Сёши - Bergensen Christian

- Но... Хатаке-сан, в этом возрасте дети ещё не могут правильно оценивать последствия своих поступков и предсказывать опасные ситуации.

- Всё он может, просто не хочет! Спрашивайте больше, и смело тыкайте носом в ошибки, а то прошлый учитель его совсем разбаловал.

Сёши - двоечник и Умино Ирука - стажёр из Академии

Ой-ой!

Вот что значит полагаться на увиденное в сериале. Как же я лопухнулся!

Ирука-сенсей оказался совсем не таким добродушным, снисходительным и любящим детишек, как я думал. Шестнадцатилетний пацан был тем ещё придирой - строго отчитывал за каждую промашку и не терпел пререканий. А главное он прямо носом чуял, когда я филонил!

Например, как сейчас.

- Сёши-чан, ты снова отвлёкся и растерял чакру!

- Простите, Умино-сенсей.

- Остановился! Вдох... выдох... Собрался! Побежали!

И так всю неделю. С утра и до обеда.

Учиться мы начали с бега, вернее с использования чакры для бега.

Примерно оценив количество собранной мной энергии, сенсей удовлетворенно потёр ладони и велел сделать именно то, что категорически запрещалось творить новичкам в цигун - направить её движение! Земные авторы дружно сходились на том, что дилетантская попытка подвигать ци могла вызвать нарушения в работе внутренних органов и привести к опасной травме, но Умино заверил, что всё будет нормально, уж он-то проследит.

Для упражнения следовало замешать немного чакры и просто подумать о нужной части тела. По словам сенсея, именно мысль являлась проводником воли, при помощи которого шиноби проворачивали свои чудо-дзютсу, и всё что мне требовалось - так это хорошая концентрация. Энергии и мысли.

В мульте студентам Академии для повышения сосредоточенности на лоб лепили листик. Здесь Ирука втыкал в основание пальцев тонюсенькую металлическую иголочку. Ставил неглубоко, всего на пару миллиметров, но раздражала она безумно, и забыть о ней не было никакой возможности. Через несколько минут уколотое место начинало гореть и чесаться, а уменьшить зуд могла только порция чакры.

Через три дня лютой нетерпячки, осатанев от придирок Ируки, я научился худо-бедно собирать и направлять ровный постоянный поток в указанное место. Но только сидя! В неподвижности! С закрытыми глазами! Стоило начать перемещаться, и внимание распылялось. Я мог смотреть на свои ноги, думать о ногах, чувствовать только их - поток получался рваным и слабым.

Ы-ыыы!..

В тысячный раз утратив концентрацию, я забастовал:

- Сенсей, а нельзя заранее напитать мышцы чакрой, немного побегать, а потом повторить?

- Даже не пробуй! - Умино даже учебник отложил.

- А почему-почему-почему?!

Ирука устроился рядом со мной и закинул проверочный вопрос:

- Сёши-чан, как ты думаешь, отчего простые люди не могут бегать с такой же скоростью, как тренированный шиноби?

- Ленятся?!

- Ладно, слушай. Если что-то не ясно, переспрашивай.

Согласно покивал. Переспрошу, конечно. Понять-то хочется.

- Представь себе, что человек очень долго и очень быстро бежит. Без остановок и отдыха. - В голосе Умино появились особые учительские интонации. - Спустя некоторое время в его мышцах начнут накапливаться вредные вещества и крошечные травмы. Постепенно они могут стать опасными для здоровья. Чтобы этого не случилось, тело посылает сигналы в виде усталости и боли о том, что необходимо отдохнуть. Понимаешь?

- Ага-сь! То есть, да, сенсей.

- Чакра не просто даёт нам силу - она укрепляет тело, отменяя, тем самым, ограничение на быстроту и длительность бега. Поэтому так важно поддерживать постоянный и равномерный приток энергии! Если ты недостаточно защитишь тело, но будешь поддерживать высокую скорость, то рискуешь повредить сустав или заполучить множество мелких разрывов в мышцах.

- Теперь понятно.

Хм-м... значит, без чакры любой шиноби превращается в обычного тренированного стайера. Буду знать.

Неспешно бродить, направляя чакру в ноги, у меня получилось на пятый день. Бегать на шестой. Но концентрацию я терял постоянно. Ирука ловил меня за шкирку, останавливал, давал продышаться, собраться, и снова командовал: "Бегом!"

- Слишком медленно, Сёши-чан!

- У меня ножки коротенькие, сенсей, - злобно пропыхтел я.

- А ты шевели ими быстрее! - веселился Ирука. - И про дыхание не забывай.

- Забудешь с вами, сенсей.

Как только поток прекратил рваться и скорость начала уверенно расти, этот придира объявил, что теперь настало время "учиться бегать правильно".

Для начала мы пошли в магазин и купили мне сандалии с тонкой литой подошвой, рифлёным протектором и без подъема к пятке. Непривычная обувь кое-как защищала стопу от острых предметов, но совсем не пружинила. По своим качествам она напоминала сандалии наших туристов-легкоходов или индейцев Тарахумара. Побегав в них пару часов, я неслабо оттоптал себе пятки и начисто забил непривычные мышцы.

Ирука помогал мне размять закаменевшие икры и объяснял, что упругая обувь, несомненно, удобнее, но чрезмерно защищённая от неровностей земли стопа быстро слабеет. Именно поэтому обувь для походов подбирается под климат и рельеф, а тренируются шиноби исключительно в тонких сандалиях или даже босиком.

Бегали мы в перелесках и парках. По земле, по траве, по крутым каменистым тропинкам и гораздо реже по ровным уличным мостовым. Ирука показал правильную походку - ногу следовало ставить на землю либо всей стопой, либо с наклоном к пальцам, чтобы икроножные мышцы могли разгружать пятку и компенсировать неровности поверхности. При беге спина оставалась прямой, тело чуть наклонялось вперёд, а ноги слегка сгибались в коленях. Длина шагов становилась меньше, зато их частота заметно возрастала.

Пересчитав местные единицы длины и времени в привычные метры и секунды, я выяснил, что средняя скорость бега для шиноби (по ровной местности) составляла примерно тридцать километров в час. Даже самый немощный генин мог несколько часов рысить в таком темпе без перекуров и напряжения.

Крутым считалось педалить под шестьдесят. При желании, это могли делать практически все, но очень разное время. Кроме повышенного расхода чакры, дополнительной проблемой на такой скорости оказалось сужение поля зрения. Приходилось отдельно тренировать внимательность и реакцию, чтобы не влететь во что-нибудь - любая незамеченная кротовина или коряга могли стать причиной сломанной шеи.

Запредельной скоростью бега, которую самые прошаренные бегуны поддерживали не больше часа и делали это исключительно на воде - считалось что-то около девяноста километров в час. Всё что быстрее проходило уже по классу специальных дзютсу и тренировалось отдельно.