Владетель Альдеррийский (СИ) - Шатров Дмитрий

Единственная вещь только портила настроение. Судьба Эрики и троих менникайнов так и осталась неизвестна. Мысль об этом лежала на душе тяжёлым камнем. Как подумаешь, что гномы томятся в пыточных застенках, а Эрику домогается одноглазый баронет, так скулы от гнева сводит. Если честно, то Эдик бы ещё вчера отправился на поиски, такой у него был настрой. Вот только все эти высокие душевные порывы приведут к тому, что он, скорее всего, займёт ещё одну камеру рядом с гномами. Или вообще голову потеряет или сгинет где-нибудь на просторах мелкосопочника провинции Рора. Так и будет, если поддаться эмоциональному порыву. Но как бы там не было, а идти надо. По крайней мере к этому готовиться.

Как идти, с кем, куда? Эти вопросы заняли Эдика надолго. Он бы, конечно, заявился сразу к воротам замка ди Ньето и потребовал у него подробный отчёт. Но вот тут-то как раз и подключаются нюансы. По меркам Аркенсейла подобное поведение будет чистым нарушением законов и плевок в сторону дворянства и короля. Без весомых доказательств, что именно баронет повинен в гибели менникайнов и пленении девушки, ничего подобного проделать нельзя. Нет, можно, конечно, но в таком случае маркграфа Альдеррийского объявят вне закона. Вместе со всеми его подданными. А это означает, что на Эддарда ополчатся все владетельные лорды и чародеи Ордена. А против всех разом ему не выстоять. Никак не выстоять. И дело даже не в том, что он выживет в любом случае и укроется вместе с Алароком в горах. И не в том, что битва менникайнам только в радость. Такое утверждение справедливо лишь для хирдманов. Как быть с мирными гномами? С крестьянами трёх деревень? Вот то-то и оно. И не хочешь, а задумаешься.

До самого вечера ничего путного в голову так и не пришло. Кроме понимания, что нужно поскорее что-то решать. Но это, как раз и без того было ясно как божий день. Эдик вылез из ванны, растёрся докрасна грубым полотенцем. Оделся. Чтобы не отвлекать наставника, с помощью Штерка наложил свежие повязки на раны, и отправился в свои покои. Утро вечера мудренее, авось что-нибудь и придумается. Да и выспаться хорошенько надо — Аларок решил взяться за ученика поплотнее и запланировал что-то грандиозное на следующий день.

Что именно, он объявил за завтраком. Практические занятия по прикладной стихийной магии. Глобальная задумка, хоть сразу и непонятно к чему этот экскурс в ученические времена. Но если разобраться, то Эдик уже месяца два, как не пользовался магическими способностями. Давешний переход с помощью кристалла мгновенного перемещения в счёт не идёт. То волшебство принадлежит артефакту. Придётся по новой перепробовать все умения, чтобы убедиться, что стихии по-прежнему доступны для магического использования…

Аларок уже распорядился и во дворе хозяев ожидали осёдланный мархур с шипохвостом. Питомцы застоялись за последнее время, им тоже не мешало прогуляться. Эдик на самом деле не горел желанием далеко ехать. Но единственным местом, где можно было безопасно тренировать магические способности, оказалось Круглое озеро, а там рыбаки с утра переставляли сети. Так что пришлось отправляться в горы. Благо, что недалеко. Нашлось подходящее место поблизости.

Отправились вдвоём, если, конечно, не считать четырёх верзил-менникайнов личной охраны. Затея Штерка уже плотно вошла в повседневную жизнь Эдика, приобретая постоянный алгоритм. Маркграф передвигается по замку — за ним следуют двое телохранителей. Выезжает за пределы крепостной стены — четверо, если иного не требуют условия поставленной задачи. Ну а когда тингмар отправляется за пределы своих владений то вся гвардия в количестве восьми гномов, если не считать бывшего воеводу, следует за ним. Подобного ещё не случалось за последнее время, но Штерк этот пункт регламента озвучил. И настоял на принятии со всей доступной ему твёрдостью. А если какой менникайнен упрётся, так ему хоть кол на голове теши, всё одно мнения не поменяет. Пришлось принять как данность. Да и не для себя гном старается, что тоже надо учесть. Эдик, правда, пока не мог придумать, как назвать его новую должность, поэтому то и дело называл воеводой, по старой привычке.

Остановились на скальном выступе над глубоким ущельем. Питомцев оставили на попечение менникайнов охраны. А сами подошли к краю обрыва.

— Ну что, пробуй, — пригласил магистр ученика к действию.

— А с чего начать? — Эдик немного робел, а как не получится у него.

— Да с чего хочешь, — развёл руками наставник, — нам сейчас главное — убедиться, что способности твои не пропали и посмотреть, как организм на магию станет реагировать, после полученных травм и воздействия заклинаний.

— Ну ладно, — кивнул Эдик.

Хоть он и решил начать с сугубо мирного заклинания, но пальцы всё равно дрожали, складываясь в нужную фигуру. Впрочем, зря беспокоился, прошло как по писанному. Близлежащие валуны взмыли в воздух и выстроились в ряд, образуя Каменную Тропу. Череда камней протянулась до другого края ущелья и так и зависла, удерживаемая чародейством. Эдик выдержал пару минут, для полного понимания, что у него получается контролировать заклинание, а потом завернул дорожку обратно, преобразуя её в Каменные Ступени над площадкой, где они с Алароком стояли. Его интересовало, выдержат ли парящие куски гранита вес его тела, но проверять это над бездной ущелья не совсем хотелось. По той простой причине, что если что-то пойдёт не так, то его не то что не соберут, не найдут просто, среди обломков горной породы.

Но и здесь прошло без осложнений. Волшебная лестница с лёгкостью выдержала проверку нагрузкой. Эдик поднялся на самый верх, спустился, повторил для верности, а потом подозвал одного из менникайнов, заставив пройти и его. Лестница легко выдержала вес здоровяка. Эдик подождал, пока гном вернётся на место и развеял заклинание. Камни с грохотом свалились в кучу, а сам он облегчённо выдохнул. Получилось. Не забыл, как обращаться со стихиями.

— Как ощущения? — побеспокоился о самочувствии ученика магистр.

— Да, вроде нормально, — Эдик на миг замер. — Нет, гораздо лучше, чем нормально.

Действительно, вернувшееся ощущение собственного могущества тонизировало похлеще корня женьшеня. Бодрило невероятно. Даже потряхивало от переизбытка внутренней энергии. И никаких неприятных или болезненных ощущений. Ни в рубцах от старых ран, ни в едва начавших заживать свежих. И вчерашний эксперимент, похоже, завершился удачей. Магия Осквернителя никак не давала о себе знать. Хочется, чтобы так оставалось и дальше. Но надо опробовать и другие стихии. Эдик хрустнул пальцами и в ущелье ухнул Огненный Столб. По первому впечатлению, раньше у него настолько мощные заклинания не получались. Снизу дохнуло яростным жаром, и чародеям пришлось отступить от края пропасти.

— Очень хорошо, — уважительно кивнул Аларок.

А Эдик уже вошёл в раж. Удар Шквального Ветра сдул снежную шапку с ближайшей вершины, а Скальный Разлом развалил её на двое. А потом всё это безобразие накрыл сверху Тропический Ливень. Сплошной поток воды падал на камни, быстро остывал и, в конце концов застывал в лёд, покрывая глянцевой поверхностью горные склоны. Эдик остановился, оценивая масштаб получившихся разрушений. Впечатлило даже его. Похоже, сил у него прибавилось. Да и Камень Стихий в последнее время сверкал ярче прежнего. Хотя это может оказаться лишь субъективной оценкой.

— Эддард, — задумчиво произнёс Аларок, — я ещё в процессе обучения заметил, что ты видоизменяешь известные заклинания, добавляя элементы других стихий. Но в битве у Трёх Сопок, ты не просто модифицировал, ты соединил два полноценных заклинания разных стихий, получив третье, с совершенно новым эффектом. Не сможешь ли сейчас это продемонстрировать.

Что за наивный вопрос? Конечно, смогу. Эдик сейчас горы сможет выровнять на протяжении километра, столько мощи в нём накопилось. Он сосредоточился, подумал несколько мгновений и выбросил руки вперёд. Песковый Зыбун заструился вниз по склону, ему вслед ударил Огненный Шквал… Два заклинания слились в одно и к подножью горы лениво поползла Волна Лавы. Эдик добавил стихии Огня, и лава насытилась алыми оттенками и потекла быстрее. Убрал — движение замедлилось, а поверхность расплавленной породы стала покрываться тёмной коркой.