Штрафное проклятие - Александр Николаевич Карпов

было видно с любой стороны. Виктора, для прикрытия, он отправил в заросли камышей ближе к ручью и условился с ним о сигналах, что должны были они посылать друг другу в случае чего. Выполняя приказ командира, боец залег на сухом пригорке, скрытом отовсюду высоким камышом. С этого места он легко просматривал сквозь стебли растительности проход по болоту.

Ждать пришлось почти до темноты. Жаркое июльское солнце отнимало силы. Вода во фляге заканчивалась. Виктор облизнул сухим языком потрескавшиеся губы. Ему, разморенному, хотелось заснуть, вытянуть руки и ноги на травяном ковре и слушать сквозь сон жужжание вездесущих болотных стрекоз. Но насладиться всем этим не пришлось. Чавканье воды от воздействия на нее с силой досок, по которым очевидно кто-то передвигался, привело его в чувство. Виктор мгновенно перевернулся на живот и взял на изготовку автомат.

Тяжелой поступью кто-то невидимый ему двигался по болоту за стеблями камышей. Его тень очень скоро стала отчетливо различимой. Боец, ожидая приближения гостя, на всякий случай взял его на прицел. Огонь нельзя было открывать. Скорее всего, враг должен пройти мимо занятого Виктором пригорка и двинуться дальше, в тыл штрафной роте, занимавшей бывшие позиции стрелкового полка, выведенного на переформирование. Солнце начинало садиться. Наступало любимое время для работы групп разведчиков обеих воюющих сторон. Начинались вылазки и охота за языком.

Вопреки ожиданию человек начал приближаться прямо к тому месту, где залег Виктор. Он шел сквозь камыши именно на него. Сердце бойца начало отчаянно биться. Он внутренне напрягся, готовясь встретить врага огнем из своего оружия. Но в последний момент передумал. Немецкий разведчик приближался к нему ползком. Виктор отодвинул от себя автомат. Подтянул вперед руку с ножом в ней и поджал к животу одно колено, приготовившись к броску.

Солдат противника протянул вперед руку. Раздвинул стебли камыша и поднял лицо. Глаза его округлились от жуткого страха. Челюсть отвисла. За доли секунды, бросившись вперед, Виктор ударил его ножом в спину. Одновременно с этим он схватил немецкого разведчика за голову и ткнул его лицом в густую траву, не дав возможности крикнуть. Тело врага дернулось и застыло.

Виктор смотрел вперед. Вражеский диверсант, скорее всего, действовал не один. Следом за ним должен идти еще кто-то. Возможно, целая группа. Подавать сигнал своим, лейтенанту Андрееву и ребятам, было поздно. Нужно действовать самому. Если дело дойдет до огневого контакта, тогда они все поймут. Главное, что коридор для действий разведчиков врага будет закрыт. Возможно, ценой жизни самого Виктора. Но он к этому готов.

Он быстрыми движениями подтянул к себе автомат. Навел его прицел на просвет в траве, а мертвое тело гитлеровца использовал как бруствер. Те, кто скрывался за плотной завесой из стеблей камыша, не знали, что их товарищ, шедший первым и свернувший в сторону, уже убит. Это давало Виктору шанс на еще одну крохотную победу над врагом. Свободной рукой он на ощупь вытянул из подсумка на поясном ремне ручную гранату, положил ее перед собой, приготовил к бою.

Темный силуэт появился в зарослях через секунды. Ползком он приближался к Виктору, небрежно отодвигая перед собой стебли камыша. Внезапно он уткнулся лицом в ноги мертвого товарища и поднял глаза. Они встретились взглядами. От ледяного прищура бойца Красной армии вражеский разведчик замер. Виктор нажал на спусковой крючок. Одиночный выстрел хлестко прогремел над болотом. Сраженный пулей в лицо гитлеровец обмяк и затих.

Немного в стороне от него кто-то невидимый из-за камышей и прочей болотной растительности начал с шумом суетиться. Внезапность встречи в засаде мгновенно охладила пыл диверсантов и сбила их с толку. Вот-вот что-то должно было произойти. Один из них не выдержал и вскочил. Виктор успел приготовиться к этому и заранее, сразу после уничтожения перед собой второго немецкого разведчика, перевел ствол оружия в сторону. Это он сделал вовремя. Едва гитлеровец вскочил, чтобы полоснуть из автомата по предполагаемому месту засады, как был срезан одной короткой очередью. Громкий всплеск воды показал, что снесенный огнем немец рухнул в воду.

Снова до Виктора донесся звук чьей-то возни за камышами в стороне. Все говорило о том, что там есть еще кто-то из гитлеровцев. Рука бойца машинально потянулась к лежащей перед ним гранате. Он схватил ее, вытянул предохранительное кольцо и отработанным движением бросил в направлении, где находился враг.

Взрыв разнес по округе брызги воды и оборванные стебли камыша. Звериный рык смертельно раненного зверя дал понять Виктору, что он сделал все правильно. Меткий бросок гранаты решил исход дела. Поверженный противник хрипло предсмертно стонал где-то рядом. Больше ничего не происходило. Это говорило о том, что врагов было всего четверо. Группы разведчиков не часто включают в свой состав большее количество бойцов.

Внезапно со стороны гитлеровских позиций начал бить по болоту скорострельный пулемет врага. Его пули ливнем обрушились на заросли болотной растительности, разметая ее в клочья. Вода повсюду закипела. Параллельно застрочил оттуда же автомат. Спасаясь от губительного огня, Виктор стремительно переполз за тела убитых им врагов, используя их как защиту от пуль. Опасения его тут же подтвердились. От бугорка отлетели в стороны комья вырванной из него земли, а туловища мертвых немецких разведчиков встрепенулись от поражения их пулеметной очередью.

Через несколько минут все стихло. Перестал хрипло стонать раненный взрывом гранаты вражеский диверсант. Замолчали пулемет и автомат. Только со стороны немецких позиций отрывисто доносилась до Виктора речь переговаривавшихся солдат противника. Она показалась ему довольно странной. Разобрать что-либо было невозможно, слишком большое расстояние отделяло его от врага. Только на удивление четко улавливался русский мат. Виктор насторожился. Он снова почти безошибочно услышал отборное бранное слово на родном языке.

Оставаться на месте ему было нельзя. Солнце клонилось к горизонту. Вот-вот должны были взмыть в небо коварные осветительные ракеты, что могли выдать наблюдателям присутствие постороннего на болоте. Руки бойца вытянули из кобуры на поясе поверженного им врага тяжелый и любимый всеми разведчиками «Люгер». У второго мертвого диверсанта он забрал автомат, изъял из-за пояса гранату на длинной деревянной ручке и достал из-за голенища сапога нож со свастикой на рукояти. Если доберется до своих, то нужно непременно передать им все это, предоставить доказательства его личной победы над врагом.

Разгоряченный скоротечным, но жарким боем, Виктор старался, вопреки эмоциям, осторожно следовать назад, не задевая высокие стебли камыша. Мокрый насквозь, с трофейным оружием в руках, он достиг края болота, выбрался из него и подал голосом один из условных сигналов, что заранее оговорил с товарищами. Ответа не последовало. Соблюдая осторожность, он прошелся по всем