Старшая школа Гакко 3 (СИ) - Алексеев Евгений Артемович

– Гэндзи, кто будет у тебя напарником на «Пиармиде», – обратился ко мне якут, тренер явно был в курсе как прошел «Отсев» и лишними вопросами меня не забрасывал.

– Сузу Вада, девушка среднего роста, худощавая, базовая подготовка – бокс, маг среднего уровня, – выдал я короткое досье, понимая, что Матвей Николаевич интересовался не только именем моей напарницы.

– Хмм… Вада… – это плохо, – после непродолжительного раздумья выдал неожиданное заключение главный тренер, – Будем акцентировать твою тренировку на работе против двух противников. Девушку сбрасывай со счетов, ты не должен тащить ее, на этом могут сыграть твои противники. Я правильно понимаю, она член твоей банды и ее задача вытолкнуть тебя дальше?

– Да учитель, – коротко ответил я, хотя такая тактика была мне не очень по душе, но сейчас эффективность ставилась во главу угла, да и Сузу должна четко понимать свою роль в предстоящем сражении, без всяких скидок на пол. У нас тут абсолютное гендерное равенство!

– Пара Ари и Мико, готовьтесь к спаррингу, следующие… – начал распоряжаться тренер по Тхэквондо.

После этой команды для меня начался форменный кошмар: спарринг нон-стоп с пятью парами меняющихся оппонентов, которые нисколько не смущаясь лупили меня как хотели. Еще бы, это были далеко не школьники, но матерые бойцы из университета. Одаренные между прочим! При этом, когда со мной заканчивала пятая двойка, первая успевала отдохнуть и со свежими силами начинала втаптывать меня в татами.

Избиение проводилось с особой жестокостью и садизмом, бойцы явно были классом на голову выше меня. А я минут десять назад наивно полагал, что нахожусь на пике формы и за счет пси-энергии вынесу любого противника из своей песочницы. Но мне наглядно продемонстрировали, что три-четыре поединка с кем-то уровня Акиры или Сайто подряд и великого Гэндзи Танака можно пинком выносить с арены.

А мне ведь нужно от поединка к поединку выходить целым из передряг, потому что первая травма автоматически ставит крест на моем дальнейшем продвижении. Черт теперь я начинаю понимать почему отборочные этапы Больших Игра называют «Мясорубкой». Я блин себя пакетиком фарша чувствую, вроде не растекся по тарелке, форму держу, а внутри все мягонько, ватненько.

Есть мысль, что могу заканчивать бои более радикально, перелом там, болевой, и тогда вроде как все срастается. Только вот один против двоих это не сильно работает. Пока я буду ловчить и исхитрятся сломать оппоненту руку, второй вполне себе может так засветить магическим кулаком, что у меня все хитрилки и ловчилки разбегутся кто куда. Нда… задача блин без решения. Как меня великого мордой в грязь! Дескать вот тебе и «Пирамида».

Гоняли где-то пол часа. Студены менялись после двухминутных спаррингов, так что от каждой пары я получал звездюлей не менее шести раз. Причем это были две двойки парней, одна двойка девушек и две смешанные пары. Правда от вариаций гендерного состава мне легче не становилось. И даже наоборот единственная пара девушек лупила меня сильнее всех, а я в свою очередь смог задеть их в разы меньше, чем остальных. Когда выдался небольшой перерыв мои мучители спокойно пошли попить водички и подкрепится, а меня подозвал к себе генерал-садист он же боевой якут.

– Ну что ты понял? – спросил тренер, не скрывая легкой насмешки, он вообще у меня тот еще приколист. Специально гад такие уроки дает, чтобы на всю жизнь запомнил. И не боится ведь, что я на него обиду заточу! Смелый блин или надеется умереть до того пока я соберусь со своими обидами?

– Хмм… против слаженной пары старшекурсников я не тяну, два-три спарринга подряд я опять не тяну. Только на физике их не вытащить, – немного подумав выдал я свое мнение.

– Ага, ты бы еще сказал, что земля круглая, а солнце светит ярко, – в своей обычной манере начал издеваться тренер, – Это мы и без этой демонстрации знали. Как думаешь выходить из ситуации?

– Ноги, руки им по-быстрому ломать? – от безысходности предложил я вариант, который недавно сам же внутренне опроверг.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– А как это сделать? Ты же понял, что не успеваешь, – задал резонный вопрос якут, черт все видит, все подмечает.

– Не знаю, – обескураженно ответил я, разводя руками.

– Эх… наказать бы тебя. Да шкуру перед соревнованием портить нельзя, ответ в твоей напарнице, а если она вылетит, то в любом другом кто будет рядом, – к моему удивлению выдал Матвей Николаевич.

– Но вы же сами сказали, что ее нет, – припомнил я недавние слова учителя.

– Ее нет как перспективного бойца и напарника, ты должен воспользоваться вторым как щитом, подставить, где надо, и такой ценой получить победу, понял! – спросил тренер, грозно насупив брови.

– Эээ… как-то это… – начал я.

– Не слюнтяйничай, это игра, а не жизнь, сделаешь правильный ход – победишь! В благородство никто верить не будет. Чтобы совесть свою успокоить договорись о таком сценарии заранее, – перебил меня якут.

– Но ведь слаженные пары сильнее? – продолжал я упорствовать.

– Какое слово ключевое? – резко хлестнул рубленым вопросом Матвей Николаевич, заставляя меня задуматься.

– Слаженная?

– Именно! Ты думаешь почему у третьего и четвертого курса получается лучше. Только на голом даре? Нет, они сыграны, за год-два знают всех партнеров, могут работать в парах. А вы второкурсники как бы не старались, такое продемонстрировать не сможете. Поэтому большая часть в первом круге «Пирамиды» вылетит!

Глава 24. Тренировочный день

Схему спаррингов поменяли, и сэнсэи стали лепить из меня образцового постановщика. Один из них становился на время моим партнером и начиналась работа пара на пару. Моя задача остаться наедине со слабейшим из двойки противников, успеть ему что-нибудь сломать и свести дело к поединку один на один. Если два на один, то вообще хорошо.

На первый взгляд абсолютно тривиальная задача, но это только на первый. Мой партнер намеренно тупил и никак не хотел понимать своей немудреной роли. Если бы он просто обнял одного оппонента и продержался так пару секунд этого было бы достаточно. Но тренер намеренно избегал «железных» вариантов и давал студентам раз за разом меня беспощадно избивать.

Получалось оба противника с начала поединка выбирали меня мишенью, жестко блокировали и гасили, при полном попустительстве напарника. Я, конечно, понимаю, что мне мог попасться инертный соратник, но не до такой же степени? Все-таки этот человек по идее прошел «Отсев». Совсем безнадежных среди участников «Пирамиды» быть не должно. Обоснованно считаю тренера переигрывают, прямо очень сильно. Но кого это волнует?

Едва я приноровился к такой тактике и стал строить рисунок боя исходя из того, что будут бить только меня, студенты отловили тренера, точнее говоря тот сам к ним бросился и обозначив пару хилых ударов оставил меня наедине с противниками. Что автоматически возвращала нас к первым безнадежным для меня тренировкам. Твою то мать, зачем мне напарник? Он все равно играет так, что я один против двоих.

Однако, когда мое возмущение дошло до точки кипения и вся абсурдность такой тренировки встала поперек горла у меня вдруг стало что-то вырисовываться. Нет я не победил, но мозг, поставленный в жесткие рамки, стал работать невероятно эффективно. И я был в шаге от того, чтобы нащупать верную стратегию. И тут Матвей Николаевич, явно имеющий невероятно развитую интуицию, подал какой-то хитрый знак.

И все! Очнулся я на татами. Учитывая, что ни один из студентов ко мне не приблизился, то либо против меня применили магическую технику, либо… Что!?! Меня приголубил тренер! Напарник, которого я защищал от безвременного нокаута собственным телом. Да что тут твориться? Пора высказать учителям все, что я думаю об их странной методике!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

– Матвей Николаевич, что происходит? Не бывает таких напарников, зачем ему меня бить? – не сдержал я возмущения, – Да чтобы сам по-глупому нарывался на чужие кулаки, или совсем мне не помогал? Это что за странная тактика.