Собрание сочинений. Том 3 - де Вега Лопе Феликс Карпио

Лисена

(в сторону)

Ловкий сделала я ход!

ЯВЛЕНИЕ ЧЕТВЕРТОЕ

Те же, Флоренсьо и Бельтран.

Бельтран

Милостью клянусь господней, Это бред ума больного, Верить в это не могу я!

Флоренсьо

(Бельтрану, тихо)

Вон они вдвоем.

Бельтран

Такую Вещь услышав от другого, Я бы небылицей ложной Счел ее. Ужель Лисена Предо мною?

Флоренсьо

Несомненно. Тише!

Бельтран

Видно, все возможно Для того, кто любит.

Лисена

(Херарде)

Надо Мне идти, иль не поспею Я постели взбить.

Херарда

Вернее, Вздуть огонь и пламя ада.

Лисена

(в сторону)

Ты горишь уже сейчас, Я ж искусною игрою Твой ревнивый пыл утрою.

Флоренсьо

(Херарде)

Да хранит вас бог!

Херарда

И вас.

Бельтран

Эй, Инес!

Лисена

Сеньор?

Бельтран

В сторонку Отойдем.

Лисена

Призыв бесплодный!

Бельтран

Почему?

Лисена

Я не свободна.

Бельтран

Дам тебе я…

Лисена

Что?

Бельтран

Гребенку.

Лисена

Вы — цирюльник?

Бельтран

Я? Отнюдь. Просто рад тебе служить.

Лисена уходит.

ЯВЛЕНИЕ ПЯТОЕ

Херарда, Флоренсьо, Бельтран.

Флоренсьо

Можно ль столь жестокой быть?

Херарда

Можно ль к каждой юбке льнуть?

Бельтран

Что за спор? Какою тучей Небо дружбы вдруг затмилось?

Флоренсьо

Я за что-то впал в немилость.

Бельтран

Ревность — признак страсти жгучей И, увы, ее изнанка. Вижу я, Херарда, ясно: Вам соперницей опасной Эта кажется служанка. Но признаюсь, — раз житья Не дают вам подозренья,— Что имеет отношенье К ней не спутник мой, а я. Правило у нас такое: С ним мы делим пополам Все, что нужно делать нам И в пути и на постое. Нравятся ему сеньоры — Он и сводит дружбу с ними. Со служанками ж простыми Я вступаю в разговоры, Так что, — верьте слову друга,— Юрисдикции моей Подлежит Инес, а с ней — Вся окрестная прислуга.

Херарда

Если вам, Бельтран, сдается, Что раз город наш в опале, Мы, мадридки, глупы стали, Мне поправить вас придется. Кстати, устоял Мадрид Под недавнею грозой. Он — ковчег, где спасся Ной.

Бельтран

Иль сундук, в котором Сид Подменил песком монету.[54]

Херарда

Всякой твари в нем по паре.

Бельтран

Правильно! Там много тварей, А людей почти и нету. Кроликов в столице старой Развелось невпроворот, А двуногих всех пород Есть лишь по два экземпляра. Мудрецы и дуралеи, Доктора и шарлатаны, Карлики и великаны, Царедворцы и лакеи, Домоседы и гуляки, Остряки и тугодумы, Бедняки и толстосумы, Скромники и забияки, Жулики и прокуроры, Простаки и лицемеры, Голубицы и мегеры, Судомойки и сеньоры — Все они в былой столице По двое затем остались, Чтоб их дети постарались Вновь помочь ей заселиться.

Херарда

К лику дур меня, Бельтран, Не удастся вам причесть. Зря меня старался ввесть Ваш Флоренсио в обман. Вы, — пусть даже в самом деле Отдан весь ваш пыл прислугам, Поделиться с вашим другом Юрисдикцией успели. Он всецело завладел Вашей сферою любовной, В коей он — судья верховный, Вы же — лишь докладчик дел. Но пора ему понять, Что не к чести, а к позору Юноше любить сеньору И служанок соблазнять. Вам ли, коль Инес — прислуга, Привилегией своей — Юрисдикцией над ней — Поступаться ради друга? Обещал он на свиданье К ней прийти во тьме ночной И вручил ей перстень свой В подтвержденье обещанья. Но кто мил мне хочет быть, Тот о женщинах подобных И романах низкопробных Должен начисто забыть И блюсти себя так стойко, Чтоб не смела никогда Взор его привлечь звезда, А не то что судомойка. Боже! Что за вкус ужасный! Что за пошлые влеченья! Что за склонность наслажденье Находить в грязи!