Цирк украденных сновидений - Лорелей Саварин

Несколько детей уставились в землю, а другие стали тихо переговариваться. Они с подозрением поглядывали на Андреа, и в их глазах отражался циферблат часов на Башне Сновидений и улыбающееся лицо настоящего Песочного Человека.

– Кого волнует, является ли все это прекрасным бесконечным сном, – заорал Песочный Человек, – или как долго вы здесь находитесь! Дети, важно то, что вы помните, почему вы изначально пришли в Замечтанье.

Песочный Человек бросил злой взгляд на Андреа, и та ответила ему тем же. Ее глаза отражали гнев, кипевший у нее внутри, ярко пылающее пламя, вздымающееся и необузданное, готовое устроить пожар.

– Я здесь, – продолжал Песочный Человек, – потому что я потерял сестру. Свою единственную любимую сестру. Она была не… незаменимой! – его голос дрогнул. – Я здесь, чтобы помнить ее. Я хотел жить в мире, где моя сестра всегда будет рядом. В Замечтанье я могу делать все что угодно. Если я захочу, я могу летать или искать сокровища. Я могу наблюдать рождение первых звезд. Зачем мне возвращаться в то место, откуда я сбежал сюда? Там у меня ничего не было. У меня не было будущего. И у всех вас тоже. Вы все пришли сюда, чтобы вспомнить или забыть. Помните, дети. Я умоляю вас. Помните, почему вы пришли сюда.

Дети молча слушали Песочного Человека, проникаясь его словами и вспоминая, почему они здесь оказались. Что привело их к воротам Замечтанья и побудило обменять свой сон на одну ночь бегства.

Андреа бросила взгляд на Фрэнсиса, который уставился на толпу, перебегая взглядом с одного лица на другое, словно тот кролик, которого соседская собака однажды загнала в угол в их саду.

Андреа посмотрела на Пенни, а та едва заметно кивнула ей в ответ. Этого было достаточно, чтобы у Андреа появилась уверенность, что они не одни.

– Только потому, что дома нам жилось нелегко, – Андреа остановилась и откашлялась, надеясь, что это придаст больше твердости ее дрожащему голосу. – Жизнь не может быть идеальной. Печальные вещи случаются, и мы не всегда можем выскользнуть назад, чтобы избежать их, как в шатрах Замечтанья. Но мы не должны были оставаться здесь навсегда. Мы всегда думали, что у нас есть возможность вернуться домой. Если мы останемся в Замечтанье навсегда, то никогда не узнаем, что было бы, если бы мы не бежали от трудностей. Избегая печали, мы теряем шанс прожить и хорошие моменты жизни тоже.

Андреа оглядела толпу и продолжила:

– Я потеряла здесь того, кто мне очень дорог, и я могу сказать вам наверняка, что есть люди, которые больше всего на свете хотят, чтобы вы вернулись домой.

Многие дети переводили взгляд с Андреа на землю. Казалось, они борются сами с собой, не зная, хотят ли они поверить ей. Хотят ли они остаться спрятанными в иллюзорном мире сновидений или хотят поверить, что у них все еще есть шанс прожить настоящую жизнь с ее хорошими и плохими моментами. Некоторые маленькие дети расплакались.

– Я решила пойти домой, – твердо сказала Андреа, – потому что я думаю, что есть что-то действительно прекрасное в способности переживать и хорошее, и плохое в жизни. Все моменты жизни.

Она посмотрела на Пенни и улыбнулась:

– Иметь возможность состариться.

– Неужели? – спросил Песочный Человек, придвинувшись ближе к ней на несколько шагов.

Толпа расступилась, когда Андреа попятилась, пока не почувствовала жар огненного кошмара, лижущего сзади ее ноги.

– Ты действительно хочешь вернуться в мир, где твой брат пропал, а дом заполнен призраками некогда существовавшей семьи?

Дети Замечтанья смотрели хмуро и сердито. В сердце Андреа вспыхнула надежда, что у нее может получиться перетянуть остальных детей на свою сторону, что они тоже хотят вернуться домой.

– Это неблагодарность, вот что это такое, – негодовал Песочный Человек. – Вы все неблагодарные, каждый из вас. Но я создал этот мир не ради вашей благодарности, а для того, чтобы дать возможность детям избежать страданий.

Кровь Андреа закипела от того, насколько лживым был Песочный Человек. Она покачала головой:

– Ты ничего не создал!

Толпа ахнула.

– Это полная ерунда, ты, хнычущий, жалкий ребенок. Как ты смеешь говорить такую ложь? – его выражение лица умиротворяющего директора цирка Замечтанья сменилось холодной каменной маской, такой же холодной, как его руки, когда Андреа забирала его зонт.

Такой же холодной, как сновидение.

– Это ты лжец! – Андреа и Фрэнсис сделали шаг в его сторону. – Ты спрятал горку, в которой показана настоящая история Замечтанья, когда часы на Башне Сновидений еще не были сломаны и здесь всем управлял настоящий Песочный Человек, а дети уходили домой в конце каждой ночи. Когда ты сам пришел в Замечтанье и еще не решил никогда не уходить отсюда. Ты ни капли не похож на Песочного Человека, который изображен на Часах Сновидений, или на воздушных шариках, или на сувенирах. И я не верю, что даже сейчас ты показываешь нам свое настоящее лицо.

Над площадью воцарилась глубокая тишина, все замерли. Ни один ребенок не шелохнулся. Ни единого дуновения ветерка.

Песочный Человек выдохнул и посмотрел на землю, прижав палец к верхней губе в попытках подавить хихиканье.

– Ты веришь, что у тебя так много ответов. Думаешь, загнала меня в угол. Зонтик отняла, вывела на чистую воду. Ты полагаешь, что тебе удалось меня одурачить.

Песочный Человек перевел взгляд на зонтик и шагнул к Андреа и Фрэнсису, все сильнее сокращая расстояние между ними.

Андреа плотно прижала зонт к груди, держась за него обеими руками.

– Я скажу тебе, что я действительно создал, – продолжил Песочный Человек. – Однажды очень давно… или совсем недавно – зависит от твоего отношения к этому – одна юная особа ворвалась в мой личный сон и с глазами, полными печали, поведала мне, что она пришла сюда за забвением. Но когда я предложил ей забыть всю ее боль в ходе весьма интересного поворота событий, она от этого отказалась. Но я знаю, что творится в душах всех детей в Замечтанье, и знаю, что происходит в твоей душе, Андреа, даже лучше, чем ты сама. Еще с первой встречи я понял, что ты сюда пришла не для того, чтобы забыть. Я знал, что это всего лишь ложь, которой ты тешила сама себя. Потому что, если бы это было так, ты бы приняла мое предложение.

Он наклонил голову, глядя на серый зонт, плотно зажатый в руках Андреа.

– Я знал, что глубоко-глубоко в душе ты хотела вспомнить.

– Нет, – воскликнула Андреа. С таким же успехом он мог воткнуть ей в сердце нож. Ноющее, грызущее