Юрий Грозный, Император Русский - Виктор Карлович Старицын

флота Хвалынского моря и переправился с конвоем и свитой в порт Махачкала, откуда выехал в город Магас — столицу Аланского царства. После торжественного приема и парада войск царь Тукар пожаловался на разбойные нападения половецких банд на аланские села. После нападения половцы отходят на русские земли, а преследовать их на землях сюзерена аланы не могут.

Юрий ответил, что, хотя, половецкий хан Котян является вассалом Империи, он не может контролировать все половецкие роды, которые кочуют по огромному пространству бывшего Дикого поля. Русские поселения там все еще редки и расположены только вдоль рек.

Кочевые роды, привыкшие жить разбоем, не желают жить мирными скотоводами. На Русь нападать они боятся. Ходить за Волгу на монгольские земли — тоже.

С диких воинственных черкесов в кавказских ущельях им взять нечего. Да и сами черкесы такие же головорезы, как и половцы. Вот и нападают половцы на аланские села.

Юрий дал разрешение Тукару преследовать таких разбойников на Русских землях и истреблять их беспощадно. А если они попытаются укрываться в русских городках, пообещал выдавать их аланам. Половецкая вольница в Русском поле уже надоела Юрию. Если аланы решат эту проблему, Император будет только рад.

Попировал неделю с царем Тукаром, женил племянника Святослава Ярославича на дочери царя Борене и отбыл в Ширван.

В столице Ширвана Баку задержался на две недели. Опять пировалал, женил очередного племянника Глеба Владимировича на царевне Сусани, проверил сбор дани и состояние гарнизона.

Ширван, занимая выгодную позицию в центре вытянутого с севера на юг Хвалынского моря на его западном берегу, процветал за счет морской торговли. Сами ширванские купцы ходили в персидские земли и возили товары на Русь. Порты Баку, Дербент и Махачкала обслуживали русские торговые корабли.

Большой доход шаху Фарибурзу давали поставки на Русь земляного масла. С монголами, захватившими Персию, пограничных стычек не бывает. Хан Бату строго соблюдает разграничительную линию, установленную договором Руси с Монголией. Возникающие мелкие конфликты с армянами улаживаются при посредничестве императорских приставов.

Из Баку Император направился в Армению. В Ереване опять пировал, пообщался с дочерью Феодорой, потетёшкал внуков, и выехал в Грузинское царство.

В Тбилиси выдал за царевича Давида свою племянницу Елизавету Ивановну. Пообещал призвать к порядку Конийского султана Кей-Кубада, с которым у царицы Русудан осенью случился пограничный конфликт, в результате которого султан откусил у Грузии кусок земли с городом Поти.

Из Тбилиси Юрий выехал в спорный Поти. Султанские войска при подходе Императора ушли из города, а сам султан прислал в Поти посла, который заявил, что султан о захвате грузинской земли не ведал. Это местный эмир захватил Поти в ответ на вторжение грузин на приграничные конийские земли. Разобравшись с причинами конфликта, Император наложил на обе стороны виру. На султана — пять тысяч гривен, а на царицу — три тысячи гривен. Повелел султану отдать обратно захваченные земли. Царице и султану расследовать дело и наказать виновных в конфликте с обеих сторон.

28. Океанские корабли

Погостив у царицы Русудан в Поти три дня, Юрий с конвоем и свитой погрузился на корабли Черноморского флота и отбыл в Херсонес. Еще перед выездом из Владимира Император направил повеление во все главные базы флота: Родос, Кипр и Малагу в Средиземном море, Готланд и Князьград в Балтийском. Адмиралам флотов, которые к этому времени должны были провести испытания новых океанских кораблей, которые Юрий Всеволодович повелел строить еще три года назад, привести по одному лучшему из построенных большому кораблю и по одному малому в Херсонес к началу мая месяца на императорский смотр.

В Херсонес Юрий приплыл 11 мая. Неделю разбирался с делами наместника и Управы Крымской земли. Затем занялся самым интересным — приемкой кораблей, построенных лучшими корабельщиками Руси по собственноручным чертежам Императора.

Адмиралы флотов Юрия порадовали. У причалов херсонесской бухты, обнаружились 5 выделяющихся своими размерами, высотой мачт и формой корпуса кораблей. Рядом с ними стояли 5 меньших, но похожих по форме корпуса и рангоуту.

За три года, прошедших в прошлого визита Императора в Херсонес, город значительно вырос. Все склоны прилегающих к бухте невысоких гор были застроены верфями, складами, флотскими казармами, жилыми домами. Сверкали золотом куполов храмы. Вход в бухту с обоих берегов прикрывали крепости, ощетинившиеся жерлами крепостных пушек. Пушки эти приветствовали входящие в бухту корабли императорского конвоя и свиты тремя десятками холостых залпов.

Когда все корабли и галеры пришвартовались к многочисленным причалам, оказалось, что бухта полностью забита. К каждому причалу пришлось швартовать по нескольку кораблей, борт к борту.

Сошедшего на берег Императора приветствовали наместник Крымской земли Федул, дьяк управы Леонтий, архиепископ Крымский Илларион, адмиралы флотов и военачальники местных войск.

Юрий сразу же попенял Федулу за тесноту в бухте, в которой даже корабли военного флота поместились с трудом. Наместник сразу же оправдался, заявив, что торговые причалы уже перенесены в значительно более обширную бухту, расположенную в трех верстах севернее. Там же купцы строят свои дома и склады. Город в той бухте уже стал больше Херсонеса, но еще не имеет названия. Называют его пока — Торговые пристани.

А в бухте Херсонеса стоят только военные корабли. Но, обычно, большая часть военного флота уходит в Средиземное море сопровождать торговые караваны. Только в этот раз большое количество кораблей было отозвано в черное море для перевозки императорского конвоя.

Затем, по обычаю, наместник закатил пир в честь прибытия Императора.

В последующие дни Юрий решил текущие вопросы: принял отчеты наместника и управы, отстоял службу в кафедральном храме, проверил отчеты управы, осмотрел новый торговый порт в северной бухте и возникший вокруг порта торговый город. Бухта Императору весьма понравилась. Она была во много раз обширней херсонесской и полностью закрытой от ветров с любых направлений. Юрий повелел наречь новый город «Юрьев- Морской». Архиепископ Илларион провел чин освящения и наречения нового града.

И только затем Император смог приступить к знакомству с новыми кораблями. Юрий Всеволодович в сопровождении дьяка Морского Приказа Арефия и адмиралов прошелся по всем большим и малым кораблям. Все они были похожи, как близнецы, поскольку строились по одному чертежу. Зато, от привычных кораблей — нефов, коггов и галер они отличались разительно.

Новые большие корабли имели длину корпуса в 20 косых саженей, а ширину в самом широком месте — 5 саженей. Выше ватерлинии их высокие борта имели наклон вовнутрь корпуса. Спереди и сзади борта кораблей были значительно выше, чем в середине корпуса. На носу и корме имелись высокие надстройки, именуемые форкасл и ахтеркасл. К тому же, корпус корабля имел большой прогиб от передней и задней оконечностей к его середине, что облегчало восхождение корабля на высокие океанские волны. Наклоненная вперед передняя часть киля — ахтерштевень, также облегчала кораблю восхождение на волну.

Задняя часть корпуса — корма, была плоской и слегка наклоненной назад. К вертикальному продолжению киля — ахтерштевню, расположенного по центру кормы, крепилась крепкая рулевая балка с большим рулевым пером в воде и румпелем для поворота пера руля на задней части палубы — юте.

Обшивку досками бортов мастера провели вгладь, в два слоя, тщательно подгоняя сухие доски и проконопачивая стыки досок. Для средиземноморских кораблей использовали дубовую древесину. Балтийские корабелы из дуба делали только киль и шпангоуты. Обшивку и палубу делали из сосновых досок, ввиду недостатка дубов в Прибалтийских землях.

Корабли имели три мачты, и одну наклоненную вперед мачту на носу — бушприт. Передняя мачта, именуемая фок, несла два прямых паруса — внизу большой, и второй, поменьше, на верху. Паруса именовались фок и фор-марсель. От вершины мачты к бушприту тянулись канаты, на которых крепился еще один парус, именуемый блинд.

Самая высока средняя мачта называлась грот. Она тоже несла два прямых паруса: большой нижний грот и малый верхний грот-марсель. На верхушке мачты крепилась площадка с ограждением для матроса — впередсмотрящего.

Задняя мачта называлась бизань и несла один косой парус, предназначенный для хождения под углом к встречному ветру.

Корабли несли по шесть пушек калибром в длань: по одной на носу и корме и по две на каждый борт.

Корабль весил более 40 тысяч пудов и мог взять в свои