Торианская империя. Книга 2. Путь в неизвестность. Часть 2 - Денис Ган

– Ох, простите меня, я по привычке заговорился как всегда и назвал Вас человеком. На самом деле имелась в виду не Ваша раса, а вежливое обращение к молодому представителю моей расы.

– Тогда это я Вас не понял и приношу свои извинения за эту путаницу. Если Вам будет проще, то можете называть меня так, как уже назвали.

Оба человеческих учёных и Нгаруд весело рассмеялись, тем самым прервав лёгкое недоразумение и создав вокруг себя ауру взаимопонимания и доверия.

– На самом деле область моей науки – это вовсе не генетика, – начал разговор Нгаруд, – я занимаюсь исследованием рас, культурами, поиском исчезнувшей древней жизни и изучением всего, что принадлежит к подобным исчезнувшим цивилизациям и их культурам, но этот клон, – Нгаруд посмотрел на камеру с клоном, – находится под моим полным контролем целиком и полностью. Однако, я привёз с собой все результаты по исследованию и восстановлению ДНК этой инопланетной расы.

– Они сейчас у Вас с собой? – быстро спросил Баритан Слонги заинтересованным тоном.

Нгаруду показалось, что даже через чур заинтересованным.

– Конечно, вот в этом кристалле находится вся необходимая информация. Я специально его захватил, зная, что повидаюсь на этой планете с крупными ведущими генетиками нашей империи.

– Не преувеличивайте, уважаемый Нгаруд, – скромно ответил Лоракум Нариди. Мы не вся империя, и наверняка в ней есть кто-то поумнее и поопытнее нас.

– Не уверен… Однако вот кристалл, – Нгаруд передал кристалл с данными Баритану, и тот, заполучив его, тут же вставил в контрольную панель комплекса управления, который выскочил буквально из-под ног, заняв приличную площадь полов.

– Ну как дети! – прокоментировал происходящее Дорилак Нарма. Он наблюдал со стороны этот разговор.

– Дорилак, это очень важно для нашей работы, – спокойно и поучительно отозвался Лоракум на его замечание.

– Да, я знаю, а также знаю, что над этим трудится на каждой нашей экспериментальной планете не одно поколение представителей нашей расы.

– Это правда! – подтвердил Лоракум. Порой работа затягивается на несколько тысяч галактических лет.

– Так долго? – искренне удивился Нгаруд, – чем же вы тут занимаетесь?

– Вам всё-таки стало интересно? – растянуто ответил Лоракум, – а я уже думал, Вы не спросите.

– Всё, что связано с наукой, мне интересно, – подтвердил Нгаруд.

– Тогда я вам расскажу, – Лоракум с энтузиазмом принялся объяснять. – Представьте себе планету, на которой велика вероятность появления в зачаточном состояние новой разумной жизни. Другими словами, планета настолько развилась, что появление на ней разумной жизни это только вопрос определённого времени.

– Но это же не Марториус?

– Что? Нет, конечно, это не он, это соседняя планета. Хотя Марториус тоже может быть использован, но жить в этом мире будет сложнее и труднее, чем в том, что мы тут нашли в этой системе. Так вот, на Терраквантоне условия гораздо лучше. Там…

Нгаруд снова перебил:

– Терраквантоне?

– Терраквантон, мир на котором мы растим новую жизнь. Третья планета от местной звезды, – объяснил Лоракум.

– Ах, эта… Я не знал её название. Планеты в этой системе не зарегистрированы с названиями и имеют только номера. Тем не менее, система числится за вашей расой, и система блокирована.

– Да, это всё так, но вернёмся к планете. Так вот, на Терраквантоне очень много разнообразных животных и растений, уже не говоря о прочих формах жизни. Наша цель выявить цепочку, которая с наибольшей вероятностью сможет стать разумной по итогам своей эволюции. Мы подсаживаем в такие формы жизни элементы нашего ДНК, которые со временем внедряются в начальную и подменяют некоторые её части, таким образом требуемый нам итог эволюционного развития будет составлять вероятность уже не на семьдесят или восемьдесят процентов, а на все девяносто девять и даже почти все сто. По итогам этой цепочки должен зародиться начальный вид моей расы.

– Но это же очень долго! На это уйдут сотни тысяч лет, если не миллионы! Разве такое развитие имеет потенциал?

– А мы никуда не спешим. Нашей целью является распространение жизни по известной галактике, и эта жизнь представляет нашу расу. Это всё, что нам требуется. Планеты, системы и даже некоторые сектора галактики исчезают сами по себе или подвергаясь природным аномалиям и катаклизмам. Может в одно мгновение исчезнуть целый сектор, в котором проживают множество рас. Наша работа заключается в том, чтобы этого не случилось с нами. К тому же каждый раз, проходя эволюционный путь, человеческая раса будет становиться только лучше.

– Так у вас уже есть результаты?

– Нет, что вы… это долгий процесс, но мы уже засеяли тысячи планет в галактике, и Терраквантон одна из них. По нашим прогнозам, как минимум четверть от всего нами засеянного количества выживет и сможет развиться.

– А что даёт вам гарантию того, что, выращивая разумную жизнь на одной из планет, она будет верно развиваться, а не погубит сама себя или зайдёт в некий эволюционный тупик, в котором не сможет дальше развиваться?

– Гарантии тут точно нет, – ответил Лоракум Нариди, – но есть кое-что, что мы предпринимаем для предотвращения подобной ситуации.

– Я могу об этом узнать?

– Конечно можете! Я вижу, Вам эта тема чрезвычайно интересна!?

– Признаюсь! Мои интересы уходят далеко за пределы моих профессиональных возможностей.

– Всё очень просто! Мы делаем небольшие тайные вставки в ДНК. Так сказать, создаём эволюционные ячейки памяти. Как только примитивная жизнь достигает определённого эволюционного этапа, вскрывается такая ячейка и поток данных постепенно внедряется в сознание новой жизни, снабжая её генетически заложенной информацией.

– А нет вероятности того, что подобные данные на высшем уровне развития могут попасть в сознание объекта, находящегося уровнем намного ниже в своём развитии?

– До определённого времени это было для нас проблемой, но мы справились. Конечно, гарантии нет, но мы предполагаем, что решили этот вопрос.

– Другими словами, говорящих камней из этого не выйдет? – пошутил Нгаруд, намекая на одну из рас…

– Нет, не выйдет, но побочные изменения имеют шанс быть. Проверить и узнать об этом мы уже не сможем. Выяснить это смогут только наши очень далёкие потомки.

Пока Нгаруд и Лоракум Нариди увлечённо беседовали, Баритан Слонги развил целую бурную деятельность по осмотру и быстрому изучению данных клона. В воздухе повисло множество голограмм со всевозможными данными, понять которые может только учёный его уровня. Профессор в ускоренном режиме внимательно изучал их и просматривал сектор за сектором всю цепочку инопланетного ДНК. Но вдруг он как бы про себя, но довольно громко в слух произнёс:

– Идеально! Всё идеально! Но меня смущают эти сектора…

Это услышали и Нгаруд, и Лоракум.

– Что там тебя смущает? – поинтересовался Лоракум. Он и Нгаруд, прервав свою беседу, подошли к голограммам.