Гостиница Четыре стихии - Ольга Золотухина

- И цтоило изображац кицейную барышню! Я - цимулянтка, а ты - артицт! - зазвенело стекло. Баньши, испуганно вскрикнув, одним прыжком оказалась за спиной молодого колдуна. - Ещё и црителей приволок - юноша, хе! Нет бы поцдороваца прилицно... Эх, начинаю передачу. Пожалуцта...

Мгла зябко поёжилась в своей холодно прекрасной оправе и разлилась от центра

-- краям светлым изображением. По ту сторону стекла на полу распласталась золотоволосая бесчувственная красавица.

-- * *

- Ты что творишь, мальчишка ты слюнявый?

Владимир покосился на старую каргу. Обезоруживающе улыбнулся, раскатал в пальцах хлебный комочек и снова запустил им в лебедя. Тот проигнорировал пущенный вхолостую снаряд с царственным величием, лишь слегка повернул клюв в сторону, избегая водяных брызг. В остальном - памятник бесконечному мученическому терпению.

- Её ныне огнедышащее величество разрешило располагаться в своё удовольствие, - пожал плечами художник. - Вечность, отмеренная нам в Белом Замке, только началась, так что стоит и вам позаботиться о каком-нибудь занятии. Кроме того, её зверьки такие забавные, когда спешат выполнить приказ.

90

Низкорослые слуги Снежной Королевы, едва достававшие человеку до середины бедра, были сплошь покрыты пушистой шерстью и напоминали помесь белых медвежат с морскими котиками. Круглые голубые глаза, умилительные маленькие ушки, подвижный чёрный носик - добропорядочные молоденькие жительницы Сказочных Королевств были бы вне себя от восторга, хлопали в ладоши и прыгали на месте при виде мохнатых зверьков. К сожалению, госпожа Наина не причислялась к категории последних, по меньшей мере, вот уже лет пятьсот и не разделяла радости Владимира.

- Какая мне разница, забавные они там или нет. Главное, чтоб вкусные... - проворчала ведьма. К ней малыши не приближались, обходили стороной и, в отсутствии указаний, прятались за деревьями, настороженно посверкивая глазками. Госпожа Наина щёлкала по привычке зубом и оглядывалась с профессиональным интересом, выискивая возможность напакостить по-своему, по-ведьмачьи.

Владимир пожал плечами, подозвал зверька и отправил того за очередной порцией выпечки. Невостребованные брезгующими лебедями хлебные комочки ряской покрывали довольно обширную область озера.

- Солнце почти село, - отстранённо заметил Владимир. - Интересно, лебеди полетят ночевать в какие-нибудь свои лебединые будки? - художник опустил глаза от оконных провалов и поперхнулся под взглядами одиннадцати пар глаз. "Может, они ещё и разговаривают?" - Ээ... И нечего так на меня смотреть! Согласно сказочным законам, животное должно быть говорящим. Обычно в качестве таковых выступает конь или серый волк. За неимением последних придётся довольствоваться вами. Что, будем в молчанку играть или поможем положительным героям?..

Молчание. Вряд ли знак согласия, да? - Владимир покачал головой, будто и вправду надеялся на немедленную помощь, и посмотрел вправо от озера.

В глубине сада высился узорный огненный столб, неприступной стеной окружавший гроб с телом поверженной Хозяйки Гостиницы. Снежная Королева тоже любила шутить. Готовясь ко встрече с Весной, она припасла гроб как две капли воды похожий на знаменитое Чудо, принадлежащее Белоснежке. По злому умыслу обе сестры теперь почивали сном очарования, и ни один, ни второй прекрасный принц не могли пробудить их напрашивающимся способом - посредством поцелуя любви. Госпожа Наина ехидно скалилась, но ничего не могла поделать с естественной оградой гроба Весны - стихия ей не подчинялась, более того, не желала откликаться вообще, даже (ведьма не стала посвящать в подробности художника, но тот почувствовал интуитивно) на нижайшие просьбы и посулы жертвы.

Словом, спасение Владимиру оставалось ждать только от самой Сказки. Да и с той, похоже, отношения не ладились...

- Ёлки-палки, ну почему вы отказываетесь принести мне карандаш и малюю-юсенький клочок бумажки? - зверёк неразборчиво заворчал, с поклоном передал художнику тёплый колобок и засеменил к сородичам. - А вы что? По-прежнему молчите? А как вы смотрите на вот такой хлебный комочек? - Владимир демонстративно взвесил на ладони колобок и примерился к броску.

- Ни один говорящий зверь не пошевелил для доброго героя пальцем просто так,

- глубокомысленно откликнулся один из лебедей. Остальные десять подняли печальные головы и взглянули на него не без удивления. Последний, одиннадцатый, не очнулся от ленивой дрёмы и сейчас. - Мы не обязаны ни жизнью, ни свободой. Твой гнев для нас не страшнее ледяной ярости Снежной Королевы. Или отныне её

91

ярость можно назвать пламенной? Тебе лучше знать, супруг Хозяйки Гостиницы. Бывшей Хозяйки.

- Ах ты, фитюлька пернатая! Гусь лапчатый! Ты кому дерзишь? Тебя ить только ощипать да в суп - и вся недолга! Отступи-ка, олух, я сейчас их всех в энтом озерце-то да и сварю - знатная будет похлёбка!

- Бабушка, не стоит торопиться с выводами, - Владимир вырос перед носом раскрасневшейся ведьмы. Клюка зловредной старухи зудела в воздухе, но пока выпадов не совершала, удерживаемая хозяйкой. - Мало ли, может быть, птичке трудно изъясняться на человеческом языке, и она всего лишь не так выразилась. Дадим ей шанс! Ваши условия?

- Я принц, - вытянул прекрасную шею лебедь. - Один из одиннадцати печально известных принцев...

- Вас двенадцать, - понимая всю глупость своего замечания, не сдержался Владимир.

- Дикарь! Невежа! Я заклюю его! - второй принц-лебедь возмущённо всплеснул крыльями, поднимая фонтан брызг. Хлебные комочки зависли в вольном полёте и разлетелись.

- Спокойнее, Франц, не забывай о своих корнях. Кроме того, у нас нет выбора, - лебедь грустно опустил голову. Вспыльчивый брат принца с гневным шипением отплыл от него и демонстративно отвернулся. - Слушай, художник! Не удивляйся нашей осведомлённости: мы не волшебные птицы - мы обращённые в лебедей люди. Ты должен был знать эту историю от нашей сестры Элизы, что отдыхает сейчас в знаменитой Гостинице... Не морщись, художник, мы и сами не рады тому, что Снежная Королева отныне хозяйничает во владениях госпожи Весны. Она заточила нас в плен: это произошло в первые дни после пробуждения. Проверяя силы, Королева Белого Замка захватила нас, когда мы рассекали пространство, направляясь в гости к сестре. Одна добрая фея подсказала ей, что спасти нас можно только при помощи рубашек из крапивы. Своими нежными ручками Элиза должна была сшить нам рубашки, на время работы сохраняя обет молчания - таково было жёсткое условие волшебницы. Добрая сестра долго трудилась, спеша снять с нас заклятие, но в назначенный день мы не прилетели, удерживаемые ненасытной волей Снежной Королевы. Злая колдунья поддерживает вечный солнечный свет в Замке, так что мы не можем по обыкновению обратиться в людей и самостоятельно заняться собственной судьбой. И Элиза...