Добрая злая любовь - Татьяна Тронина

– Нет. А что за книга?

– О, это замечательная книга... Автор Рудольф Фишер. Только, боюсь, вы не знаете такого...

– Отчего же... Может быть, знаю, – спокойно ответила Наташа.

– Нет, вряд ли! – засмеялся Никита. – Я искал эту книгу по всей Москве и лишь по чистой случайности нашел в букинистическом...

– О чем она?

– О том, как создать образ женщины. В искусстве, разумеется.

– Зачем это вам?

– Затем, что я сценарист. Пишу сценарии к фильмам.

– К каким?

– Ну, это неважно... – Он вдруг запнулся. – Хотя нет, почему – неважно? Я...

– Что – вы? – нетерпеливо произнесла Наташа. – Говорите! Что же вы остановились?

– Я недавно начал работать в группе, которая занимается созданием сериалов. Работа интересная и денежная, а мне очень нужны деньги... Но в свободное время я помогаю своему другу. Он режиссер, снимает авторское кино. Авторское кино – вещь некоммерческая, больших сборов не ожидается... Зато мне предоставлена полная свобода. Вот для этого фильма я и нашел книгу Рудольфа Фишера.

– О чем же будет ваш некоммерческий фильм?

– Об одной женщине. Рудольф Фишер – известный довоенный критик. Он, наверное, единственный, кто сумел сформулировать принципы построения человеческого образа с помощью кинематографических приемов...

– Что за женщина такая? – со скрытой ревностью произнесла Наташа. Она прекрасно знала, над чем работает Никита Рощин, но ей хотелось услышать это еще раз – в его интерпретации.

– Вам правда интересно? Что ж, я не против рассказать вам, моя невидимая собеседница... – Наташа поняла, что он опять улыбается. – История происходит в начале прошлого века, лет сто назад. Тогдашнее время чем-то было похоже на наше – тоже начало века, то же ощущение великих перемен, большие надежды и предчувствие грядущих катастроф, небывалый расцвет науки и техники, брожение умов... И на фоне этого – она. Словно этуалью слетела она на нашу землю...

– Кем, простите?

– Звездой. Она словно не от мира сего... Там еще герой будет в фильме, литератор Сойманов – он все ищет идеальную женщину, которую смог бы полюбить. И вот он находит ее...

– Как ее зовут?

– Сначала я хотел назвать свою героиню Марией, но потом...

– Погодите! – прервала его Наташа. – Я попробую угадать имя...

– Нет, вы не угадаете. У нее очень простое имя. Наталья.

– Наталья? Все-таки вы решили назвать свою героиню Натальей? – смятенно спросила Наташа.

– Все-таки? Почему вы сказали «все-таки»? Впрочем, неважно... – неожиданно сбился он. В темноте тускло загорелся экран мобильника, и Наташа увидела профиль Никиты рядом. Он держал в руке телефон. – Черт, похоже, мы застряли тут надолго. Сколько сейчас? О, мы здесь торчим уже двадцать минут!

– Вы куда-то торопитесь?

– Да, конечно! Меня ждут. Меня ждет моя девушка. Она волнуется, наверное... И позвонить ей нельзя – связи нет.

«Это ты о Кате своей! – с досадой подумала Наташа. – Ах, Никита! Ты так влюблен, что даже не замечаешь очевидного – у нее другой, она тебя просто использует. А ты даже не подозреваешь об этом...»

– Меня тоже ждут. Мой жених, – сказала она. – Наверное, тоже волнуется...

– Да мы с вами просто собратья по несчастью!

– Но вы... вы еще не все рассказали о своем фильме. Как он будет называться?

– Пока рабочее название – «Полет мотылька».

– Почему – мотылька? Вы же говорили, что она – этуаль...

– Она, героиня, все это и есть – мотылек, звезда, пролетевшая комета... Ее можно назвать как угодно – потому что она летит по жизни, сама не зная куда. Легкая, загадочная, прекрасная... недоступная и желанная...

– Как вы о ней... – протянула Наташа. – Похоже, образец вы нашли не только в книге Рудольфа Фишера, но и в жизни.

– Вы правы. В этом образе многое от моей девушки. Не все, конечно, но многое...

– Вашу девушкой тоже зовут Наташей?

– Нет, ее зовут Катей. Я не захотел использовать это имя – потому что фильм должен закончиться трагически. Моя героиня погибает. Я бы, конечно, хотел счастливого конца, но таковы законы жанра. И вообще – иного выхода нет. Та любовь, которая выпадает ей, ее же и губит. Я не собираюсь желать такой судьбы своей Кате! Я... я очень люблю ее. Очень... – пробормотал он тихо, словно только для себя. – Если честно, ее иногда даже смущает мое преклонение перед ней.

– Значит, оно ей не нужно, – спокойно произнесла Наташа.

– Что? – вздрогнул Никита. – Господи, скорее бы все это закончилось, сколько еще можно стоять в этом тоннеле... Нет, вы не правы. Вы совсем не знаете Катю!

– Ну и что? Зато я знаю, что мы часто ошибаемся в жизни. Вот я, например... У меня чудесный жених, который ради меня готов на многое. Но меня не покидает ощущение, что моей судьбой он не является. Что есть кто-то другой – и только ему я предназначена...

Их разговор давным-давно перестал быть обычной болтовней случайных попутчиков, и, похоже, он начинал тяготить Никиту. Но он уже не мог прекратить его. Потому что в этой якобы случайной болтовне было нечто такое, что не могло не задеть его.

– Ерунда какая! – рассердился Никита. – Это что же, выходит, я не Катю должен любить, а кого-то другого, что ли?

– Может быть... – мрачно произнесла Наташа. – Иногда судьба посылает нам знаки. Вы ничего странного в последнее время не замечали?

Наташа пыталась открыть Никите глаза на Катю, чтобы он догадался наконец – его возлюбленная ему неверна. Но он растолковал слова Наташи совершенно в ином смысле.

– З-замечал... – ошеломленно пробормотал он. – Да, точно! Как будто кто-то преследует меня! Только, пожалуйста, не подумайте, что я сумасшедший и у меня мания преследования...

– А я и не думаю... – разочарованно вздохнула Наташа.

– Ведь все началось с такой ерунды... Нет, для меня это, конечно, ерундой не было. Видите ли, я потерял свой рюкзак...

– В нем было что-то важное?

– Да, очень! Там был компьютер, в котором – все мои записи, вся моя работа! Я был вне себя, когда обнаружил пропажу... – торопливо заговорил он.

– Но вам его вернули?

– Да! Это, конечно, по нынешним временам случается довольно редко, когда потерянные вещи возвращают их владельцу. Но все же – возвращают, и чудом это назвать нельзя... Но то был первый звонок! Дальше – история с книгой.

– «Магия женского образа»?

– Именно! Она была мне нужна позарез, потому что стилистика нашего фильма... Ну, словом, я искал ее повсюду, эту книгу! И нигде не мог найти. Я почти отчаялся, но в один прекрасный день наткнулся на рекламный проспект, который лежал у меня под дверью. Там говорилось, что в одном букинистическом магазине проводится расширенная распродажа старых книг, и в числе авторов, которые перечислялись, я вдруг увидел имя Рудольфа Фишера... Невозможное, невероятное совпадение! Так я нашел свою книгу – словно кто-то вел меня к ней. Кто-то или... мой ангел-хранитель. Скажите, моя невидимая собеседница, вы когда-нибудь слышали о распродажах в букинистических магазинах?