Бог войны - Дэвид Вебер

глазом, да и двое других были длинноногими, крепкими, хорошо ухоженными. Лошадь Тотаса оказалась прекрасным, отлично выдрессированным боевым конем. То, что особа столь странного вида владела животным ценой в несколько сотен кормаков, представляло для Базела еще одну неразрешимую загадку. Победительная улыбка Заранты привела его к мысли, что раньше она специально вела себя так, чтобы заставить его подозревать самое худшее, и теперь втайне потешалась, видя его изумление.

Тотас тоже заслуживал особого внимания. На его шее висел амулет со скрещенными мечом и булавой Церкви Томанака. Он был крепкого сложения, но долгая и, по-видимому, изнурительная болезнь оставила на нем свои следы. Высокого роста, стройный, он чем-то напоминал Риантуса, хотя и не обладал его каштановыми волосами и голубыми глазами. Но лицо его было изможденным, кольчуга болталась на плечах. Двигался он быстро, а появление своей хозяйки с двумя градани воспринял совершенно спокойно. Но руки у него слегка дрожали, и пару раз он останавливался, чтобы перевести дыхание. Боевое снаряжение Тотас содержал в полном порядке, и было похоже, что он прекрасно владеет своим висевшим на боку мечом и коротким кавалерийским луком, перекинутым через плечо.

Служанка Рекаа была совсем иной. Она была выше Заранты, со светлыми волосами. Рекаа казалась более мягкой и женственной, чем ее госпожа, и более хорошенькой. Заранте было около двадцати, у нее были темные волосы и нос с горбинкой, ее заостренное к подбородку лицо с широкими скулами оживленно светилось. Рекаа была несколькими годами старше, золотистые волосы окаймляли правильный овал ее лица, носик был прямой и аккуратный. И одета она была лучше Заранты, но демонстрировала гораздо большую пугливость. Базел вспомнил, как она реагировала, когда Заранта ввела градани в скудно обставленные комнаты, которые занимали девушки. Она быстро успокоилась после того, как Заранта объяснила ей, что к чему, но все же эта вспышка паники не предвещала ничего хорошего. Рекаа вряд ли смогла бы поднять кинжал, попади она в ту же ловушку, что и ее хозяйка. Она бы просто бестолково махала руками и вопила изо всех сил.

Было, однако, еще рано делать выводы. Судя по тому, что Базел помнил о географии Империи Копья, у них было много дней впереди, чтобы узнать все сильные и слабые стороны членов их маленького отряда.

Когда они приблизились к району доков, Базела удивила и обеспокоила перемена в поведении Заранты. Энергичная и активная в городе, она преобразилась, как только они оказались недалеко от реки. Покидая гостиницу, Заранта сменила рваную юбку на прочные штаны, кожаную шапку и плащ аксейского покроя. Теперь она натянула эту шапку на глаза, подняла воротник и сжалась, как будто хотела вовсе исчезнуть. Побледневшая и безмолвная, она предоставила Базелу вести все дела. От Конокрада не укрылась и возросшая настороженность Тотаса, и то, что он не снимал руки с рукояти меча.

Конечно, здесь владычествовал ни-Тарт. Это могло объяснить поведение Тотаса, но Заранта раньше не проявляла такого испуга перед ни-Тартом. Базел не мог избавиться от впечатления, что что-то пугает ее гораздо больше, чем один из руководителей риверсайдского преступного мира, каким бы могущественным он ни был. Несмотря ни на что, почти против собственной воли, Заранта вызывала у него симпатию, и не покидавшее его ощущение, что она что-то скрывает, тревожило его больше, чем он отважился бы признаться.

К несчастью, у Брандарка нашелся действенный способ отвлечь Базела от его беспокойных мыслей. Кровавый Меч, выполняя свою угрозу, сочинял свою трижды проклятую балладу Сказ о Кровавой Руке Базела. Хуже того, он задумал написать ее на мотив хорошо известной застольной песни и настоял на том, чтобы напеть три первых куплета, пока они заводили животных на паром. Сейчас он взгромоздился на единственную на пароме надстройку и поглядывал вниз на Рекаа и Заранту, перебирая струны своей балалайки и услаждая их слух промежуточными результатами своих творческих мук.

Базел стоял, скрестив руки, на самом дальнем от Брандарка краю парома и, улавливая доносившиеся до него звуки балалайки, мешавшиеся с плеском воды и скрипом весел в уключинах, скрипел зубами. То, что голос Брандарка почему-то лучше вел мелодию, чем обычно, как и взрывы женского смеха, приветствовавшие усилия Кровавого Меча, отнюдь не улучшало настроения Конокрада.

Базел Бахнаксон мрачным взглядом озирал туман, лежавший над сонной рекой, и его одолевало неприятное предчувствие, что путешествие затянется очень надолго.

Глава 16

Карты покупать не понадобилось.

Услышав случайное замечание Брандарка вскоре после высадки с парома, Тотас моргнул, осуждающе посмотрел на свою госпожу и извлек из сумки собственную карту. Базел сопроводил его взгляд своим, но на нее эти два безмолвных упрека не произвели никакого впечатления. Как только паром отвалил от берега, она пришла в прекрасное расположение духа и теперь только усмехнулась. Воспитательный эффект был еще более ослаблен громовым хохотом Брандарка. Базел постепенно приходил к неутешительному заключению, что Кровавый Меч и Заранта нашли друг в друге родственные души. Теперь он был почти уверен в этом.

Но зато он смог наконец выяснить, куда они направляются. Приятного в этом было мало. Усевшись прямо на холодную землю, он развернул карту на коленях, нашел масштаб и обнаружил Альфрому. Измерив расстояние растопыренными большим и указательным пальцами, он постарался не показать своего огорчения. От Риверсайда до Альфромы по прямой было шестьсот лиг птичьего полета. Но они не были птицами. Шерхан на карте вообще отсутствовал.

– Не могли бы вы показать мне Шерхан? – осведомился он, и Тотас перегнулся через его плечо, чтобы, обозначить точку к юго-востоку от Альфромы. «Значит, для нас это за городом, с другой его стороны», – подумал Базел. В мрачном молчании он изучал карту еще минут десять, а под ним таял иней.

Даже лучшие карты иногда таят неприятные сюрпризы. Но даже если этого не учитывать, путешествие по дорогам предполагает еще двести лишних лиг. По пути придется охотиться и добывать корм для животных. Или же иногда тратить время на заработки. Более того, Тотас предупредил, что после Ангтира дороги становятся хуже. Много хуже.

Конечно, у них здоровые животные и нет повозок. На плохих дорогах это плюс. Но даже при самых благоприятных обстоятельствах этот путь займет у них не меньше двух месяцев, да и то только при условии, что две женщины и Тотас, еще не оправившийся от болезни, смогут выдерживать верхом темп, который он задаст пешком. Заранта, возможно, окажется на это способной. А вот Рекаа и Тотас… неизвестно. Между тем алые и золотые листья уже опадают с ветвей