Боги, пиво и дурак. Том 9 (СИ) - Гернар Ник

Я молчал.

От мучительного желания уничтожить в этой комнате все к чертям собачьим у меня сводило руки, грудь ходила ходуном, по вискам от напряжения поползли противные капли пота.

Что делать?

Своей энергии у меня нет, пытаться как-то воздействовать на клеймо начертания бесполезно. Да и все равно у меня вряд ли бы получилось, раз оно напрямую подпитывается от Деметры.

Так что же мне теперь делать?..

— … Как долго ты готов смотреть на муки своей возлюбленной? — продолжал между тем невидимый Эреб. — Час? День? И что изменится за этот час или день?..

Я взглянул на Нергала в поисках совета. Тот явно пытался на что-то намекнуть, неприметно указывая пальцем сначала в потолок, а потом на ухо, выразительно глядя на меня.

Я страдальчески напряг лицо и даже брови нахмурил, пытаясь разглядеть в этой пантомиме скрытый смысл. Но в итоге только тупо моргал, а в голове так и не появилось ни одной разумной идеи.

Что же ты хочешь сказать мне, друг? Мне бы хоть еще одну подсказку!..

— … Хотя я скажу тебе, что может измениться за это время… — голос Эреба теперь звучал совсем издалека.

Он умолк, а через мгновение Деметра закричала так, что у меня волосы шевельнулись на затылке. Ее тонкое тело выгнулось дугой на камне, пряди светлых волос прилипли к мгновенно покрывшемуся испариной лицу, на белой шее выпукло проступили жилы.

— Когда я вырвусь… Сама тебя убью!!! — во все горло начала ругаться Демка, заменяя беспомощный крик проклятиями. — Мудак старый, козел выхолощенный, скотина паршивая, да чтоб ты сдох!..

— Деметра, не шевели руками и головой! — крикнул Нергал и молниеносным движением метнул в ее сторону маленький и узкий клинок.

Нож блеснул в воздухе серебристым лезвием, и в моем сердце в этот момент шевельнулась надежда.

И тут он вдруг замедлился, будто попал в смолу.

А через мгновение вдруг со свистом сделал петлю и полетел обратно в Нергала, тот едва успел отодвинуться в сторону.

— Не стоит так делать, — злобно прошипел Эреб. — Неужели ты думаешь, что я не контролирую пространство?

— Но попробовать-то все равно стоило, — усмехнулся Нергал.

— Что ж, верно, — отозвался Эреб. — Только в следующий раз я не стану возвращать тебе твое оружие. А лишь слегка подправлю его траекторию.

— Ослабь хватку, — неожиданно спокойно проговорил вдруг Шива, внимательным, ищущим взглядом ощупывая пространство вокруг. — Если богиня Деметра умрет, твой главный сдерживающий фактор перестанет работать. Это замкнутый круг, который никому не нужен.

Дай ей отдышаться, а смертному — хоть немного осознать происходящее.

— Вот уж точно, — вздохнул Нергал. — Людям всегда нужно время, чтобы осознать происходящее. Как говорится, вздохнуть, похмелиться и помолиться, — он бросил многозначительный взгляд в мою сторону. — В самом деле, ослабь хватку, давай поговорим.

— Хочешь говорить — говори, — отозвался Эреб. — Я не возражаю. Но ничего ослаблять не буду. И, кстати, молиться здесь некому, кроме меня. Потому что это — мой мир. И я — его господин!..

Дальше я уже не слушал.

Потому что меня осенило!

Здесь, в мире Эреба, все-таки был один бог, которого я как смертный мог призвать на помощь!

— Оракул, услышь меня, — одними губами проговорил я. — Знаю, ты где-то рядом и, как всегда, за всеми подсматриваешь. У меня нет ничего, кроме меча и штанов, так что даже пожертвовать нечего. Но прошу тебя, помоги мне!..

Сухой, надтреснутый смех Эреба, похожий на лай, пронесся по комнате.

— И чем же тебе поможет летописец? — воскликнул он.

И в этот миг я ощутил неприятное холодное дуновение. Что-то живое и чужеродное вместе с дыханием вошло в мою грудь, и картинка перед глазами померкла.

— Главное — не теряй контроль и действуй мгновенно, — проговорил мой рот чужим голосом. — Не бойся, я не наврежу тебе… — голос стал тише, а параллельно с ним в своей голове я отчетливо услышал: «Извини, что не пришел раньше — без отдельного приглашения в этом мире никак не протолкнуться в чужое тело…»

Нашел, блин, время извиняться!

«Хватай меч и бей в пустоту, как только скажу. У тебя будет всего одна попытка», — сказал Оракул, в то время как мой рот все тише и тише бормотал какую-то околесицу.

«Жди… Жди… Он у тебя за спиной!»

С этими словами Оракул покинул мое тело.

А я с разворота, не глядя, рванул меч из ножен и со всей берсерковой дури рубанул воздух!

Меч по касательной полоснул что-то мягкое. Громкий вскрик Эреба перекрыл даже ругательства Деметры. Алая кровь брызнула мне на грудь и лицо, быстрыми каплями застучала по каменным плитам, и в прозрачной пустоте проступили очертания старика в балахоне. Он стоял, согнувшись в три погибели и обеими руками держась за рану на животе.

— Не может… Не может быть… — бормотал он, с трудом удерживаясь на ногах и отодвигаясь от меня все дальше.

Упустить его? Да ни за что на свете!

И я выскочил из своей ловушки и одним прыжком сбил раненого Эреба с ног.

Ощущения были незабываемые. С меня будто кожу живьем содрали, но кайф от того, что мои руки наконец-то сомкнулись на его горле, стоил того!

Пронзительный, жалобный крик Деметры заставил меня поспешить.

Прости, родная, по-другому ну совсем никак!

— Не слушай меня, действуй!!! — сорванным голосом просипела моя хрупкая воительница.

Но я к тому времени уже дотащил свою добычу до алой метки начертания.

Вот теперь все наконец-то будет хорошо!..

Распластанный подо мной окровавленный Эреб расхохотался.

Он вдруг приподнялся и с неожиданной силой толкнул меня в грудь.

Я вылетел из пятна начертания, как пробка из бутылки шампанского.

Потому что, как ни крути, пусть даже с сотней хухликов внутри я все равно оставался смертным. А Эреб, будь он хоть трижды выродок, тем не менее оставался богом. Хоть и раненым.

Сминая тонкие деревца спиной, я брякнулся об пол и даже слегка проскользил по ровной поверхности.

Звериный вопль против воли вырвался из моей груди. И Деметра закричала вместе со мной…

И в то же мгновение я услышал ужасающий рев Шивы!

Его меч, оставляя яркий световой след, как комета вылетел из крепкой руки своего господина вверх и молнией ударил в Эреба.

Клинок вонзился старику в бедро, прошил его насквозь и воткнулся в каменную плиту, как до этого — в стены и границы локаций этого мира.

Эреб с хриплым воем обеими руками схватился за рукоять меча, напрасно пытаясь освободиться.

— Деметра, прижми голову к левой руке! — крикнул Нергал, ловко выхватив нож — маленький, чем-то похожий на те, что я нашел когда-то у Ники.

Демка послушно отвернулась, и клинок, вспыхнув россыпью крошечных символов, со свистом разрезал воздух и, задевая распустившуюся листву, перебил ремень, удерживающий ее правое запястье и вонзился в дерево.

Моя умница, кусая губы в кровь, тут же схватилась за нож освободившейся рукой, а я на карачках бросился к ближайшей метке начертания, чтобы дать ей хоть немного вздохнуть.

Вооружившись ножом Нергала, Деметра освободила себе вторую руку и села.

Ее волосы враз засветились, глаза засияли яркой лазурью.

— Кончено! — с мукой в голосе крикнула она и вонзила клинок в сияющий символ в самом центре своего ложа.

Вязь начертаний на жертвеннике угасла. Алые метки на полу тоже померкли. Деревья перестали расти, буквально на глазах их зелень пожухла, а молодые упругие ветви и стволы стали мертвенно-серыми. Золотая пыльца, кружившаяся в воздухе, начала медленно оседать на черный пол.

В первое мгновение я хотел рвануться к Эребу. Схватить ублюдка обеими руками и бить головой об плиты, пока у него череп не треснет.

Но Шива оказался проворней.

Одним прыжком он очутился перед Эребом и с улыбкой проговорил:

— Ну, здравствуй, олимпиец.

— Нет… — простонал тот, все еще пытаясь вытащить меч, которым оказался приколотым к полу. Но оружие великого разрушителя не поддавалось. — Нет, так не может быть… Не может!..