Их было девять… - Настасья Викторовна Лис

был хотя бы город, то нам стало бы значительно проще. Но сейчас мы прозябали в каком-то нелюдимом и странном посёлке, разбросанном на несколько километров. Здесь нет ни автобусов, ни нормальных дорог, ни связи. Весь наш штаб уехал в область, и мы точно даже не знаем, когда они вернутся. В общем, мы словно оказались отрезанными от всего мира и брошенными на произвол судьбы…, на вымирание. От этих мыслей становилось жутко, бросало в жар, и что-то начинало ныть в области желудка.

– Лен, можно тебя на минутку? – вдруг, прервал мои размышления Пашка, обращаясь к девушке, которая, кажется, тоже удивилась его обращению к ней.

– Да, – тихо отозвалась она и поднялась из-за стола. Пашка бережно взял ее за руку, и они вышли в комнату. Димка проводил парочку взглядом и слегка улыбнулся. В воздухе повисла непонятная пауза, и, вероятно, каждый из нас думал сейчас о своём. Мы услышали, как Павел проводил Лену в комнату и громко затворил за собой дверь. Я еще ни разу не видел его таким «поддатым». Было очевидно, что сегодня парень выпил лишнего и не совсем контролирует свои движения и, возможно, слова. Я немного беспокоился за Ленку, так как не знал, что у Пашки на уме, и какой разговор он намерен провести с девушкой. Если бы он стал вести себя как-то неадекватно по отношению к ней, то я, естественно, заступился бы за Ленку, несмотря на то, что наши отношения давно закончились. Я думаю, что Оля не стала бы обижаться на меня из-за этого и поняла бы необходимость данного поступка. Но, похоже, разговор пошёл совсем в ином русле.

– Лен, выслушай меня сейчас! – сказал Пашка настолько громко, что все присутствовавшие сейчас в кухне без труда смогли уловить его слова. Все по-прежнему молчали и, видимо, с интересом подслушивали разговор молодых людей. Наверное, только мне и, возможно, Оле, было несколько неудобно вникать в их личную жизнь. Мне абсолютно не хотелось знать подробностей их отношений. – Я слушаю тебя, – тихо ответила Ленка.

– Лен…, ты мне нужна. Понимаешь? Ты слышишь меня сейчас?! – всё также громко твердил Павел.

– Да, я слышу тебя. Но давай поговорим об этом завтра, когда ты будешь в нормальном состоянии? – предложила Лена, видимо, понимая, что их разговор могут услышать. – Нет, мы поговорим сейчас! Сейчас, и только сейчас! Понимаешь? Завтра, на трезвую голову, я не смогу к тебе подойти, – Пашка был непреклонен.

– Паш, говори потише, иначе я не буду сейчас с тобой ничего обсуждать, – снова попросила Ленка. – Хорошо, – немного сбавив громкость в голосе, повиновался Пашка. – Лен, ты меня слышишь? – Снова начал он. – Лен! Я тебя люблю! Я тебя очень люблю! Я жить без тебя не могу! – твердил Павел, и я заметил, как лица практически всех ребят в кухне повеселели и расплылись в довольной улыбке. – Паш, прекрати. Ты сейчас не соображаешь, что говоришь, – протестовала Ленка, списывая его поведение на влияние алкоголя.

– Всё он соображает. И очень даже хорошо соображает. Измучила бедного парня, что даже на других девчонок не смотрит! – вдруг, поддержал своего друга Димка Сухарев, совсем не скрывая от остальных, что откровенно следит за их разговором в другой комнате. – Лен, прошу тебя! Давай снова будем вместе? Слышишь? Я всё для тебя сделаю! – умолял Пашка так громко, что его голос, наверное, уже можно было услышать и с улицы. – Паш, Паш, перестань! – прикрикнула на него Ленка, и мы поняли, что парень в этот момент грохнулся перед ней на колени. Павлов и Попов захихикали.

– Я буду относиться к тебе, как к королеве. Ты никогда не пожалеешь, что стала со мной встречаться! Слышишь? – не успокаивался Пашка, и сейчас я его совсем не узнавал. Видимо, он, действительно, сильно влюбился в Ленку и всё это время прятал свои чувства очень глубоко. Так же, как и я, вынужденный скрывать своё отношение к Оле. – Хорошо, Паш, я согласна. Только встань. Встань, пока я не передумала! – почти приказала ему Ленка, и, видимо, парень повиновался, так как до нас снова донёсся какой-то шорох. Я посмотрел в этот момент на Сухарева «старшего». Его лицо стало еще более довольным, щёки разрумянились, словно он только что выиграл огромные деньги в лотерею. Димка переглянулся с братом, с Поповым и Павловым, и все они дружно зааплодировали новой «старой» паре. После этих событий, которые хоть как-то разрядили накалившуюся обстановку в нашем доме, стало чуть легче на душе. И с меня словно снялся оставшийся груз, висевший на моих плечах и совести с самого момента расставания с Ленкой. Я совершенно искренне надеялся, что у этой пары всё получится, и они смогут сделать друг друга счастливыми. Наконец, отправились спать, но сон практически не шёл. В голову лезли страшные мысли об Олеге и Егоре. Сейчас картинками всё проносилось перед глазами: как мы шли с Олей по улице и видели их… в последний раз. Если бы только знать в ту минуту, что парней поджидает настоящая опасность! Я провалялся без сна, наверное, около трёх часов. Вдруг, неподалёку от меня раздался какой-то шорох. Я приподнялся, чтобы посмотреть на человека, что подошёл ко мне. В темноте разглядел обеспокоенное и до боли знакомое лицо.

– Оль, ты чего здесь? Тебе плохо? – запереживал я.

– Миш, я боюсь. Мне не спится. Всё кажется, что кто-то крадётся ко мне, что сейчас он схватит меня за горло и задушит! Еще парни постоянно мерещатся: Олег с Егором. Может, ты посидишь со мной немного? – предложила Оля, и я понял, что это настоящий крик о помощи. – Да, конечно, – ответил я, – сейчас, подожди минуту, я оденусь. Иди пока на кухню. Можешь чай поставить. Посидим с тобой, поговорим и попьём чайку. Хорошо? – попросил я. – Да, хорошо. Я жду тебя, – тихо согласилась Оля, и я почувствовал, как она мне признательно улыбнулась.

Я быстро набросил на себя одежду и поспешил на кухню. Оля, с взволнованным лицом и уставшими от бессонницы глазами, сидела за столом.

– Извини, что я тебя разбудила. Просто совсем не могла уснуть, – тихо призналась она и виновато посмотрела на меня.

– Ничего страшного. Я и сам еще не спал. Тоже мысли всякие в голову лезут. Но думаю, что здесь, в доме, мы в безопасности. Нас здесь много, и никто не посмеет сюда войти. – Ты так считаешь? – спросила Оля.

– Да, конечно, – признался я, надеясь, что говорю правду. Я подсел к ней, слегка приобняв, и постарался согреть ее теплом своих рук. Оля положила свою голову мне на