы разберемся, тебе нужно присесть, — расслабленно ответил Безадан, — Тебе нужно присесть… Иди ко мне.

Он указал на резную лавочку подле себя.

— Что случилось? Чья это кровь?! — я очень надеялась, что актриса во мне была достаточно убедительна.

— Ви, прошу, — Ланс взял меня за руку, в стальной капкан.

Я гневно выдернула руку и метнула на него взгляд полный ненависти.

— Что тут происходит? Вы говорили мне, что я буду здесь в безопасности!

— Как четко ты подметила, — раздался знакомый голос позади. Холодный, злой, недовольный, — Мне кажется, господа, это была последняя капля.

Анзель. Его зеленые глаза были жесткими, как алмазы, и в них не виднелось ни намека на тот пыл, который так завораживал меня на шатких пристанях. Только огонь, который не заводил, а сжигал. Его ухмылка была страшнее любого оскала, сердитого взгляда или гримасы, которую я когда-либо видела. Она грозила разорвать меня на части, а потом склеить по кускам обратно, как только он пожелал. Я сделала шаг назад, испугавшись, уткнувшись спиной в Ланса. Но весь его гнев был обращен вовсе не на меня, а на людей, окруживших меня.

Ланс сжал до боли мои плечи.

— Не трогай меня, — зарычала я, вырываясь.

— Ситуация действительно неоднозначная, — задумчиво произнес Безадан, кажется, свирепый вампир его совершенно не пугал. Он задумчиво потер пальцами подбородок, Элиаш молча оскалился.

— Договор нарушен, послушники не в безопасности, мы обязаны принять меры.

— Меры, — прыснул Элиаш, — Что же ты сделаешь?

— Уже сделал. Вестник уже в пути. Саммит по безопасности ведающих будет открыт уже в этом месяце.

— Как категорично, — цокнул языком Безадан, — Ты действительно соберешь саммит по такому делу?

— О, да, Галемир, этот саммит тебе понравится, — прорычал Анзель в ответ, — А теперь, пользуясь договором, приказываю всех послушников поселить в башне вампиров, которая будет охраняться так, как я считаю нужным.

— Втроем уследить за каждым? Не слишком ли ты самоуверен? — прорычал Элиаш.

— О, нас гораздо больше, наши дипломаты прибывают в замок прямо сейчас. Любое сопротивление договору будет расцениваться как акт начала войны.

— Какие громкие слова, мальчишка, уверен, что твой правитель не собьет с тебя спесь?

— У нас будет возможность это проверить.

Его колкий взгляд перешел на меня, оглядев меня с ног до головы, ни один мускул на его прекрасном лице не дрогнул:

— Вивьен Валлетта, пройдемте со мной.

Три пары глаз алхимиков уставились от меня, ожидая реакции.

— Как я поняла, выбора у меня нет? — я перевела уверенный взгляд на Ланса, тот выражал лишь холодное безразличие тем, как стоял, смотрел, лицо его гладкое, фарфоровое, лишенное всякого намека на возраст.

— Никакого, — прошипел Анзель.

Гордо расправив плечи, я двинулась в сторону выхода, головная боль почти стихла, но слабость осталась. Я изо-всех сил старалась ее не показывать.

— Только не нужно меня трогать, я в состоянии дойти сама, — резко сказала я, даже не взглянув на вампира.

— Ваша воля, — холодно ответил Анзель и наши громкие шаги разрезали воцарившеюся тишину в оранжерее.

Мы двигались молча всю дорогу до башни, сегодня путь до нее казался мне невероятно длинным, я действительно устала и желала только одного — наконец отдохнуть. Анзель видя мои мучения, не предпринял попытки поддержать меня, как я и просила, мне было приятно, что он уважает мое решение. Когда мы переступили порог безмолвной башни, я спросила:

— Где остальные?

— Скорее всего уже здесь.

— Все?

Анзель выдержал паузу и ответил:

— Все. Сюда влияние алхимиков не распространяется, Вивьен, ты можешь говорить.

— Я устала.

— До твоей комнаты близко, потерпи.

— Нам нужно поговорить.

— Сейчас?

Я замялась. Конечно, я хотела сейчас, но соображала с трудом, а мне нужен ясный