Всегда есть подвох! - Каверелла

- Бедняга Нэльс,- протянула блондинка.- Этот король, вроде как отцом ему был.

- Он так боялся его подвести,- со вздохом добавил Марк.

Маша повернулась к Феарольфу и остановилась. - Плохо дело да?

Драгазар, блондинка и книгочей замерли.

Феарольф ответил ни сразу:

- Для нашего мира, смерть короля невосполнимая утрата. Ибо все добро шло от него. Все величие магии и чудеса ею сотворенные по его благословлению происходили.

Драгазар вдруг усмехнулся и пошел дальше один.

Феарольф улыбнулся и продолжил.- А пока есть те, кто в эту магию верит и те, кто готов ее защищать наши дела плохими быть не могут. Если хотите поговорить, давайте сделаем это дома. Он не далеко.

- Будто у нас есть выбор,- усмехнулась Ольга и пошла за Драгазаром.

- Я ОБЕЩАЮ... МЫ НАЙДЕМ И НАКАЖЕМ... ВИНОВНИКА В СМЕРТИ КОРОЛЯ...- доносился голос советника Карла.- А СЕГОДНЯ ДЕНЬ СКОРБИ... СЕГОДНЯ.... ВСЕМ УДАСТСЯ.... ПОПРОЩАТЬСЯ... С КОРОЛЕМ...

Они прошли через калитку и спустились в полупустой город. Драгазар и Феарольф шли впереди. За ними шла Маша, надежно охраняемая черным кентавром. Блондинка и книгочей, молча, семенили рядом с Фобосом, которому было дозволено тащить на себе тяжелую повозку.

- Кто-то знает, больше чем должен,- тихо заговорил Драгазар.- Смерть Кроноса не простое совпадение. И кто этот наместник? Если бы не этот закон о масках...можно было бы поспорить о его отношении к королю. Его могли назначить и в магистериуме.

- Может и так,- спокойно ответил Феарольф.- Хотя инквизиторы строго следят за исполнением написанного. Можно обмануть нас, но не их. Не думаю, что магистериум будет так рисковать.

- У каждого есть своя цена. И у инквизитора в том числе. Будь проклят этот день.

- Драгазар,- произнес мужчина, желая становить словесный напор своего друга.

- Теперь, Мракор и Нарака, как и их отцы попытаются разорвать этот мир, отобрав себе наибольший кусок.

- Драгазар.

- Это предательство Феарольф, предательство.

- Драгазар!

Черноволосый парень обернулся.- Что?

- Король мертв, имей уважение.

Драгазар равнодушно улыбнулся.- Всем однажды суждено.

-Хотя бы сделай вид, что ты опечален этим.

- Я ненавидел Кроноса и ты знаешь за что.

Феарольф с неодобрением посмотрел на друга, но не осмелился судить его вслух.

Маша с удивлением следила за происходящим: внезапно заболтавший Драгазар вызвал у нее интерес.

- Милая девушка,- вдруг окликнул ее чей-то скрипучий голос.- Сегодня день скорби. Возложите цветок на могилу короля.

Маша повернулась, к ней приближался дряхлый старичок в грязной накидке. Дрожащей рукой он протягивал веточку кипариса.

-Даже не думай к ней приближаться!- пригрозил Ромул.

- Но это всего лишь...

Кентавр схватил старика за воротник и швырнул на землю.- Раздавай свои цветочки кому-нибудь другому, бродяжник!

-Эй! Ты совсем без мозгов?- разозлилась Маша, что есть мочи шлепнула Ромула по плечу и пошла к старику. Кентавр схватил девушку за руку.

-Даже не думай меня держать,- процедила девушка.

Но тот лишь крепче сомкнул пальцы.

- Ро-о-мул,- властно протянул Феарольф.

Кентавр без промедления подчинился.

Маша подошла к старику и помогла ему подняться.- Простите этого громилу. Сила есть, ума не надо, это про него.

- Ничего милая девушка,- зашептал старичок.- Ничего. Бережет тебя он видно, как умеет бережет. На вот, возьми.

Девушка виновато взяла протянутую кипарисовую веточку.

- На могилку, к королю возложи.

- Хорошо, спасибо,- поблагодарила Маша, стараясь выглядеть как можно более дружелюбной.- Я не обещаю.

- А ты не обещай. Ты просто сделай. Так будет правильно...

- Я постараюсь.

Старик нагнулся к красноволосой девушке.

- Орфей прибыл, чтобы почтить память короля. Приходи, послушай. Обязательно. Вы все приходите,- громко произнес он и обратился к черному кентавру.- И ты грозный воин. Сегодня последняя ночь, когда король будет с нами.

- Спасибо вам,- поблагодарил Феарольф и потянул Машу за руку.- Идем.

Ромул гордо махнул хвостом, подняв клуб белой пыли.

Старик остался ждать прохожих с площади, дабы и им преподнести по веточке кипариса.

- Что за орфей?- уже зная к кому обращаться с такими вопросами, спросила Маша у Марка.

-Ты что!- воскликнул книгочей.- Это круче эльфов.

- Серьезно?

- Конечно! Он по настоящему уникален, своим происхождением. Его голос великий дар, ведь его отцом был северный эльф, а матерью русалка. Представляешь, какой замес!

Маша пожала плечами.

- Видимо, раз ты так этим восхищен. Не забывай, я далека от мира сказочного.

- Ну, зато теперь ты знаешь, что мир вовсе не сказочный, а вполне реальный.- Марк приобнял Машу.- За всю историю нашего мира, орфей был всего лишь один. Удивительно, что жив до сих пор. Это круто, наверняка нет книгочея, который бы слышал, как орфей поет. Я буду первым! - Вдруг он взволнованно посмотрел на Феарольфа.- Надеюсь можно? Мне можно пойти послушать орфея?

- Посмотрим,- улыбнулся мужчина.

Они прошли вниз по улице и свернули в темный переулок. Там в конце, поблескивала истертая табличка 'Ремонт часов'. Подойдя ближе, стало возможным разглядеть и надпись поменьше: 'Производим ремонт любой сложности. Диагностика бесплатна'

- А вот и мой дом,- тепло произнес Феарольф, подошел к двери, и пошарив где-то под козырьком небольшого крыльца, вытащил небольшой ключ.

- Вы ремонтируете часы?- удивилась Маша.

- Да,- кивнул мужчина и открыл скрипучую дверцу.- Я часовщик. Проходите.

- Часовщик, хм,- пренебрежительно повторила Ольга и подозрительно оглядываясь, вошла в темное помещение. - А свет тут вообще есть?

- Есть, - ответил Феарольф.

Тут же загорелось много света: настенные бра в форме свечей, высокие лампы с бархатными абажурами и настольные лампы стоящие почти на каждой полке.

Марк огляделся.- Ого! Я даже не знаю, чего тут больше осветительных приборов или старинных часов.

- Это уж точно,- усмехнулась Маша.

Действительно первый этаж, который представлял собой холл небольшой мастерской, был полностью увешан часами, разных размеров, форм и производства. Удивительно, что до того, как они вошли, все часы молчали, и ни одна стрелка не двинулась с места. Теперь же, мастерская будто ожила при появлении хозяина; возле книжной полки забили большие напольные часы, маленькая деревянная кукушка вылезла из домика и прокукукала восемь раз над Машиной головой, а огромные глаза керамической совы перебегали то на блондинку, то на книгочея.