Ни слова о деньгах - Наталия Левитина

Сегодня он опять пришёл с подарком.

– Надо-надо! Католическое рождество на носу, – с ходу отмёл он все Дашины попытки отказаться от презента.

– Ты что, католик? – засмеялась Даша.

– Нет, православный. Но мы не должны… – Паша призадумался, подбирая слова. – Мы не должны игнорировать праздник коллег.

– Мне нравится, как ты говоришь, – улыбнулась Дарья. Она взяла блестящую коробку, украшенную бантом.

Из речи одноклассника исчезли бесконечные «чё» и «блин», так же, как с шеи испарилась вульгарная цепь-анаконда. Интересно, что сейчас Дарью вовсе не раздражало Пашино косноязычие, но, возможно, впоследствии оно стало бы для неё утомительным. Калинин, словно предвидя это и планируя их будущее, работал с речью, развивался.

Но у них двоих нет совместного будущего, напомнила себе Даша и почувствовала, как проваливается в чёрную яму.

– Ты одна? – спросил Паша. – А где мелкий?

– Свинтил в гараж.

– Свинтил? – улыбнулся Паша. – Мне нравится, как ты говоришь! – повторил он Дашину фразу. – Открывай скорее, чего ты ждёшь!

Даша начала осторожно распечатывать коробку. Внутри оказалась… очаровательная куколка-эллоувайн.

– Ах! – выдохнула Даша. – Какая прелесть!

– Нравится? Нравится? – с надеждой заглядывал ей в глаза щедрый волхв.

– Паша! Но ведь это дорого! – в отчаянье воскликнула Дарья.

– Нет, ты скажи, тебе нравится?

– Нравится ли мне… Конечно, нравится! Но я не могу принять такой дорогой подарок.

– Колечкина! – возмутился Паша. – Ты чё ваще базаришь?! То есть я хотел сказать, да не парься ты… Нет, опять не то… Минутку, – Паша сконцентрировался. – Даже если бы я подарил тебе… э-э… остров в Тихом океане, то… то и тогда это было бы… недостаточно дорого, чтобы… чтобы… соответствовать… чтобы выразить… О господи! Проще пробурить пятьдесят метров скальной породы, чем объяснить, что думаешь! Короче! Колечкина, не вздумай отказываться. Возражения не принимаются.

Татьяна Дмитриевна: Я горжусь Павликом. Он способный ученик и делает потрясающие успехи. Идёт напролом, как танк. На днях мы изучали сложноподчинённое предложение и страдательный залог.

Павел К.: Ух ты! Въехал с полпинка! Итак, страдательный залог. Я люблю Дашу – Даша любима мной. Я обожаю Дашу – Даша обожаема мной. Я хочу Дашу – Даша… А тут как? Ай, ладно! Всё равно хочу.

– Паша-а-а-а, – проныла Дарья. Она не могла отвести взгляд от чудесной куколки, рассматривала её не дыша. – Что же мне делать?

– Отправь к девочкам. Посади на диванчик. Пусть общаются.

Даша прижала куклу к груди.

– Спасибо, – растроганно произнесла она. – О-о, какой подарок!

Их разделял метр. Больше всего на свете Даше сейчас хотелось повиснуть на шее у милого одноклассника, обвить руками его крепкую шею, поцеловать в прохладную и всё ещё румяную с мороза щёку. Но она сдержала порыв.

– Спасибо! – повторила она.

– А поехали куда-нибудь? – предложил Паша. – Приглашаю тебя в ресторан. Ты меня постоянно кормишь, а я тебя нет. Посидим.

– Ой! Давай заедем к Люсе!

– Она что, хорошо готовит? И у неё есть что-то… м-м… экстремально вкусненькое? – насторожился Паша.

– Просто ей надо повесить грушу. Боксёрскую. То есть, мешок!

– Поехали, – сразу согласился Паша. – Повесим. А потом – в ресторан, д’акор?

– D’accord, d’accord, да, согласна, – кивнула Дарья.

Вот каким образом они втроём очутились в кафе «Неаполь».

– Ой, а это не тот самый перекрёсток, где Андрюша долбанулся? – спросила Люся.

– Точно. И мы с Дашей прочесали все фирмы и конторки на той и на этой стороне. Искали, у кого установлены внешние видеокамеры.

– Да, я знаю, Даша мне говорила.

– Пицца здесь великолепная.

– И сколько раз вы вдвоём приезжали на этот «пятачок»? – скептически прищурилась Люся.

– Мы и со счёту сбились, – вздохнула Даша. Она поняла, почему подруга нахмурилась. Надо отказаться от идеи дружеских вылазок, когда речь идёт о женатом мужчине.

Никакой дружбы.

Никаких совместных авантюр.

– Наверное, именно здесь вы и заканчивали каждый поход, – предположила Люся, осматривая интерьер кафе.

– Как ты проницательна! – хором ответили Даша и Паша и изумлённо уставились друг на друга.

Паша удивился сам себе. Всего месяц назад он сказал бы «Чётко сечёшь, подруга», а сейчас почему-то выдал нехарактерную для себя фразу, да ещё точь-в-точь повторяющую Дашино выражение.

– Приплыли, голубки, – вздохнула Люся. – Уже говорим хором, как после десяти лет счастливого брака.

Даша пригорюнилась, а Пашино лицо, напротив, расплылось в довольной улыбке.

Официантка принесла в два приёма четыре огромных деревянных блюда. Пицца выглядела нарядно и живописно: полоски жёлтого перца, чёрные колечки нарезанных маслин, красные кружки салями, золотистый сыр. Компания взволнованно задышала: все вдруг поняли, что страшно проголодались, пока вешали спортивный инвентарь.

– И давно ты занимаешься кикбоксингом? – поинтересовался Паша.

– Третий месяц, – улыбнулась Люся.

– А где?

– Спортклуб «Катакомба» прямо рядом с моим домом.

Люсе было чем гордиться. Вчера она впервые уложила на ринг тренера, вызвав восхищение публики. Всё вышло совершенно случайно. Петя, собираясь продемонстрировать новый приём, произвёл мидл-кик, но способная ученица увернулась, захватила рукой его ногу, отвела в сторону, совершила контрудар под опорную и дополнила атаку злобным апперкотом. Секунда – и тренер очутился на полу. Ошарашенное выражение на его лице тут же уступило место восторженной гордости: моя школа!

Едва Паша приладил боксёрский снаряд к потолку в Люсиной квартире, хозяйка инвентаря тут же ринулась его испытывать. Гости тоже приложились пару раз к кожаному мешку, поколотили, попинали…

– Третий месяц, – повторила Люся.

– И с чего ты вдруг занялась спортом… Это так странно! Не понимаю, – пожала плечами Даша.

Раньше Люся практиковала одно-единственное хобби – охоту на женихов. Вернее, это было даже не хобби, а суровая необходимость: проще дождаться момента, когда завершится полураспад урана, чем когда к тебе в квартиру вдруг совершенно случайно въедет принц на белом коне.

А теперь у Люси появилось другое увлечение – каждый вечер она проводила в клубе. И прекратила все разговоры о поисках будущего мужа. Это казалось Даше очень подозрительным. С другой стороны, она думала, что кикбоксинг – это аллегория Люсиного существования. Подруга с самого рождения дралась с судьбой, отстаивая своё место под солнцем. Пиналась, уворачивалась, колотила кулаками изо всех сил. Она никогда не получала подарков от фортуны…