Ниочема - Дмитрий Николаевич Матвеев

— Да больно уж гладко у тебя все выходит, — прищурился Петр. — Двести лет толпы народа искали и не нашли. А ты раз — и нашел.

— Случай, — пожал плечами Олег. — И везение, конечно.

— Тогда для чего все это: шумиха, пресса, эксперты?

— Из жадности.

— Вот как?

Император позволил себе поднять в удивлении одну бровь.

— Объясни.

— Вот представьте, государь, что я, найдя такой клад, пошел в полицию. Или в то же самое ИСБ. Сокровище тут же бы изъяли, доложили по инстанциям, а потом похлопали меня по плечу и сказали: «Молодец, мальчик. А теперь иди, не мешай серьезным людям делать серьезные дела». И тот же граф Орлов или генерал Пастухов пришел бы к вам с этим ларцом и получил себе всё то, что, по справедливости, должно принадлежать мне. А стал бы я вякать — тихо исчез бы. Мало ли у нас людей без вести пропадает?

— Логично.

— А так — я застолбил находку за собой, подтвердил подлинность найденных вещей, и отменить это уже нельзя. Соответственно, и награда моя, а не чья-то еще.

— Да-а, — протянул Петр. — Немного парней в твоём возрасте в состоянии задуматься о подобных вещах. А тех, кто сможет придумать и провернуть такую операцию и того меньше.

— Думаю, я такой один, — скромно добавил Песцов.

— Ишь ты, уникум! — изволил хохотнуть Петр. — Ну да ладно.

Он хлопнул ладонями по столешнице.

— Я своё любопытство удовлетворил, теперь к делу. Во-первых, я должен принести тебе извинения за часы, проведенные в допросной ИСБ. Компенсация морального вреда — в разумных пределах, конечно, будет перечислена на твой счет.

— Так Пастухов уже извинился. И про какие-то деньги тоже говорил.

— Что ж, значит, понимает свою вину. Но я, поскольку решение уже принял, отменять его не буду. А ты, Песцов, — Петр внезапно нахмурился и рыкнул так, что Олега пробрало до самого нутра, — перебивать меня более не смей!

Парень кивнул. Ему сейчас показали краешек силы. Причем, силы такой, что Песцова при всех его магических достижениях раздавит и не заметит. Сейчас он в полной мере ощутил, что император — это не добрый дядюшка, а действительно владыка огромной империи. Проверять границы дозволенного больше не хотелось.

— Во-вторых, — продолжил Петр уже спокойно, — ты, насколько я знаю, купил себе домик в столице, но в результате известных событий его лишился. Я не хочу показаться неблагодарным, поэтому своей императорской волей дарую тебе особняк в центре Санкт-Петербурга с прилегающей к нему территорией. Что ты с ним будешь делать — твоя забота. Хочешь — продай, хочешь — сдай внаем, хочешь — сам живи. Я пожизненно освобождаю тебя от уплаты налогов на эту недвижимость. Но имей в виду, только тебя лично. Любой другой владелец, включая твоих возможных родственников и потомков, будет платить в полном объеме.

Петр взял бумагу, что писал при появлении гимназиста, вложил её в заранее приготовленную папку и протянул Песцову. Тот принял дар и склонил голову:

— Благодарю, государь.

Теперь Олег был вполне удовлетворён. Он был бы согласен и на один лишь дом, без сопутствующих церемоний, но имел понимание: вручение ордена нужно, скорее, не для него, а для имиджа императора, для медийной картинки и для всех тех, кто смотрел сегодня церемонию награждения.

— Да, вот еще что:

Император взял со стола конверт с золотым вензелем.

— На рождество в этом дворце традиционно устраивается большой бал. Это — твоё персональное приглашение. Имей в виду, приглашение на две персоны. Можешь взять с собой понравившуюся девочку. Не сомневайся, за это она будет готова для тебя буквально на всё.

Петр глянул на часы. Пора было закругляться.

— Ну, довольно. Хотелось бы поболтать с тобой ещё. Например, о воронежской гимназии и тамошнем филиале ИГА. Но в этот раз, увы, не получится.

Олег понял, поднялся, поклонился:

— Благодарю, государь, за то, что нашли время лично пообщаться со мной.

В одном из отелей Санкт-Петербурга

За дверью ждал тот самый человек в сером мундире. Он провел Олега через лабиринт дворцовых переходов к выходу. Там другой человек, в форме ИСБ, почтительно передал небольшой кейс:

— Ваши вещи, господин Песцов.

У крыльца ждал пусть не лимузин, но вполне солидный автомобиль представительского класса.

— Куда вас отвезти, Олег Иванович? — задал вопрос водитель.

Олег задумался. Хотелось посмотреть новые владения, но для этого уже слишком поздно. В гимназии тоже покоя не будет, взбудораженные тинейджеры будут до утра выспрашивать да переспрашивать, требуя подробностей.

— Скажите… как к вам можно обращаться?

— Николай Николаевич.

— Так вот: скажите, Николай Николаевич, есть неподалеку гостиница без лишнего пафоса и роскоши, где можно было бы хорошо выспаться за разумные деньги?

— Разумеется.

— Тогда давайте туда.

Покачиваясь на мягких подушках удобного сиденья, Олег внезапно почувствовал, насколько устал за этот длинный-предлинный день. Еще несколько минут, и он уснул бы прямо в машине. К счастью, ехать было недалеко.

Олег вошел в предупредительно открытую швейцаром дверь и направился к стойке регистрации.

— Будьте добры, мне одноместный номер на одну ночь.

— Сию секунду, господин Песцов!

— Вы меня знаете? — удивился парень.

— Кто же вас не знает? — с пафосом воскликнул портье. — Церемонию награждения смотрел весь отель!

Тут Олег сообразил, что так и стоит с лентой ордена через плечо и серебряной звездой на левой стороне пиджака. Он смущенно улыбнулся:

— Устал.

Портье понимающе кивнул:

— Да, такое пережить!

— Да уж… Сколько с меня за номер?

— Как можно! Для вас — за счет отеля. Сейчас вас проводят. У вас имеется багаж?

— Только это, — Олег качнул кейсом.

— Хорошо. И еще к вам имеется просьба. Моя, личная.

— Что?

Песцов напрягся.

— Можно ваш автограф?

Портье достал из-под стойки фирменную ручку отеля и фотографию.

На фото Олег был запечатлен сразу после боя в доме, измученный и грязный. Но выглядел, как ни странно, вполне презентабельно: этакий усталый герой, только что победивший врагов.

— Как вас зовут?

— Марк, господин Песцов.

Олег улыбнулся и на обороте вывел: «Марку с благодарностью на долгую память». Прибавил дату и подпись.

— Держите. Это мой первый автограф. Возможно, через несколько лет он будет стоить бешеных денег, так что у вас есть