Новобранец. Служба контрмагии (СИ) - Александр Тув

Потом они перекусили на скорую руку и опять поплавали в бассейне. Потом они поиграли в футбол на маленьком поле, пять на пять, без вратаря. Самым сильным впечатлением от игры было то, что Айшат играла не только лучше его (он совсем не умел), а вообще лучше всех остальных игроков обеих команд!

Потом был ужин в маленьком, уютном ресторанчике, в котором играл живой оркестр! Они с Айшат танцевали, обнявшись, а сверху, как ни банально это звучит, на них смотрели большие мохнатые звезды.

Ну а потом была ночь, продлившаяся почти до утра…

Впервые за последние десять дней, причем надо честно признать — лучших дней в жизни Дениса, его разбудил не нежный поцелуй. Его разбудил гонг — звук не сильно противный, и даже не лишенный приятности, мелодичный такой — но отнюдь не поцелуй!

— Какого… — пробормотал сонный Денис, не желая вываливаться из сна в реальность ни под каким видом, но перезвон не кончался, и пришлось все же приоткрыть глаза.

— Да! — хрипло выкрикнул он, поняв, что гадкая мелодия сама собой не сгинет в тартарары.

— Пролежней не боишься?

— Чего!? — Денис одной ногой продолжал оставаться в царстве Морфея, страстно желая втянуть туда и вторую. У него тлела в глубине души слабая надежда, что все это ему снится, и что сейчас его поцелует Айшат, и он проснется по — настоящему, и что все будет замечательно, как вчера, позавчера, позапозавчера…

— Пролежней. Спишь много.

«Шэф… чтоб его… чтоб ему!..» — подумал Денис, окончательно проваливаясь в явь. Он не ошибся. Лицо, висевшее в воздухе над кроватью, было легкоузнаваемым — если Денис сильно изменился после переброса, причем в лучшую сторону, то Шэф просто помолодел — его лицо осталось прежним, но с него исчезли морщины, и внешне он стал ровесником Дениса. «Молочные братья!» — съехидничал внутренний голос.

Несмотря на то, что черты Шэфа стали, да и были, такими же правильными, как теперь у Дениса, «красавчиком» его назвать, язык не поворачивался — глаза подводили. Денис еще не до конца проснулся и находился в каком-то промежуточном состоянии между явью и сном, и видимо это промежуточное состояние сознания помогло увидеть то, что в обычном было скрыто — он понял, что смущало его в руководителе все то время, что они знакомы. Была какая-то непонятность в лице Шэфа, что-то цепляло внимание, подсознание пыталось протолкнуть донос «наверх», в области осознания, но мозговая бюрократия успешно прятала под сукно все сигналы «снизу», а теперь вот недоглядела — и на старуху бывает проруха…

У Шэфа взгляд вервольфа, вдруг понял Денис — не волка, не человека, а именно волка — оборотня: для человека слишком жесткий, а для волка слишком умный! Естественно, Денис ни на секунду не заподозрил, что Шэф действительно оборотень… хотя… да нет… нет…

Открытие не удивило и не напугало Дениса — просто он несколько глубже, чем раньше, стал понимать истинную суть любимого, а также мудрого руководителя, а кроме того, главкома и верховного главнокомандующего — и все это в одном, так сказать, лице — и пока лицо это было старым, его глаза не так бросались в глаза (каламбур!) — морщины и благородная седина маскировали выражение глаз, а теперь они слегка (да пожалуй, что и не слегка) диссонировали с молодым лицом.

— Дэн, через полчаса внизу, в холле, — сказал любимый руководитель и отключился.

После этих слов Денис окончательно проснулся. Быстрый взгляд показал, что в номере он один. Была слабая надежда, что Айшат в душе, но что-то говорило Денису, что вряд ли…

«Я спросил у тополя — где моя любимая? — всплыло в голове у Дениса. — Интересно, а какой тополь имелся в виду — дерево, или, какой-нибудь «Тополь — М», но это — второй вопрос, а первый — где Айшат?! Чего-то я ее не чувствую…» — тщательная проверка, можно даже сказать — обыск, в ванной, показала, что чувствовал Денис совершенно правильно — Айшат не было, зато на прикроватной тумбочке обнаружился мем — кристалл. Положа руку на ногу, надо честно признать, что с точки зрения Дениса, замена была не равноценной… — хотя качество трехмерного изображения не вызывало никаких нареканий, но ни обнять его, ни произвести еще какие-либо действия, оно не позволяло.

— Дэн привет! — Улыбка девушки была, как обычно ослепительной, но в глазах чувствовалось что-то эдакое… была там какая — та грустинка… — Извини, что не попрощалась — срочно вызвали на работу. Будешь в наших краях — свяжись со мной, — она сделала чуть заметную паузу, — если захочешь. Буду рада. — Айшат послала ему воздушный поцелуй и отключилась.

«Вот такие пироги с котятами… — на работу вызвали!.. Знаем мы эти работы!» — с несправедливой злостью думал Денис, одеваясь. Он чувствовал себя ребенком, у которого отобрали любимую игрушку — вероломно, без объявления войны. Хотелось покапризничать, но, шестое чувство подсказывало, что Шэф относится к той, теперь почти вымершей категории родителей, которые в ответ на капризы, скорее молча выпорют широким ремнем с большой пряжкой, причем не исключено, что именно — пряжкой, чем начнут вытирать сопли. Так что, по здравому размышлению, капризы нужно было засунуть в жопу, причем в свою, и лучше — поглубже.

— Смазал? — поинтересовался Шэф вместо приветствия.

— Чего?

— Пролежни. — Охотно пояснил руководитель. — Всё. Каникулы закончились. Пора заняться делом — так что все потертости, припухлости и прочие пролежни посыпь тальком и смажь детским кремом. Потничкой не страдаешь? — заботливо поинтересовался он.

Видимо Шэф был не только вервольфом — он был еще неплохим психологом — Денис почувствовал, что потеря любимой игрушки вещь конечно неприятная, но не настолько, чтобы уходить в мужской монастырь. Про женский же интуиция подсказывала, что категоричность здесь не уместна…

— Шэф, тебе никто не говорил, что общаться с тобой на пустой желудок, это как читать большевистские газеты перед завтраком?

— Говорил.

— Ну и?

— Пойдем завтракать.

В маленькой кафешке они были абсолютно одни. После заказа, Денис поинтересовался:

— Нам что, больше ничего не угрожает?

— С чего ты решил?

— Охрану сняли…

— Никто ничего не снимал — нас охраняют «тени» — элита разведки «Морского Змея». Ты их никогда не заметишь.

— А ты?

— А я… может замечу, когда сзади горло перережут.

— Понятно… хотя нет — непонятно. Если нас надо охранять, почему забрали Айшат? — вопрос дался Денису проще, чем он думал.

— А с чего ты решил, что она тебя охраняла? — удивился Шэф.

— А разве… — Денис ничего не понимал: он был уверен, что девушка — какая-то местная «Никита», приставленная Ларзом для его непрерывной охраны. Днем и ночью. А если это не так, то вообще ничего не понятно.