Птицы дождя - Кларисса Гоэнаван

Я ускорил шаг, догоняя ее. Нам пришлось сделать две пересадки, чтобы добраться до дома. Я проводил ее до двери. Перед тем как войти, Изуми вынула из сумки пакет и протянула его мне.

– Что это? – спросил я.

– Плата за то, что ты два часа был моим бойфрендом, – ответила она и закрыла дверь, прежде чем я успел ее поблагодарить.

Поднявшись на пятый этаж, я вошел в квартиру и заглянул в пакет. В нем лежало английское издание «Улисса» Джеймса Джойса. Какой изыск. Я уселся поудобнее и стал читать. Через некоторое время я закрыл книгу и отложил ее в сторону.

В такие минуты я скучал по дням, которые проводил с госпожой Катоу в ее наполненной ветром комнате в углу дома. Теперь она, вероятно, в Хаконе. Погружена ли она по-прежнему в свою вину? Или сумела себя простить? Я надеялся, что теперь ей стало лучше. Все-таки свежий горный воздух в Хаконе должен пойти ей на пользу.

Я выдвинул ящик и положил в него книгу рядом с медицинскими документами из клиники «Кобаяши». Почему-то мне вдруг захотелось достать их.

После моего возвращения из Куромачи я не дотрагивался до них. Слишком тяжело было их читать и больно думать, что сестра прошла через все это одна, делая вид, что у нее все нормально, когда мы говорили по телефону. Глядя на эти колонки, слова, буквы, я спрашивал себя: «Как ты не догадался, что ей было плохо?»

И тут я заметил нечто странное. У нее была вторая группа крови.

Не может быть, тут какая-то ошибка. Ведь в нашей семье у всех была первая группа. Я перелистал другие листки. Всюду, всюду ее кровь была второй группы. Могли в клинике неправильно определить ее группу? Нет, такой ошибки они бы не сделали. И это могло означать только одно. Мы с Кеико не были биологическими родственниками. Так вот почему у нее были красивые каштановые волосы, а у меня нет.

– Мать всегда несправедливо ругала меня, – жаловалась сестра, но я отмахивался от ее слов, считая, что она слишком нежная. Потом меня поразила холодность матери, когда сестра ушла из родительского дома. Теперь все становилось понятным.

Учитывая возраст матери, я предположил, что она, по-видимому, уже не надеялась родить сама и удочерила мою сестру. Но через девять лет родился я, и приемный ребенок стал ей больше не нужен.

Какая ирония судьбы. Мои родители удочерили Кеико, но в конце концов сестра заменила мне родителей, изо всех сил стараясь выполнить их роль. И все же в глубине души мы чувствовали, что что-то не так. В наших душах была пустота. Мы оба были одинокими.

Я лежал на полу, а вокруг меня были разбросаны медицинские документы. Посмотрев в окно, я увидел, что уже стемнело. Высоко в небе висела луна. Я ничего не ел, но голода не ощущал. Я сфокусировал взгляд на оранжевой луне. Глядел на нее и чувствовал, что мир вращается слишком быстро. Или все дело в облаках, стремительно несшихся по небу? То я видел луну ясно, то она превращалась в смутное светлое пятно.

Глядя на небо, я уснул.

Сестра укрыла меня одеялом и нечаянно разбудила. Луна освещала комнату и длинные, волнистые, темно-каштановые волосы сестры.

– Ты снишься мне? – спросил я.

Улыбнувшись, она заправила прядь волос за ухо. Потом скользнула под одеяло и легла рядом со мной.

– Если это сон, зачем тебе просыпаться?

Мы лежали так близко, что я ощущал запах ее парфюма. Еще от нее пахло свежестью и чистотой, как от только что поглаженного белья.

Я посмотрел ей в глаза и сказал:

– Кеико, мне ужасно не хватает тебя.

Она молчала. В первый раз я назвал ее по имени, и это, должно быть, тронуло ее. Потом уголки ее губ загнулись кверху.

– Рен, я тоже скучаю по тебе.

Я закрыл глаза. Теплое, знакомое чувство окутало меня. Я не знал толком, что это было. Нечто за пределами горя или даже утешения…

Я открыл глаза и прошептал:

– По-моему, я любил тебя.

Она удивленно посмотрела на меня, но ее лицо осталось спокойным.

– Все нормально, Рен. Все это уже в прошлом. Не думай теперь об этом.

Я кивнул, и мы с ней уплыли в сон.

Глава 26

Цепочка предыдущих жизней

Я зашел в полицию, чтобы забрать вещи сестры. Накануне мне позвонил в Йоцубу инспектор Ода.

– Мы уже можем вернуть личные вещи госпожи Ишида. Их немного, но я подумал, что вы захотите их забрать. Если вам удобно, мы приготовим их к завтрашнему утру.

– Да, завтра мне удобно, – ответил я. – Я зайду до полудня.

Но инспектора Оду в полиции я не увидел. За окошком сидела худая сотрудница с острым подбородком. Проверив мое удостоверение личности, она протянула мне бланк с описью вещей.

– Инспектор Ода сейчас занят на другом расследовании, – сообщила она, как бы извиняясь за него.

Я даже растерялся, потому что ожидал, что он лично встретится со мной и сообщит о новых результатах расследования. У меня создалось впечатление, что дело об убийстве моей сестры его больше не интересовало. Вероятно, потому что интерес к нему местных СМИ уже остыл?

Когда я заполнил бланк, сотрудница сверила вещи со списком, перечисляя их вслух. Все уместилось в конверте средней величины, который я сунул в сумку. Мне казалось неуместным приносить этот конверт в офис, но если заезжать домой, то я опоздаю на урок. И я сел в автобус, идущий до Йоцубы.

– Ишида, ты сегодня какой-то отрешенный, – сказал пожилой коллега, фамилию которого я никак не мог запомнить. – У тебя все в порядке?

– Все нормально, просто я немного устал, – ответил я.

Он кивнул и оставил меня в покое. Я закрыл глаза и набрал в грудь воздуха. Хватит думать о расследовании, приказал я себе, надо работать.

Открыв глаза, я взглянул на свое расписание. Семь Звезд будет на моем первом уроке. Я уж и забыл, что она выскочила из книжного. Но теперь вспомнил слова Изуми: «Ведь это ясно как день! Твоя ученица влюблена в тебя по уши».

Глупая Изуми. Теперь я не мог выбросить эту мысль из головы.

Я захватил учебные материалы и вошел в класс. Половина учащихся уже была на месте, включая и Семь Звезд. Увидев меня, она отвернулась.

Прозвенел звонок, и я начал перекличку. Потом объяснил несколько грамматических правил, ответил на вопросы и раздал рабочие листки. Семь Звезд держалась отчужденно. Каждый раз отводила взгляд, когда я смотрел на нее. За весь урок она ни разу не улыбнулась. Когда урок закончился, она взяла свою сумку и торопливо направилась к двери. Я побежал за ней. Вокруг нас были учащиеся, но я поначалу даже не подумал об этом.

– Почему ты злишься? – спросил я, схватив ее за руку.

– Почему это я злюсь? – Семь Звезд сердито сверкнула на меня глазами.

– Слушай, ты ведь хочешь мне что-то сказать, да? – Я заставил себя смотреть ей в глаза. – Я выслушаю все, что у тебя на душе.

Она выдернула руку.

– Ничего подобного, господин Ишида. И вообще, почему это вдруг я захочу говорить с вами?

Я не поверил ей.