Егерь - Владимир Поселягин

Когда всё было распределено по полкам и рундукам, я убрал некоторые документы на яхту в сейф, он имелся в кабинете, тоже замаскированный под переборку, мы покинули яхту, пообедали в кафе и направились на пляж, где отдыхали до самого вечера. Завтра нужно будет заглянуть в филиал берегового управления гражданского флота и узнать, что там с оформлением и регистрацией «Касатки», ну и можно пробивать, где лучше купить интересующие меня предметы, оснащение и оборудование. Те же акваланги я собираюсь приобрести в Марселе, там неплохое подводное оборудование имеется в продаже от производителей.

Следующие четыре дня мы Сен-Тропе не покидали, отдыхая. В принципе я тоже отдыхал и просто собирал информацию по складам и предприятиям, где можно дооснастить мою яхту. Эти дни мы жили не на борту, у нас будет много времени на это, а в квартире. Регистрация была проведена, все документы получены, поэтому осталось написать на корме название яхты и порта приписки. В Марселе это сделаю, тут не к кому обратиться, одни каботажники заходят. Там мне портовый художник чёрной, в обрамлении коричневой, краской сделает. Краски специальные, высыхают быстро.

Сегодня планировалось покинуть окрестности Сен-Тропе и направиться в Марсель, именно там я собирался пополнять припасами судовые склады и холодильники, а также закупать другое имущество. Потом в Ниццу зайдём, докупим остальное и оттуда сразу в Италию. Рим посмотрим, ну и откопаем мой схрон со средствами. В путешествии они нам пригодятся. Кстати, за эти дни я получил разрешение от жандармерии Сен-Тропе на приобретение охотничьего оружия, и хотя не покупал, возможность такая у меня имелась.

Наконец все вещи были погружены, дочки уже устроились в своих каютах, переделывая их под себя, ну там занавеску повесить, картину на стену, я им не мешал, пусть творят, что хотят, взрослые уже. Ну, почти… Дав гудок, я стал медленно отходить от пристани, сходни уже были сняты, швартовы тоже подтянуты на борт и смотаны, теперь поднимался якорь, и «Касатка» медленно удалялась от каменной пристани. Лоцман, что стоял у рубки, руководил, куда править, а за кормой на верёвке тянулась лодка, принадлежавшая лоцману. Как только якорь был поднят, я стал медленно выходить на открытую воду. Тут в пределах города хватало как лодок, катеров, так и просто плавающих туристов. Их головы торчали то там, то тут. Даже пяток на надувных матрасах загорали, покачиваясь.

Наконец когда мы вышли на открытую воду, лоцман нас покинул, и я дал средний ход, направил нос судна к выходу из залива. Устроившись с удобствами в кресле-вертушке рулевого, я управлял яхтой почти как машиной, особых проблем с этим не испытывая. Дочки были тут же, тоже в рубке сидели на диванах и смотрели вокруг. Всё же красиво тут было, и вода голубая, и город с набережной. Потом они соскочили и убежали на корму смотреть на уходящий вдаль город и пенную струю, что оставалась за нами. Баки были полны, я заправился в Ницце перед возвращением в Сен-Тропе, свежая вода тоже была, залил и её. До Ниццы хватит, а там уже и будут основные покупки.

Ближе к обеду показались предместья Марселя, я связался с диспетчером в порту, радист был на месте. Я сообщил, что решил зайти в порт, сделать покупки. Мне выделили место и дали маршрут. Эта процедура не везде была обязательной, но я действовал, как учили в школе. За час, маневрируя, я подошёл к нужному пирсу, тут швартовались в основном грузовые суда, но мне это и было нужно, чтобы могли подъехать грузовые машины. Швартовка, конечно, прошла не идеально, попробуй один поуправляй и побегай, но всё же «Касатка» была пришвартована двумя канатами к тумбам. Потом я спустил сходни и зафиксировал их. Хорошо, тут рабочий мимо шёл, он и помог, привязал брошенные мной канаты, одному всё же сложно. После Ниццы, там тоже грузиться понадобится, я в порты заходить не буду, мне хватит якорной стоянки у берега, а покидать яхту можно и на лодке. У меня на корме стояла такая, хорошая и мощная, со скамейками. Ну, и плотики спасательные имелись. А так лодка была одна и предназначалась как раз для связи с берегом. Там всё на электромоторах было, можно и одному опускать её на воду, и поднимать на палубу.

Дочки остались на борту. Они на яхте вполне освоились и смотрели в гостиной телевизор, тот я настроил на местные каналы. Покормить я их успел, поэтому можно было оставить на пару часов. Покинув пределы порта, я нанял такси и поехал к первому оптовому складу, вернее к тем, кто продаёт имущество с него. Я оплачивал, сообщал, куда доставить заказ, ну и ехал дальше. Как я и надеялся, за эти два часа успел объехать всех, кого хотел, купить, что планировал, и даже вернулся вовремя. Таксист был счастлив, он на мне неплохо заработал, но меня это как-то мало волновало. В порту я нанял художника и грузчиков, они начали подходить, когда подъехала первая машина. А художник, устроившись в люльке, рисовал название яхты и порта приписки. У него был образец, а коленкор красок я уже выбрал.

Дети за время моего отсутствия ничего не натворили, а я ведь в первый раз их оставил одних, можно сказать проверял, как они себя поведут. Молодцы, справились. Ничего не натворили, со спичками не играли, даже обрадовались, что я вернулся. Им тоже непривычно было оставаться одним. Ничего, и к этому привыкнут. Сейчас они толпились у лееров на корме и наблюдали за работой художника.

Погрузка шла до самого вечера, и я метался, указывая, куда и что грузить. Особенно было тяжело с компрессором для накачки воздуха в баллоны аквалангов. У меня уже для него и место было подготовлено, но тот по размерам не проходил в палубный кормовой люк, пришлось нести его через жилые помещения к машинному отделению и, наконец, заносить в нужное помещение. Если что, шланги длинные были, через люк до верхней палубы хватит, и можно будет заряжать баллоны прямо наверху, а не спускать их сюда. В этом же помещении я и акваланги повесил на специальные настенные крюки, зафиксировав ремнями. Костюмы водолазные, ласты и всё остальное, что положено. Три комплекта. Один моего размера и другие, можно сказать, универсальные.

Машины с заказами подъезжали одна за другой, но не одновременно, строго по графику, чтобы не мешать друг другу. Тут, наверное, только грузчики были недовольны. Не успеют разгрузить одну машину, как подъезжала другая, потом следующая. Они просто не могли отдохнуть между разгрузками. Грязи на палубу и коридоры натаскали с пирса, конечно, достаточно, но я и об этом позаботился, поэтому когда грузчики, закончив работать, получили оплату и направились по своим делам, на борт поднялись три женщины. Как раз художник к этому моменту закончил и отчитался, получив плату, меня его работа устроила, красиво получилось.

В Марселе была фирма по уборке внутренних помещений яхт и других кораблей, если хозяева сами ленились. Вот они за час всё и убрали, отчего яхта начала блестеть как новенькая. В принципе, она и так была новой, ей был год и полтора месяца. Именно столько времени она простояла, ожидая своего будущего хозяина. Ну, если учесть рейс до Сен-Тропе и сколько там простояла, то чуть меньше.

Перед темнотой покидать порт я не стал, опасался. Тем более покинуть территорию не успею, стемнеет быстрее, и идти ночью не хотелось, хотя, конечно, нарабатывать такой опыт было нужно. Но мне сперва дневной бы наработать, чтобы чувствовать яхту как продолжение руки, а такого пока не было, вот освою «Касатку», можно сказать, наберусь опыта в её управлении, тогда и ночью можно идти, а пока не будем.

Мы поужинали на борту. Сразу после ухода мойщиков с фирмы я убрал сходни, так как гостей не ждал, а подняться с пирса на высокий борт яхты – это ещё постараться нужно, ну и мы легли спать. Первое время мешал внешний шум, плеск волн, остальное, но, закрыв иллюминатор, я вздохнул спокойнее – тот заметно стих, так что я быстро уснул.

Утром я проснулся с Александрой под боком. Той, похоже, стало одиноко в каюте, всё же девчатам было непривычно иметь свои комнаты, вот она и перебралась ко мне. Когда, я не мог вспомнить, видимо, дочка действовала тихо. Оставив её дальше спать – она так и не проснулась, – и накрыв своим одеялом, я посмотрел, как у остальных дела. Те, разметавшись на кроватях, спали в своих каютах. Я направился готовить завтрак. Кстати, тут реально были кровати, а не койки, хорошие, с толстыми матрасами полутораспалки. Дочкам очень нравилось.

Приятный запах яичницы, пожаренной с колбасой, дочек не поднял, поэтому пришлось самому их будить и гнать в туалеты приводить себя в порядок. Почистят зубы они после завтрака.

Сразу после завтрака, убрав всю посуду, даже помыть её успел и расставил по полкам, я поднялся в рубку и по рации связался с портовым диспетчером. Тот принял сообщение, что я покидаю порт Марселя, мы отшвартовались и на малом ходу направились к выходу в открытое море. Там скорость увеличили сперва до среднего, а потом и до полного. Я, конечно, давал яхте ходовые испытания, но всё равно мне нравился полный ход «Касатки». Казалось, она как будто летит, разрезая волны острым форштевнем.