Сирены озера Молчания - Яна Черненькая

   - Ваше высочество, - опешил дворецкий. - Вы же знаете, у нас проблема с персоналом. Вы же не хотите...

   - Брин, скажи... ты знаешь, что через месяц-другой... я стану владыкой клана? - спросил Алькор раздраженно.

   - Да, ваше высочество, - опустил глаза дворецкий.

   - В таком случае... ты должен быть заинтересован не в том, как решить проблему со слугами, а в том, как бы сделать так, чтобы я оставил тебя на хлебной должности. Все понял? - наследник в гневе ударил по столу. Письменные принадлежности жалобно звякнули.

   - Да, ваше высочество.

   - Так вот, приведешь эту девку ко мне ночью и выберешь пару надежных слуг, которые помогут мне потом... убрать следы ее пребывания. У нее родственники есть?

   - Да, ваше высочество. Отец.

   - Заплатишь ему, чтобы молчал и не возникал. Все, что я сделаю, будет сделано в интересах клана. А жизнь паршивой ан'ни - это вообще не то, о чем следует говорить. Ты все понял, Брин? - правая рука наследника намертво вцепилась в спинку стула.

   - Да, ваше высочество, - опустил голову дворецкий.

   - Вот и молодец. А сейчас приставь к ней кого-нибудь на всякий случай, чтоб не сбежала. И, предупреждаю, что бы ни случилось ночью в моей комнате, зайти можете только по моему приглашению. Даже если девка будет орать как резаная, - мрачная улыбка промелькнула на губах Алькора. - Еще одно - если вдруг я выйду из комнаты без своего венца, - наследник указал рукой на свой обруч. - Поместите меня под арест, что бы я ни говорил и отправьте за владычицей. Ясно?

   - Да, ваше высочество, - ответил Бринэрин, понимая, что мирные посиделки в кабаке сегодня не состоятся. А ближайшая встреча с Заком будет посвящена судьбе его дочери. И чем только Илинвен ухитрилась не угодить наследнику? Не повезло девочке, очень не повезло. Сейчас бы ее к отцу отвести, пусть хоть простятся, но рискованно это. А ну как удерет? А ну как Зак откажется подчиняться приказу наследника или откажется взять деньги за жизнь дочери? Нет, должность дворецкого стоит дорогого, таким не разбрасываются направо и налево. А Зак, что Зак? Не было его полвека и еще полвека не будет, жили же без него как-то...

   Дива искать долго не пришлось - он сам вышел на лестницу, стоило только Тимиру уйти. По его ошарашенному виду Илика поняла, что он, если и не видел, то уж точно слышал все, что тут происходило. Но Бринэрин хорошо научил своего младшего помощника держать язык за зубами, поэтому никаких комментариев от него не последовало. В полном молчании Див'ррет довел сирену до нужной комнаты, разыскал Барри'гхима, старшего помощника дворецкого, представил ему новую горничную, после чего торопливо удалился.

   Илика почти безразлично оглядела еще одного своего начальника. Все ее мысли занимало странное поведение Тимира. Впрочем, она даже не была уверена в том, что это был Тимир. Внешне, конечно он, но разве мог он так себя вести?

   Барри'гхим оказался рослым асуром со шрамом через все лицо. Выглядел он весьма свирепо, что было бы весьма кстати какому-нибудь разбойнику с большой дороги, но совершенно не сочеталось с образом слуги.

   - Эй, чего глазеешь? - от оглушительного баса Илика вздрогнула. - Я тебе говорю, чего глазеешь, дармоедка? Мигом взяла вот эту тряпку... - в сирену полетела грязная половая тряпка, от которой с большим трудом удалось уклониться, - и мой полы в комнате справа от этой. И чтобы все сверкало! Ведро стоит за дверью, воду можешь набирать в пруду на заднем дворе. Быстро!

   Илика подхватила тряпку и мигом выскочила из комнаты, стремясь очутиться подальше от этого монстра. Едва не споткнувшись о ведро, сирена подхватила его звякнувшую ручку и опрометью побежала к лестнице. Найти задний двор не составило большого труда. Для этого оказалось достаточно спуститься на первый этаж и найти самую маленькую и неприметную дверь, за которой, собственно, и оказалось все искомое.

   Сирена оглядела двор и пришла к выводу, что это, пожалуй, одно из самых приятных мест в Катане: желтовато-серый песок не закрывали унылые черные плиты, а берега небольшого пруда то здесь, то там покрывали темно-зеленые заросли рогоза. Подхватив ведро, сирена шустро взбежала на мостки и зачерпнула воды.

   - Я помогу, - Див'ррет подкрался до того тихо, что Илика вздрогнула и едва не свалилась в пруд. Юноша придержал ее за плечо, потом взял ведро и потащил его к входу. Сирене осталось только послушно следовать за ним, досадуя, что не получилось хоть немножко посидеть у водоема, отдыхая от однообразных черных пейзажей Катана.

   - Ваше высочество, - Алькор досадливо поморщился - голос камердинера звучал слишком резко, отдаваясь дополнительной головной болью. - Смею вам заметить, что вы преступно небрежно относитесь к своему здоровью. Я настоятельно предлагаю вам призвать в свои покои Хаун'мира, либо хотя бы придворного лекаря.

   - Даэр, - наследник с такой силой сжал кубок с зельем забвения, что тот смялся. Алькор зло зарычал - новое тело оказалось значительно тренированней старого, и он до сих пор не научился соизмерять его силы. - Я тебя предупреждаю, если ты хоть словом, хоть полусловом заикнешься о моем недомогании кому бы то ни было, я лично сверну тебе шею, понял?

   Опасливо поглядывая на смятый кубок, камердинер кивнул.

   - Вот и молодец, а теперь принеси мне другой кубок и свободен до завтра, - сказал Алькор, стараясь говорить как можно тише - любой громкий звук вызывал дикую боль. Периодически наследник испытывал большой соблазн рассказать про новую горничную матери. В этом случае девушку мгновенно передадут в руки палачей, и буквально через полчаса все будет закончено. Тимиру незачем станет сопротивляться, головные боли исчезнут и больше не будет риска отторжения "Крови близнецов". Но... это будет не интересно, слишком просто, удовольствия никакого, да и эффект окажется слабее.

   Взгляд Алькора остановился на коричневой карте призыва, лежащей на подоконнике. Идея натравить на девчонку в конце ночной забавы ручную пантеру Тимира, казалась все более привлекательной. Любимый зверь кузена растерзает его любимую девушку... Наследник довольно зажмурился и тут же болезненно охнул, - в висок словно впилась стальная игла.

   - Что, не нравится моя идея? - прошипел он. - Ничего, потерпи, недолго тебе осталось терпеть...

   Ручного зверя Тимира пришлось отозвать в карту в первый же день. Пантера вела себя странно для питомца - рычала на своего хозяина, скалила клыки, словом, выглядело это так, как будто в карту заключили дикое животное, не связанное заклятьем повиновения, что представить себе было сложно. Впрочем, прямые приказы она худо-бедно выполняла, следовательно, была надежда, что и с девушкой не подведет. Тем более, что дикому зверю должно быть в радость поохотится на беззащитную жертву.