Самозванка - Скотт Вестерфельд

– Как тебя зовут?

– Фрей, – слово легким шепотом слетает с моих губ.

Тогда выражение его лица меняется, и я вижу, как же сильно он похож на Арибеллу.

Потому что он жалеет меня. В точности как она тогда.

А к жалости я совершенно не готова.

– Если бы не ты, мой брат во время бомбежки находился бы в доме. Да?

– Видимо, да.

– Спасибо, Фрей, – тихо говорит он.

С моих плеч спадает груз вины.

Кол подается вперед.

– Херон, Срин, вам придется держать рот на замке после возвращения домой. А это произойдет как можно раньше.

Некоторое время Срин смотрит на него, а после начинает смеяться.

– Кол, ты совсем спятил? О ней нельзя молчать. Подумай об ударе по репутации!

В эту секунду к ней поворачивается Херон:

– Слушай, девочка, ты сейчас серьезно? Разве она хуже нашего с тобой похищения?

– Намного хуже. Ты обычный сосед по комнате, подвернувшийся под руку. Я простая девчонка из класса Тео по пропаганде. – Срин указывает на меня: – А вот Фрей – родная плоть и кровь отца, принесшего ее в жертву ради войны!

– Хватит, – обрывает ее Кол. – Срин, это тебе не класс по пропаганде. Ты не имеешь права об этом рассказывать.

– Нам нельзя отправляться домой! – Срин с мольбой поворачивается ко мне. – Как только нас вновь увидят с нашими семьями, всеобщая волна возмущения спадет. Мы потеряем движущую силу. И все опять станет нормально!

«Нормально». – Я так и слышу, как это слово произносит моя сестра.

– Всем только того и надо, – продолжает Срин. – Создать видимость, что все в порядке. Но ты, Фрей, можешь заставить их прислушаться.

Я хочу ответить ей, но у меня не получается.

Одно дело – когда мы с Колом используем мою историю против моего отца. И совсем другое – когда посторонний человек делится с тобой своим планом, вырабатывает стратегию и подсчитывает, насколько сильный урон эта история сможет нанести, – я будто вновь становлюсь самозванкой.

Кол опускает руку мне на плечо, и мир перестает раскачиваться.

– Вы двое отправляетесь домой, – заключает он.

– Да неужели? – Срин очаровательно улыбается ему. – Лимузин, кто согласно доверенности считается твоим владельцем?

– Вы, генерал Срин, – отвечает автомобиль.

– И ты не тронешься с места, пока я тебе не скажу?

– Так точно, генерал.

В итоге наш разговор заходит в тупик. И тут вмешивается Тео:

– Срин, мой брат прав. Дома от вас пользы будет намного больше. Вы расскажете всем, что на самом деле случилось в ту ночь, как мы, опасаясь за мою безопасность, сбежали. Не позволяйте им забыть о Виктории. Станьте лицом сопротивления!

– Звучит довольно весело, – бормочет Срин. – Да и душ мне бы не помешал.

– Мне тоже, – соглашается Херон.

По нему сразу видно, что он готов вернуться в школу, а вот Срин сдается слишком легко. Не удивлюсь, если у нее припасена еще какая-нибудь хитрая уловка.

Тео переводит взгляд на меня, потом – на брата.

– Кол, ты правда ей доверяешь?

– Фрей не раз спасала мне жизнь. Она сражалась бок о бок с нашими солдатами. И она единственная во всем мире, кто ненавидит своего отца так же сильно, как мы.

– За исключением Рафи, – шепчу я.

– Ну ладно, Фрей. – Тео протягивает мне руку. – Раз уж Кол доверяет тебе, то и я тоже. Добро пожаловать на борт Верховного Командования Виктории.

– Также известного как мой лимузин, – ворчит Срин.

Мы обмениваемся рукопожатием.

– А теперь, – говорит Кол, – ты не отдашь мне шифровальную книгу?

Тео со вздохом запускает руку под свое сиденье и достает оттуда чемодан. Тот очень похож на любимую сумку Рафи: из крокодиловой кожи, с латунной отделкой и замками со встроенным сканером сетчатки глаза.

Кладет его себе на колени и, моргнув глазом, открывает.

– Только не позволяй власти затмить твой разум, старший братец. – Тео вынимает из чемодана металлическую пластину размером с хэндскрин. – И будь осторожен. Эта штуковина очень шумная – транслирует сигналы вплоть до спутников. Так что если не хочешь быть замеченным, отдавай распоряжения на ходу или там, где полно других побочных сигналов. Например, в городе.

– Понял. – Кол торжественно принимает шифровальную книгу из его рук.

Как только он подносит ее к лицу, она озаряется светом. Он морщится, когда устройство берет на пробу частичку его кожи для сравнения ДНК.

Мгновение спустя книга произносит:

– Командование принято, Кол Палафокс.

Выражение его лица мгновенно меняется – усталость, печаль и скорбь потихоньку отступают. Теперь он похож на человека, готового мстить.

А Тео только рад избавиться от такой ответственности. Он поворачивает распахнутый чемодан ко мне лицом.

– Фрей, не хочешь подобрать себе какие-нибудь вещи? Тебе пойдет.

Я смотрю на трех юных беглецов, облаченных в школьную форму – их сиреневые рубашки мерцают в мягком свете ламп, – и качаю головой.

– Пожалуй, я просто надену свой костюм-невидимку.

Херон вскидывает бровь.

– Они не кажутся особо удобными.

– Так и есть. – Я устало улыбаюсь ему. – Но никогда не знаешь, где тебя настигнет битва.

Притворство

Лимузин с ревом срывается с места. Пока он летит вверх сквозь бурные потоки дождя, за окнами ничего не разглядеть. Но уже через минуту мы вырываемся из плотной пелены облаков, и нас встречают солнечные лучи. По полу салона скользят резкие тени, когда автомобиль, развернувшись, устремляется на запад, прочь от гор, Виктории и Шрива.

Я уже и забыла, каким роскошным может быть полет. Даже во влажном костюме-невидимке сиденье кажется мне невероятно удобным, а лимузин скользит так же гладко, как любой из отцовских кораблей.

А еще здесь есть еда. Крокеты из юкки и сыра с трюфелем. Хрустящие пельмешки с начинкой из утки и черного крота. Все эти блюда приготовлены на настоящем огне. Дымящиеся тарелки появляются из панелей в стенах.

– Хочешь к ним шампанского? – спрашивает у меня Срин.

Наверняка она пытается меня подколоть, но мне плевать.

– А вода есть?

– Со вчерашнего вечера ни капли. Херон истратил всю воду на ванну.

– Это даже ванной не назовешь, – откликается Херон. – Больше похоже на обтирание губкой.

– Разве эта машина не собирает дождевую воду? – Зура бросает взгляд на панель управления полетом, которая сейчас переключена в режим автопилота. – Вода есть в пузырях твоего костюма, Фрей.

– Отлично. Только обязательно называть их пузырями?

Я нахожу на плече трубочку, высвобождаю ее из клапана и подношу к губам. На вкус вода вполне нормальная.

– М-м-м-м, температуры тела.

Во всяком случае, это не отфильтрованный пот – или что похуже. Хотя после двух дней жажды я наконец понимаю, почему десантники носят эти костюмы. В дикой местности