Долина ужаса - Камли Брайт

И только теперь Иеро заметил, что у противоположной стены здания, за гигантскими автоклавами, стоят металлические стеллажи, на которых расположены ряды высоких стеклянных банок, и что возле этих банок замерли в ужасе Лэса и Горм.

Священник поспешил проскользнуть между автоклавами, — ему пришлось низко наклониться, чтобы пройти под соединяющей конструкции широкой трубой. Он приблизился к одному из стеллажей и всмотрелся в содержимое ближайшей банки.

И вздрогнул.

На него смотрели живые глаза — круглые, серые, испуганные…

Он перевел взгляд на соседний сосуд.

Там шевелила пальцами смуглая человеческая рука, отрезанная по локоть. Она просто медленно плавала в густом прозрачном растворе и словно бы пыталась взять что-то невидимое.

Священник отвернулся, борясь с приступом тошноты.

К нему подошла Лэса и сочувственно уставилась на Иеро огромными зелеными глазами.

— Идем-ка дальше, — хмуро передала она. — Боюсь, мы еще и не то здесь увидим.

Иеро, с трудом проглотив застрявший в горле ком, повернулся и зашагал следом за братом Лэльдо, уже ушедшим далеко вперед вместе с Клоцем. Эливенера, похоже, интересовало только содержимое гигантских автоклавов, на экспонаты, выставленные вдоль одной из стен, он не обращал ни малейшего внимания. Иеро мысленно окликнул брата Лэльдо:

— Эй, ты не слишком спешишь? Нам бы лучше держаться вместе!

— Так догоняйте, — резко откликнулся эливенер, и священник понял, что в автоклавах брат Лэльдо обнаружил нечто куда более неприятное, чем отдельные живые органы людей и животных, плавающие в хитроумном растворе.

Не заглядывая в окошки автоклавов, мимо которых он проходил, Иеро пустился вдогонку за братом Лэльдо. Он прекрасно понимал, что в каждом из гигантских сооружений он увидит одну из стадий процесса, а его, как и эливенера, в данном случае больше всего интересовал результат. Каких именно монстров выращивают на этой производственной линии? Иеро не сомневался в том, что каждое из длинных зданий предназначено для какого-то одного типа тварей. И таких промышленных лабораторий в распоряжении слуг Безымянного должно быть немало, судя по тому, что отряд беглецов успел увидеть и сидя в тюрьме, и во время побега через виварий. А вивариев на Великом Холмистом Плато было, как уже знал священник, множество…

Когда Иеро, сопровождаемый кипящими яростью медведем и Лэсой, догнал брата Лэльдо, рядом с которым топтался мрачный Клоц, эливенер как раз заглядывал в смотровое окошко очередного, восьмого от входа, автоклава. Иеро тоже посмотрел внутрь. В этом автоклаве вращались всего два широкие кольца, на каждом из которых стояли куда более просторные, чем в первых сооружениях, прозрачные сосуды. Сосудов было немного, но то, что шевелилось в них, заставило священника отшатнуться и ахнуть.

Почувствовав неприятную слабость в ногах, Иеро медленно сел на чисто вымытый деревянный пол. Он не в силах был даже предупредить друзей, и Лэса с Гормом тоже заглянули в автоклав, прижавшись к смотровым окошкам. И точно так же, как священник, отшатнулись, потрясенные.

В больших стеклянных ваннах, наполненных густым прозрачным раствором, ворочались с боку на бок зародыши… человека? Нет, конечно, эти существа не были людьми, хотя в основу вновь создаваемых монстров был явно положен человек. Но у крупных, уже почти полностью развитых зародышей были не по-младенчески маленькие головы — узкие, словно приплюснутые с боков, с вытянутыми огурцом затылками… а над крутыми лбами торчали небольшие острые рожки.

Большие человеческие глаза были широко раскрыты и смотрели сквозь прозрачный раствор прямо на беглецов, заглядывавших в окошки. Пухлые, сочные губы вытягивались трубочками, словно младенцы просили есть… но вокруг этих детских губ шевелились тонкие длинные присоски. Плотно прижатые к безволосым черепам уши располагались высоко и острыми верхушками напоминали волчьи. Вокруг основания толстеньких коротких шей виднелось нечто вроде разрезанных на полоски пелеринок, какая была у Лэсы, — но стоило взглянуть чуть повнимательнее, и оказывалось, что каждая полоска — это не что иное, как черная песчаная гадюка, вросшая в тело монстра… При этом юные чудовища обладали чрезвычайно длинными руками и длинными пальцами с острыми, слегка загнутыми внутрь коготками, и рук у каждого было по три пары. Ног тоже было шесть — и тоже явно длинных, хотя монстры-младенцы и поджимали их под себя, сворачиваясь клубками. Когти на ногах были куда крепче и длиннее, чем на руках. И еще монстрики имели «хвосты» — над пухлыми младенческими ягодицами каждого чудища нетрудно было рассмотреть мощную крабью клешню, несколько видоизмененную. Режущие кромки клешней были утыканы острыми белыми зубами.

Иеро, придя наконец в себя, осторожно встал и поискал глазами брата Лэльдо. Священник предполагал, что молодой эливенер пошел дальше, чтобы посмотреть в два оставшиеся автоклава и выяснить, каково же вновь созданное чудовище в готовом виде, — но оказалось, что брат Лэльдо в сопровождении лорса и медведя вернулся к той двери, через которую беглецы проникли к конвейеру, производящему уродов, и внимательно всматривается в щиток.

Священник понял, что эливенер намерен отключить электропитание автоклавов и тем самым уничтожить монстров. Рядом с Иеро оставалась только Лэса. Иеро мысленно окликнул брата Лэльдо:

— Эй, ты уверен, что это не опасно?

— Уверен, — ответил эливенер. — Им не выскочить из автоклавов. Оставайтесь у той двери, заглянем потом в следующий блок.

— Хорошо, — немного растерянно передал Иеро и оглянулся. До конца здания и до двери, ведущей наружу, было метров сорок, не больше. Может быть, пока что попытаться отпереть замок?..

Но тут священник услышал легкий шорох за последним в линии автоклавом.

— Тревога! — мгновенно передал он на общей волне. — Здесь кто-то есть!

И тут их атаковали.

Свет, сочившийся из окошек автоклавов, был слишком слаб, чтобы священник и иир’ова могли как следует рассмотреть напавшие на них существа, а огоньки на ладонях, само собой, тут же исчезли, поскольку Иеро схватился за меч и нож, а Лэса — за кинжал. Но когда священник отбивался от мохнатых и вооруженных огромными острыми когтями лап, ему казалось, что на него налетело по крайней мере с десяток неведомых тварей. Кто-то яростно шипел, плевался и всячески стремился дотянуться до лица священника, из чего Иеро сделал вполне естественный вывод, что существо, с которым он сражается, отлично видит в темноте. Силы Иеро уже шли на убыль, он не мог нападать, он просто держал оборону, пробившись наконец к стене здания и прижавшись к ней спиной. Его меч свистел, бешено вращаясь, но священник понимал, что если не случится чуда — он обречен.

И чудо случилось.

Под потолком лаборатории внезапно вспыхнули десятки огромных ослепительных ламп.

И тогда Иеро увидел, что он сражается с одним-единственным существом, очень похожим на иир’ова.

Лэса, занявшая оборонительную позицию неподалеку от священника, дралась с точно такой же огромной