Тандем. Неестественный обзор - Эдгар Грант

   Территории в глубине континента на запад от побережья, куда не дошло цунами и, где слой пепла был толщиной до метра, было решено расчищать силами местного населения под руководством муниципальных властей. Там работа тоже шла, но не так активно - большая часть населения эвакуировалась во временные лагеря и рабочих рук не хватало. Чтобы привлечь население к восстановлению, несколько недель назад министр обороны объявил всеобщую рабочую мобилизацию по тому же принципу, что в свое время хотел применить адмирал Брэдок - не хочешь работать на государство, не получишь от него еду и кров. Теперь, с появлением миллионов рабочих рук, даже в центральных районах расчистка территорий от пепла пошла заметно активнее.

   Относительный порядок поддерживался и на территориях не тронутых катастрофами. Было налажено снабжение энергией, продуктами, организована базовая медицинская помощь. Стационарных коек в больницах, конечно, не хватало, и принимались туда только больные в критическом состоянии, но все же, базовая бесплатная медпомощь была доступна почти всему населению, а это было критически важно, чтобы избежать новой пандемии.

   Обстановка с преступностью, тоже обнадеживала. Большинство местных банд стихийно образовавшихся перед зимой в период бесконтрольного наплыва беженцев и быстрого распространения вирусов, сотрудничали с властями, а те, что скатывались на беспредел, жестоко уничтожались армией, которая не стесняла себя в средствах, вплоть до применения ударных вертолетов.

   С экономикой дела обстояли хуже. Доллар превратился в пыль. Большинство банков и гигантских международных кампаний, некогда делавших экономическую погоду в мире, разорились. Остались лишь те, которые государство посчитало критичными для собственного выживания и взяло под свой контроль. На уровне крупных корпораций экономическая мощь Америки была разбита вдребезги. Но мелкий частный и некоторые сегменты среднего бизнеса, завязанные на торговлю, мелкое производство и услуги, показали удивительную живучесть и с наступлением весны, многие аналитики с удивлением отменили значительное оживление экономики.

   В общем, Америка не умерла. Она была смертельно ранена и лихорадочно, с остервенением дикого животного боролась за жизнь. И он, Коэн, должен был помочь ей в этой борьбе.

   Пропустив машину охраны вперед, внедорожник Коэна остановился около небольшого аккуратного двухэтажного офисного здания окруженного двадцатью гектарами частной земли. Здесь когда-то был местный гольф-клуб, но новозеландцам сейчас было не до игр, и одна из подконтрольных Кроуфорду структур выкупила это небольшое поместье под предвыборный штаб. Агент службы безопасности, стоявший у входа, связался с коллегами по рации, резво подскочил автомобилю и, не переставая ощупывать окрестности подозрительным взглядом, открыл важному пассажиру дверь.

   - Сэр, мистер Корфилд ожидает вас в приемной, - в полголоса сообщил он.

   Сдержанно улыбнувшись, Коэн, в который раз вспомнил фразу "Настоящей силы не видно. Видны лишь последствия ее применения". Это была одна из любимых фраз Кроуфорда, который в его штабе был известен под именем Рональд Корфилд.

   Большинство из людей, готовивших Коэна в президенты, не знали, кем на самом деле является мистер Корфилд, но все чувствовали, что от его участия в предвыборной кампании напрямую зависит ее успех, и поэтому относились к нему с уважением, если не сказать с почитанием. Кроме личного помощника Тима, только два человека, на самой вершине организации штаба знали Кроуфорда. Их старик лично выдернул из Штатов. Именно им, умудренным опытом, проверенным бойцам политических баталий, не раз и не два приводивших к власти президентов, он поручил подбор людей и организацию самой кампании. Хотя все складывалось так, что выборы должны были пройти почти на безальтернативной основе.

   После того как Конгрессу была раскрыта "правда" об исчезновении Патрика Коэна четыре года назад, большинство его членов не долго мучились сомнениями по поводу фаворита президентской гонки. Вполне правдиво звучащая история о секретной базе МНБ, тайном архиве президента, а главное, о спасенном золотом резерве на триллионы долларов, которые можно пустить на восстановление, очень быстро склонили и республиканцев, и демократов в пользу Коэна, который собирался выдвигаться, как независимый кандидат. Обе партии, конечно, выставили своих претендентов, но было очевидно, что все понимали, как лягут голоса избирателей, когда бывший глава МНБ объявит американскому народу о своих героических подвигах. Вопрос с Конгрессом был согласован в принципе, и это была очень важная победа.

   Параллельно с конгрессом Кроуфорду удалось решить и три ключевые проблемы, способные помешать выборам. После краткого, но довольно живописного описания ситуации и возможных перспектив, в случае отказа от сотрудничества, действующий президент Уолберг выразил готовность добровольно оставить свой пост по состоянию здоровья. Более того он согласился обрисовать создавшееся положение министру обороны и вывести его на прямой контакт с Кроуфордом. Разговор был долгим и трудным, но по его результату экс вице-президент заявил, что Локарт подтвердил свою лояльность и готов обеспечить Коэну поддержку руководства вооруженных сил.

   Сложнее всего обстояло дело с бывшим капитаном "Кентукки" Митчелом, в которого Москва уже инвестировала значительные средства. Еще не зная о предстоящей отставке Уолберга и объявлении Конгрессом выборов, русские активно начали создавать инфраструктуру поддержки своего кандидата, не жалея на это ни денег, ни людей. Здесь пришлось привлечь одного из членов Коллегии в России. Персонаж этот был довольно противоречив, действовал, в основном, самостоятельно, не всегда подчиняясь стратегии выработанной членами Высшей Коллегии, но работу свою он сделал. Россия, правда, полностью не отказалась от своих планов относительно Митчела, но, все же, заморозила проект до тех пор, пора кандидат Коэн официально не озвучит свою линию на сотрудничество Америки с ООН. Еще одной гарантией, что Коэну можно доверять должна была стать готовность США безоговорочно начать демонтаж тактических ядерных боеголовок.

   Все эти элементы один за другим постепенно становились в голове Коэна, на свое место, выкладывая сложную мозаику все больше и больше напоминавшую герб президента США.

   Прежде чем подняться на второй этаж в свой кабинет, Коэн прошелся по первому, пожимая руки и перебрасываясь парой-другой фраз с членами команды. Люди знали о хороших новостях из Штатов, и настроение было приподнятым, ведь в случае победы кандидата их ждали серьезные посты в Администрации. Такова традиционно была награда за лояльность и хорошую работу в предвыборном штабе.

   Кроуфорд сидел в просторной приемной, одновременно служившей офисом небольшого секретариата, и мило беседовал с Тимом, бессменным помощником Коэна уже на протяжении долгих лет.

   - Мистер Корфилд, рад вас снова видеть в нашем штабе, - Коэн протянул руку на секунду осознав, что чуть было не сказал "в вашем штабе", и от этого непроизвольно поморщился.

   - Зубная боль? - поинтересовался экс вице-президент заметив выражение лица своего выдвиженца. - У меня в Веллингтоне есть прекрасный дантист. Оборудование - высший класс. Правда с материалами в последнее время возникают большие проблемы, но я уверен, для вас он что-нибудь подберет.

   - Да... Дантиста надо бы навестить, - Коэн приложил ладонь к правой щеке, словно пытаясь успокоить боль. - Но пройдемте ко мне. Думаю, разговор с Тимом вы еще успеете закончить.

   В небольшом, со вкусом обставленном дорогой мебелью кабинете, Кроуфорд по традиции попросил стаканчик бурбона и, усевшись в шикарное кожаное кресло, укоризненно покачал головой.

   - Патрик, ты будущий президент. На тебя будут с надеждой и возможно даже с любовью смотреть миллионы американцев. Ну, нельзя же ходить с такой кислой физиономией. Улыбайся! Через боль, через тоску, через слезы, но улыбайся. Улыбка это национальный бренд американских президентов. Без нее все усилия этого штаба не стоят выеденного яйца. Американцы не проголосуют за мрачного ханжу и педанта. Ты должен изучать оптимизм, уверенность в будущем! Ну!

   Коэн, как мог, изобразил на лице кислую ухмылку и опустился в кресло напротив Кроуфорда.

   - Твою мать! С такой улыбкой только коров пасти, да и те молока не особо давать будут.

   - Да ладно вам, - улыбаясь уже более естественно, отмахнулся Коэн. - Что нового?

   - Помнишь, я брал у тебя Специальную секцию президентского архива? Ну, чтобы посмотреть не вытворила Лэйсон чего-нибудь мерзкого на случай полного поражения Америки. Так вот я тогда ничего в ее файлах не нашел, а оказывается надо было копать глубже.

   - Насколько?