По праву рождения - Нора Робертс

Было время, когда она не смогла бы удержаться: в минуту вроде этой она бросилась бы на него и впилась бы зубами в любое подвернувшееся место. А потом они занимались бы любовью. На кухонном столе, на полу, ну а если бы вспомнили, что они как-никак цивилизованные люди, дотащили бы друг друга до кровати.

Сейчас она всего лишь отняла у него пакет, сунула в рот еще одно печенье и поздравила себя с поразительным самообладанием.

– Идем, я тебе кое-что покажу, – бросил он, выходя из кухни. – Захвати печенье.

Ей не хотелось идти с ним, находиться рядом посреди ночи, когда он практически голый, а его запах кружит ей голову. Но, сделав ставку на свое поразительное самообладание, Колли все-таки последовала за ним в его комнату.

Джейк соорудил себе импровизированный стол из листа фанеры, лежащего на козлах. Другой лист фанеры, поставленный вертикально, служил ему стендом для фотографий, этюдов и карт. Бросив беглый взгляд на стенд, Колли убедилась: по крайней мере в том, что касается работы, ход его мыслей знаком ей не хуже, чем ее собственный. Но ее внимание привлек рисунок на столе, расправленный при помощи пустой бутылки из-под пива и куска кварца.

На основе их рабочей сетки, разбившей участок на квадраты, а также сделанной ими схемы вертикального среза и географической карты Джейк нарисовал деревню на бумаге цветными карандашами.

Знакомое шоссе исчезло, поле стало шире, многочисленные деревья росли по обоим берегам ручья. Вокруг предполагаемых границ кладбища он воздвиг низкую каменную стенку. В западной части деревни сгрудились хижины, в мастерской каменотесов под открытым небом были сложены горками каменные орудия труда. Дальше простиралось зеленевшее всходами поле.

Но больше всего рисунок оживляли люди. Мужчины, женщины, дети, занятые своими повседневными делами. Небольшой отряд охотников направлялся в лес, старик сидел у дверей хижины, молодая девушка протягивала ему неглубокую, выдолбленную из древесины чашу. Женщина кормила грудью ребенка, мужчины занимались изготовлением орудий труда и оружия. Группа детей, сидевших на земле, играла в какую-то игру при помощи прутиков и камешков. Один мальчик лет восьми смеялся, запрокинув голову к небу.

В этой картинке ощущалась атмосфера порядка, человеческого жилья, общины. Джейк обладал поразительным умением видеть человека за обломком глиняной плошки или наконечника копья.

– Неплохо. – Он ничего не ответил, лишь вытащил из пакета еще одно печенье. Она сдалась: – Ну ладно, это грандиозно. Вот такие вещи напоминают нам о том, зачем мы этим занимаемся. Это поможет Лео набрать очки, когда он будет говорить с денежными людьми.

– А что это говорит тебе?

– Мы жили. Мы росли и добывали себе пищу охотой. Мы хоронили наших павших, и мы их не забывали. Не забывайте нас.

Джейк провел пальцем по ее руке от плеча вниз.

– Ты намного меня опередила в чтении лекций.

– А я хотела бы уметь так рисовать.

– Ты тоже неплохо рисуешь.

– Ну… может быть. Но в сравнении с тобой я полное дерьмо. – Она вскинула на него взгляд. – Мне это не нравится.

Когда он коснулся ее волос, она отодвинулась. Потом открыла скользящую дверь, приподняла москитную сетку и выскользнула на веранду.

Листва деревьев серебрилась в лунном свете. До нее доносилось журчание ручья и пение цикад. Теплый воздух был мягок и тих. Колли услыхала шаги Джейка у себя за спиной. Она положила руки на перила.

– Тебе когда-нибудь случалось… Когда работаешь на площадке, особенно когда сосредоточишься… как будто ты там один… Понимаешь?

– Понимаю.

– Ты чувствуешь этих людей? Ты их… слышишь?

– Разумеется.

Она засмеялась, тряхнула волосами.

– Разумеется? Я чувствую себя такой счастливой, когда у меня это получается, как будто мне сделали подарок. А потом, когда это проходит, хожу как пьяная. А поскольку я не люблю ходить как пьяная, я никогда никому об этом не рассказывала.

– Ты не любишь попадать в глупое положение, это точно.

– Потому что я женщина. Кто бы что ни говорил, женщины в нашем деле всегда остаются в меньшинстве. А уж если женщина на раскопках позволит себе заговорить о том, что она слышит шепот мертвых, мужчины просто перестанут с ней считаться.

– Я так не думаю. – Он опять коснулся ее волос. – Я всегда с тобой считался.

– Ну, ты другое дело. Ты же хотел со мной спать.

– Хотел. – Он провел губами по ее шее. – Хочу. Но твой ум волновал меня не меньше, чем тело. Я всегда уважал твою работу, Колли. Все тебя уважают.

Он никогда ничего такого раньше не говорил. Его слова согрели ее.

– Все равно я не хочу рисковать. Лучше казаться умной, практичной и трезвомыслящей.

– Это безопаснее.

– Как скажешь. Ты был моей единственной глупостью. И вот смотри, чем это кончилось.

– Это еще не кончилось. – Джейк властным жестом провел ладонями по ее рукам, зарылся лицом в ее волосы.

Она услыхала, как он глубоко втягивает воздух. Втягивает ее в себя. Ее тело напряглось в ожидании большего, и она попыталась воспротивиться. Это было бы ошибкой. Еще одной ошибкой. Она это знала.

– Мне нравятся твои волосы. Особенно когда ты их вот так распускаешь. Нравится, как они пахнут. Нравится прижиматься к ним лицом.

– Повторения той ночи не будет. – Костяшки ее пальцев, вцепившихся в ограждение веранды, побелели. – Я это начала и беру ответственность на себя. Но больше это не повторится.

– Нет, не повторится. – Джейк собрал ее волосы в кулак, отодвинул их в сторону и провел губами по ее шее вверх к мочке уха. – На этот раз все будет по-другому.

Жаркие искры соблазна вспыхнули и побежали по ее коже. Она до боли впились пальцами в перила, чтобы удержаться и не схватить его. Колени у нее начали дрожать, в низу живота появилось знакомое тянущее ощущение. Она едва не застонала.

– При любом подходе конечный результат все равно один: Клин Б вставляется в Прорезь А.

Его смешок теплой щекоткой отозвался на ее коже.

– Главное – не результат, а процесс, Колли. Ты не задумывалась, почему с сексом у нас никогда не было проблем? Мы просто бросались друг на друга. Быстро, горячо, крепко. А знаешь, чего мы никогда не делали?

Колли смотрела прямо вперед, стараясь удержать рвущийся из груди стон. Она твердила себе, что надо оттолкнуть его и уйти. Но если она уйдет, прервется эта сказка. Он уже не будет вот так к ней прикасаться.

Господи, как ей не хватало этого ощущения!

– По-моему, мы ничего не упустили.

– Нет, упустили.

Теперь его руки обвились вокруг ее талии. Она ждала, что сейчас они скользнут выше, обхватят ее грудь. Она не собиралась его останавливать. Она уже с нетерпением ждала этого властного, грубого хозяйского захвата, мгновенного шока, предшествующего осознанию того, что она возьмет и отдаст.

Но вместо этого он лишь прижал ее к себе, потерся носом о ее шею.

– Мы никогда не романтизировали друг друга.

Пульсы забили сразу в десятке мест по ее телу, ей показалось, что она тает и сейчас стечет на пол.

– Мы с тобой не склонны к романтизму.

– Вот тут ты ошибаешься. – Он прижался щекой к ее волосам, упиваясь их мягкостью и ароматом. – Вернее, тут я ошибся. Я никогда не пытался тебя соблазнить.

– Тебе и не требовалось. Мы не играли в игры.

– Мы только и делали, что играли. – Он водил губами вверх-вниз по ее шее. И почувствовал, как она дрожит. – Почему бы нам не стать серьезными?

– Мы только опять все испортим. – Ее голос стал хриплым, словно пьяным. Это поразило их обоих. – Я не могу еще раз пройти через это.

– Колли…

Колли вдруг схватила его руку и крепко сжала.

– Там кто-то есть, – прошептала она.

Она почувствовала, как его тело напряглось. Он приблизил губы к ее уху, словно продолжая любовную игру:

– Где?

– Тридцать градусов направо, около пяти ярдов[20] в глубину от опушки. Я думала, это еще одна тень, но это не так, кто-то следит за нами.

Джейк не сомневался ни секунды. Глаз у нее был зоркий, как у кошки. Все еще обнимая ее, он слегка повернул голову и вгляделся в темноту.

– Я хочу, чтобы ты разозлилась на меня, оттолкнула и ушла внутрь. Я пойду за тобой.

– А я говорю, этого не будет! Ни сейчас, ни потом! – Колли с силой оттолкнула его, вырвалась из его рук. Ее голос звенел от возмущения, но взгляд, устремленный прямо на него, остался спокоен и тверд. – Иди поищи себе студенточку, которая будет смотреть тебе в рот. Видит бог, таких много.

Она повернулась и ушла в дом.

– Ты мне студентками в лицо не тычь!

Джейк ворвался в комнату следом за ней и с силой задвинул скользящую стеклянную дверь. Для виду он слегка толкнул Колли и по пути захватил пару джинсов.

– Проверь, все ли двери заперты, – приказал он, выключая свет в комнате. – А потом иди наверх и оставайся там.

– Черта с два!

– Делай что тебе говорят! – Джейк натянул джинсы в темноте, нащупал кроссовки. – Я выйду через заднюю дверь. Запри за мной, потом проверь остальные.