Нина и тайный глаз Атлантиды - Муни Витчер

«Спасибо, дорогая девочка. Все обстоит именно так. Скоро Этэрэя откроет тебе и твоим друзьям смысл «финальной фразы». Сейчас вы уже имеете на это право. Вы стали алхимиками в полном смысле этого слова. Если, не дай бог, что-то случится с кем-нибудь из вас, вы будете знать, какие слова нужно произнести, когда выхода не будет».

Профессор Миша с нежностью поцеловал внучку в лоб.

А Нина вдруг произнесла имя Хосе.

Дед спросил:

«Большое разочарование, да?»

«Очень большое».

«А помнишь, что я тебе писал в Письме о Судьбе?»

«Конечно, помню. Но тогда я не все поняла. Я и подумать не могла, что Хосе перейдет на сторону Каркона! Эта история многому меня научила, дедушка. Никак не ожидала, что меня предаст мой учитель».

«Предательство случается тогда, когда его меньше всего ждешь», — вздохнул дед.

«Что мне предстоит, когда мы вернемся в Венецию? — задала Нина еще один вопрос деду. — Я чувствую, что очень устала, да и мои друзья тоже с ног валятся. Ты это понимаешь?»

«Разумеется, понимаю. У тебя будет время отдохнуть. Поиграть. Вообще пожить жизнью девочки твоего возраста. Но все же не забывай, что ты алхимик. И отличный алхимик».

Нина взглянула на уходящий в небо портик Мирабилис Фантазио и обратила внимание на вырезанный справа от входа большой герб, как две капли воды похожий на Ямбир. Световые колонны и такие же стены здания излучали яркое сияние.

«Мне так много еще хочется сделать», — вздохнув, сказала девочка.

«Например?» — спросил старый профессор.

«Наконец-то побыть с мамой и папой. Чтобы они приехали и поселились на вилле «Эспасия». Как ты думаешь, это возможно?»

«Конечно, возможно. Больше того, я думаю, что они тебя уже там ждут», — загадочно улыбнулся дед.

«Как — ждут? — удивилась Нина. — Они что, в Венеции? И, стало быть, уже знают о Карконе, тете Андоре, ее клоне, и о Карле с Любой?» — обрадовалась и в то же время забеспокоилась она.

«Успокойся, успокойся, все идет как надо. Пока не думай о Венеции. Тебе предстоит участие в очень важной церемонии».

«Какой церемонии?» — заинтересовалась девочка.

«В честь твоих друзей. Увидишь, будет здорово».

И дед крепко сжал руку внучки.

Нина посмотрела на усеянное звездами, солнцами и лунами небо, вдохнула ароматный воздух Ксоракса и почувствовала, что она абсолютно счастлива.

В эту минуту рядом появились ксораксианцы, волшебные животные и Этэрэя.

Кружившие над их головами тысячи ласточек одна за другой уселись на колонны Мирабилис Фантазио.

Дед Миша поднял вверх правую руку, демонстрируя всем красную звезду на ладони, алхимический знак, который унаследовала и Нина, а затем указал пальцем на портик алхимической лаборатории.

Серебряный луч ударил из распахнувшейся двери, после чего выплыли четыре странных предмета, и послышалось мелодичное пение.

Гуги, магическая птица Шестой Луны, красиво спланировала вниз, взяла клювом эти предметы и поднесла к Этэрэе. То были недостающие части жезлов, принадлежащих друзьям Нины: четыре золотые головки Гуги.

Этэрэя приблизилась к Додо, Ческо, Рокси и Фьоре и торжественно произнесла:

Закройте глазаИ поднимите ваши жезлы.

Четверка друзей сделала то, что велела Этэрэя, и тотчас четыре золотые головки магической птицы вылетели из ее рук и подлетели к верхним концам жезлов. Черно-зеленая вспышка сотрясла их.

Открыв глаза, друзья увидели, что у каждого из них в руках — точная копия Талдома Люкс, который прежде был только у их подруги. И еще — у ксораксианцев.

Фьоре прижала жезл к сердцу. Додо застыл в изумлении. Ческо крутил свой жезл в руках, восхищаясь его совершенством. А Рокси протянула руку к гоасиловым глазам птичьей головки, чтобы проверить, как стреляет жезл.

Этэрэя едва успела остановить ее:

Нет! На Шестой Луне нельзя стрелять!Дорогая Рокси, ты должна научитьсяИспользовать этот жезлИсключительно в алхимических целях.Он служит для защиты Добра.Но главное его дело —Помогать в созданииМагических формул.Он делает человека невидимымИ обладает еще многимиМагическими свойствами.

Рокси покраснела и извинилась. Фьоре строго посмотрела на нее и покачала головой. Ческо хмыкнул. А Нина, стоящая рядом с Тадино Де Джорджисом, рассмеялась.

Дед Миша подал Этэрэе четыре пергаментных свитка, перевязанных синими лентами. Великая Мать Алхимиков, вызывая по очереди каждого из четверки, присваивала ему личный алхимический код и вручала драгоценный свиток.

Объявляю вам ваши личные кодыИ от имени Совета Белых МаговПрисваиваю вам званиеАлхимиков Шестой Луны.На этих пергаментах начертаны заповеди,Которые вы отныне обязаны соблюдать.С этого дня ваши имена всегда будутСопровождаться кодами:Ческо 9009111,Додо 9009112,Фьоре 9009113,Рокси 9009114.А теперь прочитайте хором десять заповедей,Которым вы должны строго следовать.

Первым Этэрэя вызвала Ческо 9009111. Склонив перед ней колено и прижав к сердцу свой Талдом Люкс, он принял из ее рук свиток. Этэрэя положила руку ему на голову и сообщила «финальную фразу». Ческо замер, судорожно сглотнул и прикрыл на миг глаза. Затем он поклонился и вернулся на свое место.

Следующим был Додо 9009112. От робости он запнулся о лежавший на земле рубин и ткнулся носом в землю у самых ног Этэрэи. Та помогла ему подняться, вручила драгоценный пергамент и также прошептала на ухо таинственную «финальную фразу».

Фьоре 9009113 с видом воспитанной девочки получила свиток из рук Великой Матери Алхимиков, выслушала ее нежное распоряжение и вернулась к друзьям, раздавая всем на ходу воздушные поцелуи.

Последней была Рокси 9009114. Получив пергамент, она радостно взмахнула Талдомом, но, услышав «финальную фразу», посерьезнела и, тихо ступая, прошла на место.

Каждый развернул пергамент и прочитал текст:

Теперь их можно было считать посвященными.

Им стало известно все.

Они сделались частью загадочной планеты Ксоракс.

Отныне они были Алхимиками Шестой Луны.

Тысячи ксораксианцев, аплодируя, приветствовали их. С неба посыпались лепестки цветка мисиль, смешанные со звездной пылью.

Сбаккио и Тинтиннио весело запрыгали, Ондула закружилась в воздухе среди ласточек, а Куаскио лихо пританцовывала вместе с мисочкой Соли Морской.

Этэрэя посмотрела на Нину, и девочка победно вскинула свой жезл. Великая Мать Алхимиков трижды повернулась в воздухе и, подплыв к девочке, вручила ей драгоценный предмет, который та и не мечтала когда-либо еще увидеть, — магическую говорящую Книгу.

Огромный фолиант снова вернулся к Нине, сердце которой забилось от радости.

«Клянусь всем шоколадом мира, это ты, Книга, ты вновь со мной!» — У юной алхимички от переполнявших ее чувств даже закружилась голова.

Дед Миша, Тадино Де Джорджис и Бириан Биров, стоявшие за спиной ребят, расступились, давая дорогу забавной группе: ксораксианским андроидам.

Сверкающие посеребренным металлом, звеня ушами-колокольчиками и жизнерадостно улыбаясь, андроиды строем маршировали в сторону ребят. Впереди шел Макс 10-п1. Переполненный гордостью за друзей, он пожал руки новым алхимикам Ксоракса, с чувством расцеловал Нину и встал рядом с профессором Мишей.

«Знакомьтесь, дгузья. Это андгоиды Шестой Луны. Они тгудятся в Мигабилис Фантазио. Они пгидут вам на помощь, как только она вам понадобится», — телепатически сообщил Макс.

Нина крепко обняла его, а потом спросила с надеждой в голосе:

«Но ведь ты вернешься с нами на Землю?»

«Газумеется, вегнусь. Не могу же я бгосить там вас одних», — засмеялся андроид.

И тут Нина вдруг увидела, что вокруг, кроме нее, четверки ее друзей и Макса, нет ни души.

Исчезли все: тысячи ксораксианцев, Этэрэя, андроиды, магические животные, дед Миша… Только птица Гуги стояла на своей единственной ноге на изумрудной траве Ксоракса. Расправив все четыре крыла, она поводила клювом, напевая какую-то мелодию.

Облачко из мелких брильянтиков обволокло ребят и Макса. Налетел сильный ветер.

Нина поняла: пришло время возвращаться домой.

Девочка взмахнула Талдомом, давая знак друзьям взобраться на крылья золотой магической птицы.

Капли теплого дождя и прозрачные шлейфы комет смешались с музыкой Восьмой Ноты. Золотая Гуги поднялась в небо и понесла путешественников сквозь странную субстанцию из воды и воздуха, в глубь пульсирующей Алхимической Вселенной, мимо звезд и планет, галактик и метеоритов.