Паломничество жонглера (фрагмент) - Владимир Аренев

- Какой же вы все-таки мальчишка! "Мстить"! "До конца своих дней!" Хорошо, я согласна. Мстите. Но сперва - съездим к Ллусиму.

"Ты же даже не представляешь, во что ввязываешься и что творишь!" - с досадой подумал Кайнор.

Он не знал, что точно такие же слова час назад сказал чернявой господин Фейсал - впрочем, подразумевая совсем другое.

* * *

Между первым и стонадцатым ударами волн Иссканр успел главное: понять, что происходит, и принять меры, какие мог. Впрочем, опять же, сперва он принял меры, а уже потом, лежа в деревянном ящике - "в гробу!" - понял, что море вознамерилось-таки раз и навсегда покончить с "Кинатитом". Как говорится, не мытьем, так катаньем.

Если честно, то никаких особых вариантов у Иссканра-то и не было. Из комнаты-ловушки, куда он провалился, найти выход он попросту не успевал. Да даже и выбрался бы в коридор - а дальше-то что?! Куда бежать, как спасаться?

Впрочем, лодка тоже не была таким уж подходящим путем к спасению. Она вообще не была путем к нему - лишь маленькой надеждой на то, что Иссканр проживет чуть дольше и сможет потом выбраться - сперва из ящика в лодке, а потом... потом видно будет.

Главное, что покойника в ящике не оказалось. Его там, как догадался Иссканр чуть позже, и не могло быть: скорее всего лодку эту взяли "про запас", на тот случай, если ее владелец умрет посреди океана. Ведь тогда у них вряд ли были бы время и возможности сделать ее. Вполне оправданная предусмотрительность.

Теперь то, что предназначено было обеспечить безбедное посмертие какому-то неведомому знатному мореплавателю, Иссканр собирался использовать, чтобы спасти свою жизнь.

Он забрался в лодку, а потом и в ящик, отметив при этом, что и та, и другой имеют не совсем обычную форму. Их борта были двойными и заключали в себе некую прослойку - или, может, они вообще были полыми и там находился лишь воздух? Иссканр не вполне понимал, к чему понадобились такие ухищрения, но догадывался, что предки не хотели, чтобы лодка затонула - и уж тем более ящик (гроб!) с останками покойного.

"Похвальное стремление", - пошутил Иссканр, забираясь в ящик и укладывая сверху крышку: не наглухо, но так, чтобы потом ее можно было быстро закрыть. Он хотел как можно дольше дышать свежим воздухом, однако опасался неожиданного удара, способного... по сути, способного сотворить со старым парусником-домом что угодно!

"Как будто мало мне было Сна-Тонра!" - он лежал в затхлом, узком гробу, а лодка - и весь дряхлый "Кинатит" - раскачивались от оплеух ярящегося моря. Потом, после очередного, особо мощного удара, раздался оглушительный треск - и Иссканр торопливо вдвинул крышку на место. Изнутри на ней были какие-то выступы, он ухватился за них, чтобы удерживать крышку в таком положении (хотя она была и сама по себе достаточно тяжела, а все-таки...).

В следующий миг вселенная споткнулась, вздрогнула и полетела кувырком.

И длилось это как минимум - вечность...

Закусив губу, из последних сил удерживая крышку, Иссканр бился о стены древнего гроба и с каждой минутой все сильнее убеждался в бессмысленности своей задумки. Разломанный, разбитый о скалы "Кинатит" унесет в открытое море по частям - и в одной из этих частей будет находиться запрятанная в каюте лодка с Иссканром. И затонет этот фрагмент парусника-дома так же - с лодкой в каюте.

А даже если стены треснут и лодку выбросит наружу, она выскользнет из ловушки за выливающейся из каюты водой, - тогда что? Ее затянет в один из водоворотов, которые образуются, когда части парусника-дома начнут опускаться на дно.

Смерть, смерть, всюду смерть!

Но если бы он каким-то образом сумел выбраться из каюты с лодкой и добежать до верхней палубы - куда бы он делся? В ледяных волнах одинокого пловца ждала бы та же самая смерть; ну а попасть на остров он бы попросту не успел, теперь это ясно.

Но как же хочется жить! - особенно теперь, когда трясешься в чужом гробу!

Он старался дышать как можно реже и спокойнее, но это плохо получалось. Лодку швыряло из стороны в сторону, в конце концов что-то тяжелое навалилось сверху на крышку - и Иссканр с облегчением опустил руки. Он все равно больше не смог бы ее удерживать.

Мир вокруг продолжал рушиться, и стенки гроба трещали, как и всё вокруг, - но пока еще не поддавались.

Иссканр закрыл глаза - что толку таращиться в темноту? - и как будто снова оказался в ступениатском госпитале. И всплыло из памяти полузабытое ощущение, что мир вокруг меняется, жизнь меняется, он, Иссканр, тоже меняется... Изменчивый мир, как и в прошлый раз, завертелся вокруг него, раскрашиваясь в разноцветные полосы, которые принялись выгибаться, таять, перетекать одна в другую. И снова кто-то закричал - вот только на сей раз поблизости не было больных, вообще никого не было, кто мог бы издавать такие крики.

"А говорят, человек перед смертью вспоминает прожитое... Тут же - чушь какая-то!"

Голос кричал все громче, теперь Иссканр не сомневался, что он принадлежит не человеку. Хотя существо явно было разумным... во всяком случае, настолько, чтобы чувствовать боль и страдать. "Это как-то связано между собой: цветные полосы и крик", - понял он. И каким-то образом они были связаны с ним, безродным парнем, который вот-вот должен умереть.

Он падал - наяву и в своем видении, и в какой-то момент перестал отличать одно от другого. И тогда... тогда он почувствовал на себе взгляды - пристальные, нечеловеческие. Из прошлого. ("...но не из моего же!..") Обладатели этих взглядов, кажется, и были причиной падения Иссканра-который-не-был-Иссканром.

Невыносимая, всеохватная боль пронзила вдруг его тело. И он закричал, распадаясь на куски, как распадался сейчас (...когда? когда - "сейчас"?!..) на куски "Кинатит".

В мире, разноцветном, монотонном своей болью, которая тем не менее норовила расслоиться, распасться на составляющие (вот боль душевная, вот телесная - вам какую?) - в мире этом не было места для человека, ибо не в силах человек вынести такое - и остаться самим собой.

...Или только тогда и остаешься - человеком?

Иссканру было не до размышлений и философствований. Он хотел лишь одного (...без "сейчас" - теперь он всегда хотел этого!..) - смерти! забвения!! покоя!!!

Он коснулся щекой стенки гроба и ощутил влагу. Доски плакали, сочились слезами, в ушах стоял звон - и значит, уже скоро. Либо закончится воздух, либо треснут стенки, либо...

Мощный толчок швырнул его в очередное кружение, но теперь, кажется, что-то изменилось. Лишь пару биений сердца спустя Иссканр понял, что раньше он падал, а теперь возносится. Вернее, его возносят.

Кто?

Зачем?

Неужели, чтобы снова низвергнуть?!

Он застонал - и доски вокруг отозвались треском, им тоже было больно, они тоже едва-едва выдерживали, еще немного - и...