Халхин-Гол, до и после. Часть первая - Фарид Ахмеров

раньше времени. Кажется так, говорят в вашем ведомстве, товарищ Берия? С вами, товарищи, мы расстаёмся до 2-го мая. Не могу с вами завтра встретиться, хотя всегда рад беседовать. Надо готовиться к торжественному заседанию. До свидания, товарищи.

- До свидания, товарищ Сталин.

Наркомы ушли вслед за вождём. Чкалов спросил у Ахмерова, как идут дела в институте. Услышал от него, что всё в порядке, и что нарком приказал ему идти отдыхать, пожелал всем спокойной ночи и тоже ушёл. Суматошный день, в прочем, как всегда, закончился.

Глава 9. Хлопоты перед 1-м мая.

У товарища Сталина с уходом из института рабочий день ещё не кончился. Медленно двигаясь по кремлёвским дорожкам до своего кабинета, сопровождаемый одним Берией, он в полголоса расспрашивал своего попутчика о его планах на завтра и о выполнении запланированого на сегодня. Берия, также, в полголоса докладывал вождю о том, что первые 500 человек из ранее арестованного высшего комсостава РККА собраны в отдельный лагерь (бывшие воинские лагеря Приуральского военного округа).Им выдано красноармейское обмундирование без знаков различия, обеспечено трёхразовое питание по армейским нормам, проведена медицинская комиссия, вернее ещё проводится, всё-таки 500 человек. Организованы занятия по уставам РККА и строевые занятия. Сорок семь человек направлены на лечение в город Чкалов (бывший Оренбург). Врачи говорят, что для приведения в более-менее удовлетворительное состояние нужно ещё дней десять. После того, как Сталин кивнул, видимо, удовлетворённый ответом, Берия продолжил доклад по текущим делам. С Узбекистаном проведён разговор о размещении части контингета из примерно 5000 освобождаемых, для прохождения их переподготовки. Ташкент согласен принять 2000 - 3000 человек. У них сейчас идёт ускоренное строительство учебно-тренировочных лагерей для вновь призываемого контингета. Ближе к лету можно будет наладить строительство легковозводимых сооружений полученых из Узбекистана и на территории остального СССР.

- С этим всё ясно, дело пошло. Что там по печкам?

Лаврентий Павлович продолжил свой доклад уже про «печки». Последний разговор с Курчатовым, в котором Игорь Васильевич с радостью доложил, что процесс «сепарирования» идёт с опережающими темпами, вселяет уверенность в успехе мероприятия. Основываясь на полученных результатах, Курчатов предположил, что реагент «У» можно довести до нужной кондиции к осени 1940 года, достаточном для изготовления как минимум двух-трёх изделий, не ослабляя темпов подготовки топлива для «печек» получения реагента «П». Изделия по варианту «У» дороже по производству реагента, но проще в конструктивном исполнении. Игорь Васильевич просит разрешения начать накопление реагента «У».

- Вот будешь на месте, всё посмотришь сам и примешь решение. Главное, чтобы сырья хватило, - ответил Сталин, мысленно уже согласившись с предложением Курчатова.

Берия доложил дальше, что в результате работы сепараторов получился так называемый «обеднённый состав». Узбекские специалисты предложили использовать его вместо дефицитного вольфрама для изготовления сердечников бронебойных снарядов, особенно мелкого (37-45мм) калибра.

- А как там вредные факторы, как его там – излучение, радиация? – с трудом вспомнил не часто упоминаемое слово Сталин.

- С этим почти всё в порядке, товарищ Сталин. Специалисты, которые изготовили пробные сердечники, сами брали их в руки. Проверки на приборах показали, что значение радиации, практически фоновые. Сам природный фон в Узбекистане почти вдвое выше, чем у нас, и ничего, живут люди. Они изготовили методом металлокерамики опытные образцы (по 50 штук калибра 37, 45 и 76 мм), и прислали нам для пробы. Надо дать команду изготовить с применением этих сердечников снаряды и провести проверочный отстрел. Металлокерамические технологии у них освоены. В случае положительного результата отстрела (в чём они не сомневаются), можно будет наладить массовое производство. Сырья хватит. Вольфрам можно будет использовать для других целей, например для производства режущего инструмента. В этих технологиях у них тоже большие достижения. Кстати о режущих инструментах. У Узбекистана имеется некоторый запас технических алмазов и инструмента с ним. Каримов обещал поделиться. Только надо будет создать группу специалистов по обработке металлов резанием, чтобы определиться, где будет самое рациональное использование. На месторождения алмазов в Восточной Сибири и Архангельской области, указанные узбекскими геологами, высланы изыскательские партии, они ещё в пути.

Теперь про МКС. После приземления первых трёх космонавтов, оставшаяся тройка приступила к расстыковке секций станции. Около одной трети уже отстыковано, но расстыковка остального связана с серьёзной опасностью. Они просят разрешить приземление, торчать там уже нет толка.

- А как, оставшиеся 300 тонн? Не упадут нам на голову?

- Нет, товарищ Сталин. Над территорией СССР они находятся только 15% времени, причём это максимально. Обычно, значительно меньше. Чаще всего части космических объектов падают в Тихий океан. Площадь суши Земли около 150 миллионов квадратных километров, площадь Тихого океана около 180. А площадь СССР - 22 миллиона квадратных километров. И потом, орбита МКС строилась специально для того, чтобы большую часть времени быть над чужой территорией.

- А это ещё для чего?

- Я тоже спросил об этом. Командир экипажа, полковник Анатолий Иванишин, сказал, что это как в преферансе, - «посмотри в чужие карты, в свои всегда успеешь».

- Понятно, так они там ещё и в преферанс играют. – Слегка подумав, Сталин произнёс, - так ты сказал – 150 миллионов квадратных километров. Какие перспективы!

- Теперь о нашей творческой интеллигенции, - продолжил Берия, и было непонятно, «творческая интеллигенция» - это сарказм или уважение. – Мейерхольду руководство МХТ выдало приказ о командировании его в Ташкент, для укрепления местных кадров и расширении творческих связей с периферией. Анну Ахматову, также, направляют в творческую командировку в Узбекистан от Союза писателей СССР. Она долго не могла понять, что является членом Союза, но её убедили, что организация поэтов, в которую она входила в 17-19 годах, всем составом вошла в Союз писателей во время объединительного движения. Поэтому, обязана ехать. Потом ей стало не до этого – приехал её любимый сын, Лёвочка. Мы решили выпустить Льва Николаевича Гумилёва из лагеря. История его жизни показывает, что это не враг, а наоборот, очень полезный учёный. Ответственный секретарь Союза писателей разрешил ей взять Лёву с собой. С Булгаковым всё просто, он уже предупреждён о поездке и готовится. Так что все готовы.

- Хорошо, товарищ Берия. Будем заканчивать сегодняшний вечер, пора спать. До свидания.

- До свидания, товарищ Сталин, – ответил Лаврентий Павлович, хотя и он и Сталин знали, что спать ещё не скоро лягут.

Следующее утро для сотрудников института