Время жить. Пенталогия (СИ) - Тарнавский Виктор Вадимович

 - Видел, - кивнул Кэноэ. - Действительно, неразбериха. Спасибо за идею, дядя Сво. Вернемся, я о ней подумаю... Так что, все-таки, с этими легендами о богах? Есть ли в них хоть немного правды?

 - Это тебе тоже Лар посоветовал ко мне обратиться? - остро взглянул Свэрэон.

 - Нет, - покачал головой Кэноэ. - Честное слово. Просто я подумал, кому еще знать, как не вам?

 - Ну да. Когда-то я, и в самом деле, пробовал что-то поискать. И знаешь, где нашел?

 - ???

 - В дворцовой библиотеке!

 - Это еще где?! - удивился Кэноэ. - Я ж, вроде бы, все там перерыл!

 - Э-э, нет! Есть там место, куда даже ты никогда не заглядывал! Знаешь, такая полочка, где выставлены литературные опусы наших с тобой предков? Вот там есть два таких толстых томика, называются "Дневники Императора Клоэрипоэ". Если ты помнишь, он как раз и правил триста лет назад, перед Тинкоу. Сами тома в обычных переплетах, но внутри - просто сброшюрованные листы бумаги, распечатанные на простом принтере, причем, похоже, в разное время. Покойный Император был, конечно, занудой еще тем, читать его очень тяжко, но самые важные донесения от Дальней Разведки он своим дневникам доверял.

 - И что?!

 - Сам он пишет о четырех встречах - с пятьсот второго по пятьсот пятый год, как раз, когда Дальней Разведкой командовал Тинкоу. Все происходило в Дальнем Космосе, но где именно, не указано.

 - Дядя Сво, не тяни! - не выдержал Кэноэ. - Что же там было?

 - Да не понятно, что! - в сердцах сказал Свэрэон. - Четыре раза экипажам кораблей-разведчиков являлись странные существа. Два раза - на поверхности планет, один раз - прямо в корабле, а в четвертый - вообще на орбите. Выглядели то как немного странного вида мужчина и женщина, то как серебряные ярко светящиеся силуэты. Всегда приходили по двое, но не ясно, те же самые или разные. Да, это были не сами люди, а изображения, проекции. Один раз в кого-то из чужаков бросили камнем, он пролетел насквозь. Но говорили они на нашем языке и как-то воздействовали на психику. Вроде бы, в их присутствии нельзя было соврать, а некоторые свидетели испытывали какой-то восторг, благоговение, преклонение перед чем-то невообразимо прекрасным.

 - Небезопасная красота, - заметил Кэноэ.

 - Да нет, они, вроде бы, не проявляли враждебности. Пару раз помогли - вызвали помощь к потерпевшему аварию катеру и предупредили о приближении урагана.

 - И что они хотели?

 - Не понятно. Они много спрашивали о нашем мире, об истории, общественном устройстве. Совет Пятнадцати им не понравился, это да.

 - А было ли, что они требовали вернуть власть Императору и покарать, если мы не это не сделаем?

 - По крайней мере, Император Клоэрипоэ об этом ничего не упоминает. Да и вообще, он мало что обо всей этой истории писал. Перечислил основные факты и все. Какие-то свои мысли, домыслы он в дневник не заносил, вообще-то.

 - А дальше?

 - Дневник обрывается в середине пятьсот шестого года, больше записей не сохранилось. Что было при Тинкоу, нам тоже не известно. Архивов он, как известно, не хранил и ни кристаллам, ни бумаге ничего важного не доверял. В общем, за последние триста лет есть всего одна история, и та сомнительная.

 - Это что?

 - Шестьсот девяносто восьмой год. Какое-то транспортное корыто летело на Буэривое. Во время прыжка произошел взрыв в двигательном отсеке. Выпали в нормальное пространство недалеко от БТ Колесницы, это красный карлик в тридцати с небольшим стандартных световых годах от Метрополии. Ребята приготовились к худшему, так как затормозиться они не могли, а на помощь звать, понятное дело, было некого. И тут снова появились те двое. Женщина, вроде бы, осталась в рубке, успокаивать команду, а мужчина отправился к реактору. Потом у экипажа вышел небольшой провал в памяти, а очнулись они с развороченным двигателем, но вблизи от Буэривое и на малой скорости. В общем, их спасли, даже само корыто отбуксировали к планете. Капитан подал рапорт, но им так и не поверили, а само дело закопали в архивах. Я тебе это кратко излагаю. Там вообще была куча непоняток, но этих двух чужаков они описали точно так же как и разведчики - без малого за двести лет раньше. Вот, собственно, и все.

 - Любопытно, - сказал Кэноэ со вздохом. - То есть, вроде бы, что-то и есть, а все равно почти ничего не известно.

 - Ну, может, тебе удастся узнать больше. Кстати, БТ Колесницы недалеко от Филлины - каких-нибудь восемь с половиной светолет. Если на Филлине, действительно, создадут базу для Дальней Разведки, может, что-то новое и отыщут. Но это, конечно, не скоро.

 - Жалко, что не скоро. Ну, ладно. Пойду-ка я, наверное, спать. А то уже совсем с ног валюсь, даром, что сижу.

 - Иди, Кэно. Только все равно хорошо обдумай все то, о чем мы говорили. Ладно?

 Кэноэ думал. Точнее, честно старался думать, только у него не слишком получалось. А когда он, проходя мимо, одним глазом глянул в отсек, где должна была дежурить Гвиэнт, все мысли разом вылетели у него из головы.

 Дверь была слегка отодвинута в сторону, и первым, что он увидел, были распущенные волосы Гвиэнт, пламеневшие расплавленным золотом на фоне серо-зеленых стен. Она сидела на столе, опираясь на руки, откинувшись назад и широко расставив ноги, а из всей одежды на ней были только туфельки и распахнутый мундирчик, больше ничего и в самом деле не прикрывавший.

 На мужчине и вовсе были одни лишь штаны, спущенные до колен. Он стоял спиной ко входу, но Кэноэ тут же узнал в нем Уэрмана. Он поддерживал Гвиэнт под коленки и сосредоточенно и размеренно работал, ритмично выдыхая, почему-то напомнив Кэноэ паровой молот из увиденного когда-то учебного фильма о старинной технике.

 Увидев эту картину, Кэноэ просто остолбенел. И... встретился взглядом с Гвиэнт. Золотоволосая красотка улыбнулась ему и кивнула головой, а в ее подернутых поволокой глазах промелькнуло какое-то странное выражение.

 Отпрянув, словно как от огня, Кэноэ бросился прочь, но занимающаяся любовью парочка по-прежнему была у него перед глазами, будоража мысли и вызывая темные желания.

 Кээрт еще не спала. Она лежала на кровати, читая книгу при свете настольной лампы. Не говоря ни слова, Кэноэ откинул легкое одеяло и свалился рядом. Книга отлетела в одну сторону, в другую упорхнула, словно большая неловкая бабочка, ночная рубашка Кээрт, за ней последовали мундир и прочая лишняя одежда...

 Потом, после бурного завершения, они, обнявшись, долго лежали молча поперек спального помоста.

 - Знаешь, я не скажу, что мне не понравилось, - наконец, сказала Кээрт, вставая, чтобы идти в ванную. - Но это было как-то необычно, не похоже на тебя. Что-то случилось?

 Кэноэ рассказал.

 - Гвиэнт очень умна, - подумав, высказала свой вердикт Кээрт. - И все, что она делает, она делает не просто так. Я думаю, она специально оставила приоткрытой дверь и так подгадала, чтобы ты увидел.

 - Но зачем?!

 - Чтобы ты рассказал мне. Ты был прав: я подумала и поняла, что Уэрман искал моего общества с какой-то недоброй целью. Но теперь, когда он проявил себя обычным сексуально озабоченным самцом, я думаю, он нам больше не опасен.

Глава 35. Один день счастья

 День сдачи номера - самый беспокойный. Казалось бы, газета выходит раз в неделю и есть время заранее подготовиться, но где уж там...

 Авторы, которым предусмотрительно указали крайний срок сдачи статей с двух, а то и с трехдневным запасом, все как один мнутся, извиняются, ссылаются на личные проблемы и непреодолимые обстоятельства... и дружно приносят материалы в самый последний момент. А тут еще телетайп выбивает важную новость, из-за чего приходится дописывать и переделывать уже готовую и, главное, вычитанную статью. Директор строительной компании, две недели тянувший резину, вдруг соглашается на интервью, причем, именно на этот день, потому что завтра он уезжает на полмесяца. Кто-то приносит платное объявление, которое нужно непременно поставить именно в этот номер, потому что в следующий будет поздно, и наборщик приходит в бешенство, поскольку он уже сверстал эту полосу, а теперь ее придется переверстывать. Кримел опять ругается со Сторой, обвиняя ее в том, что своими правками она исказила смысл текста...