Город Бессмертных. Трилогия - Даниэль Дессан

Книга 1. Глава 23

– Значит, это был Неназванный? Седьмой Ключ? – спросил Эннареон, глядя на закатное солнце, не прикрывая глаз, и подставляя лицо легкому ветерку из долины.

– Угу, – кивнула Альрин, не оборачиваясь.

– Жалко, что пришлось его уничтожить, – вздохнул Эллагир. – С другой стороны, вряд ли Рентар бы отдал его нам на блюдечке.

– А вы разгадали, что он делает? – вклинилась в разговор Лисси, сидящая позади эльфа.

– Да, – усмехнулась чародейка. – Седьмой Ключ не обладал каким-то уникальным даром, но заключал в себе все способности остальных шести кристаллов. По счастью, бывший советник только начал изучать его возможности. Пробудь это дело в тайне еще полгода, и кто знает, – пожала плечами девушка, – возможно, миру, каким мы его знаем, пришел бы конец.

– В таком случае, – безапелляционно заявил эльф, – хорошо, что камень уничтожен. Слишком большой соблазн для слабых духом, но богатых желаниями. Как же он оказался в Румхире?

– Я отправила донесение Сандару с нарочным из Подгорного Королевства. – проговорила Альрин негромко. – Думаю, он сможет пролить немного света на историю Ключей.

– А как ты рассчитываешь получить ответ? – удивился Тангор.

– О, наш учитель что-нибудь придумает, – беспечно улыбнулась девушка.

Дорога миновала перевал и устремилась вниз, петляя между валунов и деревьев. Впереди, повсюду, куда мог достать взгляд, расстилалась желто-зеленое покрывало степи.

– Тоддмер, – выдохнул Дейар с благоговением. – Наш дом.

– Дом, в котором не все ладится, – грустно усмехнулась Деера.

– Но он от этого не перестает быть родным, – возразил менестрель, вглядываясь в даль. – До ближайшего города день пути, друзья, значит, завтра на закате мы простимся.

– Даже раньше, – заметил Эннареон. – Мы скоро свернем с тракта. Чем меньше людей в Тоддмере нас увидит, тем лучше. В королевстве гномов приключений было более, чем достаточно, на всех нас.

– А я думал, что эти самые приключения, наконец, закончились, с тех самых пор, как мы покинули Румхир, – вздохнул Эллагир.

Альрин, легко поцеловав его в шею, весело возразила:

– Не скучай! Может быть, наоборот, все только начинается?

Книга 2. Пролог

Книга 2, «Руны Каллериана».

Человек в темно-синем плаще довольно откинулся на дубовую спинку высокого кресла. Пальцы его слегка подрагивали от только что творившихся чар. В неверном свете масляной плошки можно было увидеть, как торжествующе сверкают его глаза.

Человек улыбался, и это была улыбка победителя.

Перед ним, на широком столе, заставленном колбами, ретортами, заваленном ворохом пергамента и кучей непонятных для постороннего, скупо поблескивающих инструментов, лежала большая книга в кожаном переплете.

С виду небрежный, но точно выверенный взмах руки – и том сам собой раскрылся. С сухим шелестом ломкие страницы начали переворачиваться, одна за другой. Они были девственно чистыми: ни единой надписи, ни руны. Язычок пламени в светильнике заплясал от дуновения воздуха. Листы мелькали все быстрее, пока, наконец, не закончились. С глухим стуком переплет захлопнулся. Пламя погасло, и все вокруг погрузилось во тьму.

Чародей стремительно встал, одним движением сунул книгу в заплечную суму и уверенным шагом покинул комнату. Через несколько часов он уже распахивал дверь таверны “Кабаний Бок”, что на Столичном тракте.

– Добро пож… – начал с поклоном трактирщик, но человек в плаще грубо оборвал его:

– Замолкни! Веди меня в комнату, которую ты сдаешь гостям на ночь.

– Эй, полюбезнее, приятель! – раздался зычный бас сзади. – А то мы научим тебя манерам!

Чародей не обернулся.

– Веди! – повторил он трактирщику, и шепотом, так, чтобы его никто больше не услышал, добавил:

– Arrea Irmenare!

Подчиняющая волю формула Ирменара сработала, хотя шансов на это без долгой, многодневной подготовки объекта было не так уж много.

“Мне сегодня везет”, – с усмешкой подумал чародей, поднимаясь за трактирщиком по скрипучей лестнице.

Комната оказалась убранной довольно богато. Тяжелые бархатные занавеси на окнах и резной деревянный потолок вызывали удивление: нечасто в тавернах можно встретить такую обстановку. Но человек в темно-синем провел несколько часов в седле не для того, чтобы любоваться интерьером. Он выложил книгу на стоявший здесь же массивный дубовый стол.

– Она лежит здесь несколько лет, понял, болван?

Трактирщик равнодушно кивнул. Из уголка рта показалась струйка слюны. Чародея передернуло от отвращения, но он знал: это – побочный эффект от заклинания. Приходится терпеть.

– Ты никого не станешь сюда селить, кроме пары молодых магов. Они заявятся через пару дней.

Он подробно описал внешность будущих гостей, чтобы исключить ошибку, и добавил еще несколько инструкций.

Дверь распахнулась и в комнату, распространяя запах крепкого эля, ввалился высокий грузный детина. В одной руке он держал увесистый деревянный табурет.

– Что этому говнюку от тебя надо, Гил? – уже знакомым басом обратился он к трактирщику, не замечая, что с тем что-то неладно. – Давай вышвырну его отсюдова!

– И еще, – хладнокровно произнес чародей, не удостоив вошедшего взглядом. – Ты сейчас спустишься в залу и будешь работать, как обычно. Если кто-то начнет беспокоиться об этом человеке, ты скажешь, что видел его уходящим домой. Ступай!

Трактирщик покорно вышел прочь, не обернувшись ни на синие сполохи, ни на короткий вскрик, полный боли, ни на стук выпавшего из руки табурета. У него было четкое указание, и он даже в мыслях не имел его нарушить.

От незадачливого заступника остался лишь слой пыли и пепла. Чародей, выходя из комнаты, грязно выругался: пепел запачкал подошвы сапог. Если бы он обернулся, то с удивлением увидел бы: по книге разлилось едва заметное голубоватое сияние. На обложке медленно, точно выписываемые невидимым пером, проявились серебряные руны.

Но чародей не оборачивался. Он все спланировал и рассчитал. Не было ни одной причины проверять ловушку еще раз.

– Перед приездом гостей приберись там хорошенько и вымой пол, – бросил он Гилу, покидая таверну.

Как чародей и предполагал, до этого приезда оставалось всего два дня.

Книга 2. Глава 1

Куда ни кинь взгляд – всюду путников окружала высокая, упругая и сочная трава. Зеленое море раскинулось от пояса гор, где осталась твердыня Румхир, до зримого края небес. Свежий ветер насылал волны, отчего сходство степных просторов с морской гладью только усиливалось.