Великолепная маркиза - Жюльетта Бенцони

— Сообщите герцогу Брауншвейгскому, что я должен немедленно его увидеть! Это очень важно. Речь идет о тех людях, что приехали в карете, которая стоит на другой стороне площади. Я могу поклясться, что их прислала Коммуна Парижа!

— Не клянитесь, сударь, вы раскаетесь в этом. Это моя карета, — сухо ответил ему де Бац.

— Вы можете назвать себя?

— Только после того, как вы скажете мне свое имя!

— А почему бы и нет? Я маркиз де Понталек, особый эмиссар монсеньора регента Франции!

В глазах барона загорелись искры гнева.

— Регента? Не слишком ли вы торопитесь? Насколько мне известно, король еще жив!

— Не сомневаюсь, что это ненадолго. Этому несчастному королевству нужен настоящий хозяин. Мы бы никогда не оказались в таком положении, если бы граф Прованский был старшим братом! Но вы мне так и не сказали, кто вы такой.

— Я барон де Бац, особый эмиссар его величества короля Франции и Наварры Людовика XVI!

Сколько презрения, сколько вызова прозвучало в этих словах! Де Бац смотрел прямо в глаза человеку, которого никогда не видел раньше, мужу, решившемуся на все, чтобы убить свою жену. Приезд маркиза оказался самым худшим, что могло произойти с бедной Лаурой. Если маркиз ее узнает, он разрушит то хрупкое душевное равновесие, которое, далось несчастной женщине с таким трудом. Существовало только одно решение, и Бац размышлял, как ему, привести план в исполнение, когда де Понталек сыграл ему на руку, рассмеявшись в ответ:

— Очень звучные титулы! Недолго же вам их носить, сударь!

— Возможно, это так, но вам не удастся прожить настолько долго, чтобы узнать об этом. — И он молниеносным движением дважды ударил Жосса по лицу. Тот побагровел и заорал:

— Ничтожество! Вы мне за это ответите!

На лице де Баца засияла лукавая и дерзкая улыбка.

— Но именно этого я и хочу, милейший! Не соблаговолит ли полковник фон Массенбах одолжить мне свою шпагу?

Адъютант герцога Брауншвейгского безучастно наблюдал за словесной перепалкой. Он уже привык, что французы все время ссорятся. Одним разом больше, одним меньше, какая разница? Но полковнику сразу не понравился маркиз де Понталек, все время ссылавшийся на своего хозяина. Второй француз показался ему симпатичнее. Поэтому он вытащил шпагу из ножен и протянул ее барону со словами:

— Я уверен, что вы с честью используете ее, герр барон. Но подождите немного. Я должен предупредить его высочество и узнать, разрешит ли он вам драться в его лагере. Но, — добавил фон Массенбах с улыбкой, — я буду очень удивлен, если его высочество вам откажет!

Глава 7

ПУШКИ ВАЛЬМИ

Немцы всегда любили битвы, сражения, дуэли и даже потасовки. Поэтому поединок двух французов превратился для них в настоящее развлечение. Герцог Брауншвейгский не стал его запрещать, тем более что в схватке участвовали не его солдаты.

Поэтому, буквально несколько минут спустя после стычки де Баца и де Понталека, солдаты с факелами в руках образовали круг напротив таверны. И, к радости дуэлянтов, дождь перестал, словно небо тоже не возражало против такого спектакля.

Получив разрешение герцога, полковник фон Массенбах взял на себя обязанности секунданта. Он проследил за подготовкой площадки и послал за военным хирургом. В это время де Бац бросился в амбар и предупредил Питу, рассказав ему обо всем.

— Ни в коем случае, — он кивком головы указал на Лауру, укрытую покрывалом и крепко спящую на соломе, — ни при каких обстоятельствах она не должна узнать о том, что происходит. Оставайтесь здесь и не спускайте с нее глаз!

— Ни за что на свете! Бире-Тиссо отлично один справится с этой задачей. Я иду с вами. Но скажите мне, барон, разве вы поступаете разумно? Вы собираетесь драться на дуэли, рисковать своей жизнью, когда вас ждет столько важных дел, когда жизнь короля в опасности и только вы можете…

— Де Понталек — вот истинная угроза для жизни короля! Знаете ли вы о том, что граф Прованский объявил себя регентом Франции? Он сумеет устроить так, что к моменту появления герцога Брауншвейгского в Париже Людовик XVI будет уже мертв. И можете не сомневаться, что после этого жизнь дофина не будет стоить и ломаного гроша! А что до этой женщины, то одному богу известно, что может с ней случиться, если я не убью ее мужа!

— А если он убьет вас? Вы допускаете такую возможность?

— Это меня несказанно удивило бы, — ответил де Бац с безмятежной улыбкой, которая несколько успокоила журналиста. — Все в нашей семье, начиная с д'Артаньяна, отлично владели шпагой!

— Мне очень хочется вам поверить, но я предпочитаю сам в этом убедиться.

Несмотря на, то, что барон держался очень уверенно, Анж Питу с трудом справлялся с растущей тревогой. Жан де Бац не хвастался. Он и в самом деле виртуозно фехтовал, но и де Понталек оказался весьма ловким противником. Поэтому для собравшихся зрителей дуэль превратилась в захватывающее зрелище. Быстрота реакций барона завораживала. Он жалил I противника, как разъяренная оса, постоянно менял позицию на такой непростой площадке, заставляя де Понталека живее поворачиваться.

В течение нескольких минут маркизу удавалось парировать удары барона. Это его вдохновляло и разжигало азарт наблюдателей. Наиболее красивые удары сопровождались громкими аплодисментами и восторженными криками. Питу с горящими глазами следил за поединком. Но смертоносный танец, который де Бац исполнял вокруг маркиза, был не только зрелищным но и опасным. Жосс, разъяренный тем, что ему никак не удается достать противника, которого он посчитал обыкновенным задирой, начал терять терпение и совершать ошибки.

Чувствуя, что его силы на исходе, де Понталек рванулся вперед, согнувшись почти пополам, и нанес де Бацу сокрушительный удар. Но барон парировал его и, воспользовавшись мгновением, когда Жосс выпрямлялся, вонзил в него свою шпагу. Де Понталек рухнул на землю. Последнее, что он слышал, был отчаянный женский крик. Ему показалось, что перед ним предстало видение — молодая женщина в синей накидке с капюшоном на белой шелковой подкладке с ужасом смотрела на него своими огромными темными глазами, так похожими на глаза его покойной супруги Анны-Лауры. Но этого просто не могло быть! В голове маркиза мелькнула мысль — его жена закончила свое земное существование, ее обезображенный труп был найден на следующее утро после бойни на улице Балле… А эта женщина была просто красавица, чего нельзя было сказать об Анне-Лауре! ..И обессиленный Жосс потерял сознание.

Хирург, осматривающий его, объявил, что маркиз еще жив, но его надо немедленно отнести в лазарет. Круг солдат распался, все вернулись к своим обязанностям. Снова пошел дождь. Де Бац спокойно вытер шпагу и вернул ее владельцу — полковнику фон Массенбаху.