Снова не я - Ева Герд

глубоко беременная Ольга, которая едва встала из-за стола. Она держалась за свой живот, будто бы пыталась его защитить от соперницы.

— Я не уйду! — заявила она и с ненавистью посмотрела на причину всех своих страданий.

— Пошла вон! Немедленно — злобно скомандовал Артем, даже не посмотрев в сторону беременной супруги, его взгляд был заворожен видом безумной Орловой. Он и подумать не мог, что в тихой замкнутой Орловой, живет такая страстная натура. Почему же она ему раньше не показала эту свою сторону? У них ведь все могло бы сложиться иначе.

Озерова поджав губы и кинув обиженный взгляд на неласкового супруга, медленно передвигаясь, покинула кабинет. Антон дабы избежать дальнейшего прилюдного скандала, услужливо закрыл дубовые двери. Они остались наедине. В кабинете повисло напряжение, его можно было даже потрогать, так казалось девушке, а Тема испытывал невероятный подъем. Ему хотелось знать, что же будет дальше.

Софья быстро пересекла расстояние, разделявшее ее с Соколовским, и встала напротив него, она разжала кулаки.

— Ты жалок — трясущимся голосом, сказала Софа и занесла ладонь, чтобы ударить обидчика.

Артем же широко и лукаво улыбнулся и перехватил ее ладонь, которая зависла в воздухе, он крепко сжал ее запястье, ощущая под пальцами, как пульсирует кровь в ее венах. Она бурлила.

— Софа, я никогда не мог подумать, что ты так сексуальна в гневе. Нужно было намного раньше тебя вывести из состояния анабиоза! — хищно ухмыльнулся Соколовский, он пришел в восторг от ее поведения.

У девушки затряслась нижняя губа, она уже перестала себя контролировать. Хотелось не то, что стереть эту наглую ухмылку с его лица, было желание того, чтобы он замолчал и не говорил более таких оскорбительных слов. Орлова занесла вторую руку, чтобы ударить своего обидчика.

— Я ненавижу тебя, так же сильно, как и любила раньше! Как ты смеешь себя так вести — срывающимся на крик голосом, проговорила она.

Но второй удар тоже не был нанесен. Он ловко поймал ее руку, теперь она была обезоружена. Софья рванулась назад, но хватка Артем не дала ее вырваться, и он только сильнее сжал ее запястья. Сердце девушки подкатило к самому горлу, а он наслаждался своей властью над ней.

— От ненависти до любви всего один шаг — нараспев протянул мужчина и отпустил покрасневшие запястья Орловой, но в следующий момент, крепко схватил ее за волосы и оттянул голову назад. Он прижался своими губами к ее трясущимся губам и сорвал грубый надменный поцелуй, который его одурманил.

В тот миг, пока Соколовский упивался своей властью, Орлова со всей ненавистью укусила парня за губу и умудрилась ее прокусить. Мужчина от неожиданности ее выпустил из рук. По его губе стекала соленая кровь, которая только и добавляла пикантности. Теперь Софа не медлила, она занесла руку и вдогонку отвесила бывшему другу смачную пощечину. Девушка вложила в нее всю неприязнь к этому человеку, вышло довольно болезненно. По-крайней мере ее руке точно было больно. Артем же от пощечины только поморщился и пальцем дотронулся до прокусанной губы , а языком убрал каплю крови с уголка рта.

— Ты дикая! И ты будешь моей! — он попытался вновь ее притянуть к себе, но Софа ударила его по рукам и сделала шаг назад.

— Ты даже достойно проиграть не сумел. Я разочарована в тебе, Соколовский! — презрительно сказала Софья и демонстративно вытерла губы, на обоих запястья красовались свежие кровоподтеки. — Никогда! Слышишь, никогда я не буду с тобой. Ты животное! Наглое эгоистичное создание, которое считает, что ему все позволено!

— Но ты ведь всегда знала, какой я и любила меня — плюхаясь в кресло, ответил юноша, злобно улыбаясь.

— Я ошибалась на твой счет. Я любила не тебя, а тот образ, что сама себе придумала. Я любила того мальчика, что спас меня за гаражами. Благородного и честного парня, который был похож на прекрасного рыцаря. Но, по сути, ты им никогда не был. Ты жалкий человек. И мне тебя жаль. И жаль того времени, что я потратила на любовь к тебе — она развернулась и быстро пошла к двери и перед тем, как открыть дубовую дверь, она обернулась к парню. — А вообще, катись в ад из моей жизни!

Резко потянув на себя дверь, Софья через мгновение оказалась в приемной Соколовского, где едва не столкнулась с взволнованной Ольгой, которая едва передвигаясь, ходила по приемной. Орлова мигом покинула так ненавистный ею офис и направилась к лестнице. Оказавшись на улице, она полной грудью вздохнула. От волнения ее бил озноб и на улице она вмиг промерзла, прохладный воздух душил ее, грудь жгло. Казалось морозный воздух разрывает ее легкие. В реальный мир ее вернул сигнал мобильного телефона.

Когда Орлова покинула кабинет Соколовского, Оля Озерова решилась поговорить с мужем. Последние месяцы в их жизни все было сложно, а сегодняшний его поступок и вовсе был из рамок вон выходящий. Но, наверное, она бы, простила его, если бы не слышала разговора мужа с подругой. Ольга искусала свои губы, пока слушала тираду из-за двери, это было так унизительно, что секретарь ее мужа, даже вышел прочь. Когда Орлова покинула приемную, помощник вернулся.

Антон помог беременной Ольге войти в кабинет и любезно прикрыл за ней дверь. Артем сидел на своем стуле спиной к двери.

— Ты не имеешь права так обращаться со своей женой, тем более на глазах этой девки! — Озерова говорила неестественно высоким голосом, практически срываясь на крик.

— Пошла отсюда вон — даже не повернув голову, процедил Соколовский, сейчас он не хотел ни с кем говорить.

— Да, кем ты себя возомнил! — завизжала Оля и сделала шаг к столу мужа, но застыла от резкой боли в животе. — Ай! — девушка схватилась за край стола, а второй рукой ухватилась за живот, что-то было явно не так.

— Боже, прекрати уже ломать комедию! — злобно сказал Артем — я подаю на развод, я устал от твоих вечных истерик. Проваливай из моего кабинета. Ты уволена!

Озерова молчала, она крепко сжала зубы, женщина тяжело дышала. Боль разрывала ее изнутри, она даже разогнуться не могла. Пока ее муж говорил о своем желании развестись, она прикрыла глаза и мигом побелела, а через мгновение потеряла сознание. Когда Ольга падала, то уронила несколько стаканов, которые поранили руки женщины. Соколовский повернулся на шум и подскочил с места, когда увидел, что