Отмеченный Смертью IV (СИ) - "Andrash"

Он так сосредоточился на этом, что когда вместо привычных зверей третьего ранга ему навстречу вышел снежный трехрог начала четвертого, автоматически воздействовал на него Инлитом. И знак подействовал! Грозный духовный зверь, способный с легкостью снести городские ворота, с испуганным блеяньем бросился прочь и только в этот момент Люк осознал, что он был вообще-то четвертого ранга.

«Почему нет?» — мелькнула в голове ленивая, но очень рациональная мысль. «Звери не обладают духом или артефактом. Воздействовать на них должно быть проще».

Констатировав этот факт как сам собой разумеющийся, Люк вернулся к созерцанию природы, однако вскоре снова был вынужден прервать это занятие: он забрел в тупик. Ровная горная тропа закончилась. Дальнейший путь преграждали отвесные скалы. Перелететь их не было проблемой, однако это не вязалось с текущим состоянием юноши.

«Но не оставаться же здесь? Чувствую, что должен забраться выше. Думаю, я смогу вернуться к этому состоянию позже…»

Люк резко встряхнулся, а затем применил законы огня, несильно воздействуя на заледеневшие участки, и одновременно защитил себя при помощи ци. После этого юноша расправил крылья и взмыл в воздух.

Люк не стал опускаться сразу как преодолел препятствие, вместо этого, мощными взмахами крыльев, он поднимался все выше и выше. Юноша остановил свой подъем, лишь когда достиг уровня ледяной шапки, венчающей гору. Только после этого он сменил направление полета на горизонтальное, напрямую летя к вершине.

Клекот-клекот!

Когда Люк был всего в сотне метров от своей цели, ему навстречу вылетела огромная снежно-белая птица. Это был владыка здешних мест — благородный снежный орел, духовный зверь, находящийся на вершине четвертого ранга.

Люк знал о нем. Благодаря «Шипам» он не боялся столкновения даже с таким противником, но, хотя и не боялся, сейчас он не хотел драки.

— Приветствую хозяина этих мест, — миролюбиво произнес он, глядя на птицу. Звери четвертого ранга уже обладали некоторым разумом, пусть и не вполне человеческим. Даже если он не понимает слов, благородный снежный орел по тону должен понять, что Люк не желает зла. Конечно, орел может посчитать его отличной закуской или просто не поверить, но пока что он не атаковал. Огромная птица зависла в воздухе напротив Люка и внимательно на него смотрела.

— Приношу извинения за вторжение, но мне хотелось бы провести некоторое время в этом месте. Если вы позволите мне беспрепятственно сделать это, в свою очередь обещаю никак вас не беспокоить и не приближаться к гнезду ближе чем на тысячу метров…

Люк замолчал, ожидая действий птицы. Сейчас определялось, разойдутся они миром, или сражению все-таки быть.

Орел некоторое время смотрел на Люка, словно что-то для себя решая, а затем… развернулся и улетел. Неизвестно, что было в голове у птицы, то ли она посчитала эспера слишком опасным, то ли наоборот, решила сохранить под рукой, чтобы в случае чего не нужно было искать закуску, тем не менее, путь был свободен.

Достигнув слоя многолетнего льда, Люк приземлился на него. И даже через слой ци почувствовал исходящий холод. Этот лед не шел ни в какое сравнение со снегом внизу. Он содержал, казалось, саму концепцию мороза.

«Похоже, я выбрал хорошее место для культивации законов льда…» — заключил юноша. И незамедлительно к ней приступил, только сначала обулся. Ходить по такому льду босыми ногами было действительно вредно для здоровья.

Глава 37. Подъем на вершину

Каковы бы ни были его мысли, орел Люка больше не беспокоил. Правда, вскоре выяснилось, что орел не один. Их было двое: самец — которого эспер встретил сразу — и самка, которая прилетела чуть позже.

Когда это произошло, Люк заметно напрягся. Орлица находилась на позднем этапе четвертого ранга, она была слабее своего супруга, но не слишком сильно. Если бы эти двое вздумали напасть вместе, Люк сомневался, что смог бы справиться с ними.

Однако птицы не нападали. То самец, то самка периодически летали на охоту, принося каждый раз снежных трехрогов или других крупных копытных. Хищники и снежные обезьяны их добычей практически не становились. Возможно, потому что их труднее было поймать, возможно — птицы предпочитали в пищу именно копытных.

Люк, в свою очередь, не тревожил птиц, держась от гнезда, в котором находились яйца, как можно дальше. Он мирно культивировал, познавая законы льда.

Культивация ледяных техник — тех, что были у него раньше, и тех, что он получил из пространственного кольца Би Цзянсяо — сменялось простой медитацией и размышлениями о сущности холода. Не забывал Люк и о других техниках, которые могли сыграть значимую роль в предстоящей экспедиции. При посредничестве скрижали скорость преобразования ци в истинный ци сильно увеличилась. Всего за несколько дней его процент повысился до девяти и теперь уверенно приближался к десятому.

Время от времени Люк доставал другую скрижаль и, настроившись на нее, пытался создать «Лотос Двух Элементов». Однако несмотря на то, что его понимание этой техники увеличилось, лотосу все еще не хватало стабильности.

Последним из занятий Люка в этом месте была культивация души.

За сменой этих занятий время летело незаметно. В мгновение ока прошло две недели.

За эти две недели юноша заметно продвинулся во всех аспектах тренировки, за исключением одного. Процент истинного ци преодолел рубеж в семнадцать процентов. Хотя после первого резкого рывка скорость преобразования немного упала, это все равно было почти в полтора раза больше, чем за два месяца до этого.

Его душа также стала заметно плотнее, а духовная сила возросла. Радиус восприятия юноши увеличился с тридцати двух до тридцати семи километров. Ледяные техники, которые он изучал, тоже были освоены, а понимание старых — улучшено.

Но в вопросе, ради которого он проделал свой путь сюда, продвижений пока не было. «Лотос Двух Элементов» у него по-прежнему не получался.

Люк изначально имел гораздо большую склонность к огню, нежели льду. Впоследствии он также намного больше изучал законы огня. Подтянуть понимание законов холода до того же уровня за короткий промежуток времени было просто невозможно.

Юноша чувствовал себя разочарованным, а в его сердце поселилась неуверенность.

«Возможно, все же, изначально стоило избрать другие элементы» — рассуждал он. «Но какие? Земля и ветер? Из них бы не получилось лотоса. Тьма и свет, тьма и молния? Мое понимание молнии тоже довольно высоко, чего не скажешь о законах тьмы. Хотя теперь у меня есть техники этого элемента, боюсь, развить законы тьмы до нужного уровня будет еще сложнее, чем законы льда. Что еще остается? Жизнь и смерть… Даже если у меня не будет сильного перекоса в сторону смерти, я все еще не имею техник жизни. Даже ци в ци жизни не знаю как преобразовывать…»

Сколько бы Люк не думал, огонь и лед оставались пока единственными вариантами.

«Я должен запастись терпением и дальше развивать законы льда. Прошло только две недели, у меня есть еще месяц, чтобы добиться результатов. Не стоит быть слишком нетерпеливым…»

Однако отбросить сомнения было не так-то просто. Юноша никак не мог настроиться на нужный лад и его успехи в культивации заметно снизились. Не только «лотоса» и законов льда, но и всего остального, за исключением только силы души — молниям было все равно на настрой.

Спустя еще пару дней Люк больше не мог игнорировать свое состояние.

«Нет. Так дело не пойдет! Нужно что-то менять».

В итоге юноша решил сделать перерыв. Целый день, когда он не будет культивировать, а потратит его на что-нибудь еще.

До собрания мастеров массивов в клане Тянь осталось менее полутора месяцев, и две недели Люк отвел на дорогу. Таким образом у него оставалось меньше месяца, чтобы освоить «Лотос Двух Элементов». Это означало, что один день был значимой потерей, но Люк чувствовал, что это действительно необходимо.

Юноша решил потратить этот день на путешествие. Намеренно ограничив свое духовное восприятие всего до нескольких сотен метров, чтобы оградить себя от лишней информации, он пешком отправился исследовать окружающую местность.