ЗОНД - Маргарет Бонано

Одновременно эти Голоса звали Зонд на помощь, потому что только его энергия могла навсегда покончить с чужеземной машиной разрушения. Но Зонд не отвечал: в тот момент у него отказали несколько блоков памяти. Он зализывал раны, которые получил в короткой схватке с такими же примитивными существами, шныряющими по Вселенной в своих металлических "пузырях".

Без могущества Зонда, без его почти безграничной энергии создатели могли защитить себя и свою планету только единым Голосом. Но они были бессильны выгнать пришельцев из своей звездной системы. Этим и воспользовались орды космических варваров, обративших внимание на беззащитную звезду. И солнце, питавшее теплом создателей, погасло.

Пришельцы были уверены, что планете нанесен смертельный удар, и явились вновь.

Но существа в "пузырях" ошиблись: смерть планеты еще не означала смерти создателей. С той же тщательностью, с какой строился когда-то вечный Зонд, создатели разрушили единственную луну и из ее остатков построили огромный космический флот. Выиграв битву со льдом, уже покрывшим полпланеты, они перекачали в корабли всю океанскую воду и почти всю атмосферу.

Наконец, пришел час, когда несколько десятков тысяч создателей перебрались в ожидавшие их корабли и отправились по разным направлениям.

Они не знали, когда и где найдут подходящий для жизни мир, не знали, где их подстерегают новые опасности.

– Куда? – настойчиво спрашивал Зонд. – Куда могли переселиться создатели? Даже теперь я могу помочь им, а они мне. Где они?

На этот вопрос Кристалл Мудрости не дал ответа. Может быть, это и к лучшему. Если бы ответ существовал, то он был бы известен не только Зонду, но и пришельцам, погрузившим планету во тьму. Возвратившись еще раз, они могли бы извлечь нужную информацию и пуститься в погоню за беглецами. Но как пришельцы узнали о планете создателей? Может, они выудили эти сведения из памяти самого Зонда, оглушив его на некоторое время?

И все-таки создатели где-то должны быть. И им, если они до сих пор живы, нужна помощь. Зонд хотел точно знать, куда переселились создатели.

Без них нельзя разрешить ни одной загадки, ни одной проблемы.

После тысячного, а может, десятитысячного разговора с Кристаллом Мудрости где-то в недрах разума Зонда созрело решение попытаться установить контакт с теми примитивными существами, которые порывались заговорить на Истинном Языке. Выдвинув сенсор, Зонд стал искать их и вскоре столкнулся еще с одним парадоксом.

Возвратившись в свою родную звездную систему, закружив над родной планетой, он жаждал найти если не создателей, то хоть какие-нибудь формы жизни. Однако не нашел ничего. А сейчас в самом вместилище Кристалла Мудрости, в каких-то метрах от него Зонд неожиданно заметил восемь живых существ, примитивных существ. Кто они? Те, кто превратил планету в ледяную пустыню? Неужели они вернулись, чтобы использовать Кристалл в своих интересах?

Через мгновение Зонд крепко схватил наглецов в свои объятия, как недавно сделал с металлическими "пузырями". И пока существа находились в энергетическом плену, он осмотрел всю систему, не забыв и об окружающем космическом пространстве. Но кроме "пузырей", притащенных сюда им же самим, ничего подозрительного Зонд не заметил. Значит, существа были только из этих "пузырей".

На поверхность планеты высадилась ничтожная часть существ, остальные находились в своих пристанищах. Зонд насчитал пятерых с большого "пузыря" и трех с меньшего. Но как существа попали в хранилище Кристалла Мудрости?

Зонд еще раз, стараясь ничего не упустить, просмотрел всю информацию, которая вошла в его память с того момента, как он появился в окрестностях своей системы. Однако так и не смог понять, каким образом, с помощью какой энергии существа оказались в святая святых – хранилище Кристалла Мудрости.

Когда-то на голубой планете тоже появились двое существ и тоже самым загадочным образом.

Зонд внимательно всмотрелся в примитивных существ и, увидев, что они умирают, ослабил свою хватку, но не освободил наглецов.

Внезапно к Кирку вернулось сознание. Одновременно исчезли и черные круги перед глазами.

С величайшим трудом обернувшись назад, капитан увидел, что только Маккой свалился на невидимый ледяной пол. Спок медленно, словно под водой, перебирая ногами, поспешил на выручку своему товарищу.. Казалось, океанский фантом вдруг превратился в реальность и залил пещеру до краев.

Кирк попытался что-то произнести, но с его губ слетели лишь какие-то детские всхлипывания. Слова упорно не хотели принимать подобающую звуковую форму. Необходимо было связаться с "Энтерпрайзом".

Кирк медленно, преодолевая огромную тяжесть, полез во внутренний карман куртки, куда перед самой высадкой на планету спрятал переговорное устройство. Рука, облаченная в перчатку, едва слушалась своего хозяина.

Неожиданно все видения и образы стали скользить вниз. Не успел Кирк оправиться от удивления, как над самой головой опять появились блики океанской поверхности, которая упрямо скользила вниз. А может, это он, Кирк, и его товарищи стремительно, словно в турболифте, поднимались ввысь?

Кое-как капитан, наконец, нащупал переговорное устройство и стал вытаскивать его из кармана. В это время вся компания достигла поверхности океана. Хаотичные звуки разом смолкли, словно не смогли вырваться из океанской толщи.

Солнце – вдвое ярче, чем казалось из иллюминаторов "Энтерпрайза" клонилось к закату, но еще не зарделось. Миролюбивые и спокойные волны омывали тело капитана, не касаясь его. Настоящим сейчас были он сам, Спок, Маккой, Бенар и Дайян, а также трое ромуланцев, которые поднялись на поверхность несуществующего океана в каких-то тридцати метрах.

Время от времени волны накрывали собой Маккоя, лежащего на спине, и Спока, который, стоя на коленях, склонился над доктором. Над головами вовсю резвились белокрылые птички. Один за другим из воды выскакивали огромные дельфинообразные существа, а затем плюхались опять в воду, вздымая в месте падения высокие, сверкающие на солнце фонтаны брызг.

На расстоянии виднелась земля – цепь башнеобразных гор, чьи крутые лесистые склоны сбегали почти к самой воде. На одном из склонов пристроился город. Его здания, площади, кварталы и узкие кривые улочки вовсе не казались миражом, в отличие от скал, моря и гигантских дельфинов.

Наконец, Кирку удалось вытащить из кармана переговорное устройство.

Он облегченно вздохнул: хоть что-то настоящее, вселяющее надежду. Однако капитан по-прежнему не мог вымолвить ни слова, ни единого осмысленного звука. С превеликим трудом ему удалось включить переговорное устройство.

С противоположной стороны от первого солнца взошло второе, не менее яркое, чем его предшественник, и стало подниматься к зениту. Оно становилось все ярче и ярче, пока, наконец, не разделилось на дюжину маленьких солнц, разбежавшихся во всех направлениях. С того места, где взошло второе солнце, послышался страшный рев, раскаты которого разнеслись, казалось, по всему океану и эхом отразились от цепочки высоких надводных скал.

– Капитан! – сквозь рев услышал Кирк голос Ухуры.

В ответ он лишь зло сжал переговорное устройство, затем выключил его и медленно спрятал в карман.

Самый большой осколок второго солнца исчез за ближайшим гористым островом. Внезапно над островом устремился ввысь огромный нестерпимо яркий "гриб", похожий на атомный взрыв. Горные пики покачнулись и стали медленно клониться к воде, сминая раскинувшиеся на склонах леса и загадочный город.

Вскоре в различных местах появились и другие "грибы", но не такие большие и яркие.

"Астероид, – наконец догадался Кирк. – Нам показали, как два миллиона лет назад астероид стер с лица планеты древнюю загадочную цивилизацию".

– Капитан! – вновь раздался тревожный голос Ухуры, теперь уже из внутреннего кармана куртки.

Через мгновение голос смолк. Потемнело. Огромные черные столбы дыма и пепла закрыли солнце. Океан – неосязаемая стихия – вдруг не на шутку разволновался, но через минуту-другую успокоился, навсегда заснув под толстым панцирем льда.

Кирку показалось, что его вновь схватила невидимая рука Зонда, но на этот раз капитан попал в могучее энергетическое поле "Энтерпрайза". Снова потемнело в глазах, тело стало легким и невесомым. Через мгновение исчезло сознание.

Когда Кирк пришел в себя, он ощутил невероятное тепло и негу после лютой стужи в пещере. Капитан догадался, что находится в уютном транспортном отсеке "Энтерпрайза". Вернулись и все чувства, ранее незамечаемые: легкость в движениях и свободное, ничем не затрудненное дыхание.

Обернувшись назад, капитан увидел распластавшегося на круглой транспортной платформе Маккоя и Спока, на коленях склонившегося над доктором. Маккой лежал с закрытыми глазами и жадно вдыхал воздух.