Получить диплом - Галия Чернецкая

— Там не твоя жинка с разбойниками воюет? — Очнулся дедок. — На, кось, — скинул он драный тулупчик, — Все одно выбрасывать, а то твои трусы уж больно того…

Рет согласно кивнул. Трусы и правда были того, а плед истаял дымкой не проехал он и пары миль. Эта сумасшедшая девица поступила совсем не по-товарищески. Хоть он от нее ничего другого и не ждал. Ему пришлось торопливо вспоминать приему дыхательной гимнастики, дабы окончательно не замерзнуть во цвете лет. Хотя может ли умереть зомби от простуды? Вопрос был чисто теоретическим, потому что проверять на практике Рет ни в коем случае никак не собирался.

— Да поспешай, ее небось уже того… — Похлопал по плечу молодца дедок, правда ему пришлось немного подпрыгнуть для этого. Рет внял мольбам и решил поспешать. А то он начал серьезно переживать за здоровье разбойников в этом лесу, если они встретятся с Гредией, то могут враз изменить преступной ниве и сменить профессию. Да и за Гредию он чуть-чуть переживал.

На полянку с истоптанным грязным снегом Рет ворвался слишком поздно. Там уже никого не было. Следопыт из него был практически никакой, но не заметить вытоптанной колеи не сумел бы даже полный придурок, потому он решил, что может, еще не все потеряно и рванул по следам. Через пару сотен шагов следы внезапно оборвались, и уставший голодный зомби в драном полушубке скатился в овраг, в глубине которого после долгих мытарств обнаружил хорошо укрепленную присыпанную снегом избушку.

…

— Я есть хочу! — Скандалила я. Разбойники, решившие было поправить свое материальное состояние за мой счет, уже были этому не рады. На меня в этом доме нашлись и штаны теплые, и сапожки до колен, и рубаха и жилет меховой, и исподнее. Мужики уже и деньги начали мне предлагать, только чтоб я убралась с их глаз долой, будучи глубоко религиозными людьми, они были согласны замаливать заповеди и запрещающие убийства, и кражи, и разбой, но общаться с полоумной ведьмой в пледе с чужого плеча, почему-то не желали.

И вот когда я уже почти договорилась с ними, что меня кормят, дают денег, и мы расстаемся по-хорошему, как дверь отворилась пинком ноги и этот радостный идиот громко потребовал выдать ему… меня!

Погрязшие в грехе не выдержали пришествия демонов из подземного мира по их души и дружно ломанулись в единственное окно, где после некоторой заминки все же разминулись.

— Что, Рет, кашу будешь? — С видом радушной хозяйки предложила я.

— С мясом? — Уточнил он.

— Нет, со молоком.

— Все равно буду.

— Слушай. Давай ты выберешь себе одежду здесь, денег возьмешь, и мы расстанемся по-хорошему. Серьезно, мне надоели твои непотребные выходки.

— С чего вдруг такая милость? — Переспросил зомби.

— Когда мы оба остались без ничего, мы были в равных условиях, сейчас я одета, а ты нет. Потому я предлагаю исправить эту несправедливость и разойтись в раных направлениях. Ты бы тоже меня не бросил в таком положении, если бы мог что изменить.

— Спасибо, справедливая ты моя! А они? — Он кивнул на грустных подмороженных мужиков за окном хибары.

— Они мне сами предложили. И совсем не против. — Рожи в окне согласно закивали.

— Может и дальше вместе? — Осторожно спросил, выскребая остатки каши из котелка зомби.

— Извини, видеть тебя не могу!

Рет торопливо дожевал, выбрал себе одежду поприличнее, благо это ему сделать было намного проще, чем мне и коротко поклонившись, ушел в обратном направлении. Зачем он мне кланялся, я не поняла, но останавливать и переспрашивать не стала.

Повсюду, куда ни глянь, искрился на солнце снег. Бахромчатые сосульки оторочили еловые лапы. Дорога местами обледенела, но грустному ослику это было нипочем, мне, устроившись на его покатой спине, впрочем, тоже. На душе, однако, скреблись кошки. И зачем я его прогнала?

— Дура ты, Гредия! — Заявил мне мракобес. — Не переживай, вы еще встретитесь. Такое не тонет. И не исчезает надолго.

— Да не хочу я его видеть! — В голос взвыла я. С ненавистью уставилась на кольцо.

— Тогда не встретитесь, ты только не грусти. И вообще, я боюсь, что ты уже почти сутки не принимала зелье от проклятия, я скоро начну бояться.

Теперь я начала еще и об этом волноваться. Впрочем, я, как ни странно, ничего такого не чувствовала. Действительно, что же делать? Как я помню, без него у меня резко портится настроение. И я начинаю злиться по поводу и без него, а уж поводов-то более чем достаточно. И если долго не принимать это зелье, то я, и так делеко не добрая ведьма, могу стать вообще одержимой фурией. Чего бы мне на самом деле пока не хотелось бы. И дело не в том, что я не мечтаю о мировом господстве, просто не хотелось бы терять контроль над разумом.

Удачно ограбленные грабители грели мое сердце не долго. Скоро в него закрались беспокойство о собственном будущем и тревога за Рета. Нет, кто бы сомневался, я желала не видеть его как можно дольше, но, тем не менее, не хотелось бы, чтоб его смерть была на моей совести. Он же сейчас зомби. А значит, многие маги захотят улучшить свое благосостояние за его счет. Впрочем, может, я волновалась напрасно, ибо пока магу не заплатят он и не почешется. А ведьма еще и отказаться может. Если нет настроения. Даже если деньги очень нужны.

Мои размышления на эту тему прервали. Причем в грубой форме, очень грубой.

— Ну, что, баба, слезай со свого осла, и доставай все че у тебя там есть! — Радостно заявил подозрительный тип, крайне обросшей наружности.

— Нет, у меня сегодня что, день встреч с преступными элементами? — Возмутилась я, и, не собираясь, выполнять требования.

Мужик продолжал упорствовать в грехе любви к деньгам и потрясал перед мордой ослика криво сколоченным арбалетом. Я не совсем поняла, кого он грабил: меня или Стервеца, тем паче, что взять с нас было нечего, кроме кольца, которое я незамедлительно предложила этому типу.

— Гредия, ты рехнулась? А Рет что скажет? — Испуганно заметил Стервец.

— Скажу: ограбили. — Равнодушно пожала я плечами.

— Так ты же его продать собиралась! — Возмутился мой попутчик. Мы стояли и переругивались, привычно не обращая внимания на представителей преступного мира, представленного нашему вниманию в этот раз единственным крайне неудачным экземпляром.

— Она и продает, в обмен на свою жизнь. По-моему, более чем достаточная цена! — Решил напомнить о себе грабитель, с вожделением поглядывая на кольцо.

— Уйди, мужик, не до тебя сейчас! — Хором возмутились мы.

— Но, Гредия, ведьма не может нарушать данное ею слово, это же…

— Закон подлости. — Со вздохом закончила я. — Ладно, мужик, извини, но в этот раз тебе ничего не светит. Можешь купить его потом в ломбарде. Где закончится эта дорога?