"Фантастика 2023-110". Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Одувалова Анна Сергеевна "О&#39

Маленькие легкие глорха с трудом вобрали в себя потяжелевший воздух. Я не знал, что сказать. Горло сжалось.

— Забавно. Даже и не думала, что через тысячу лет будет так страшно. Думала, с достоинством закончу это где-нибудь под деревом Эйфарских Джунглей или у Лагуны Айста. А оно вон как получилась… Показалась тебе, говорю очень опасные вещи. Вот ведь старческая прихоть.

Итерна натужно улыбнулась. Я заставил себя спросить:

— Что еще я должен знать?

Она не ответила.

Пришлось подлелеть к ней вплотную. Ее лицо испещрено морщинами.

— Ирэна, что?!

Она только улыбнулась.

— Ты же уже знаешь, как все работает. Я не говорю тебе всего, не потому что такая загадочная и нудная старуха.

— Ирэна!

Старуха перестала улыбаться.

— Ты должен всё изменить.

— Ч… что изменить? Что?!

— Этого я сказать не рискну. Хотя…

Я смог различить, как напряглось ее лицо. Она очень крепко задумалась и… покачала головой.

— Не могу сказать. Но всё это ты вспомнишь позже, когда станешь сильнее.

Не понял. Вспомню что?

— Окончен бал, Трайл.

Ирэна достала какую-то приблуду, похожую на шестигранную звезду, неожиданно дернулась, коснулась ею моего мохнатого тела. Вампирша еще что-то сказала… но что?..

Поздно об этом думать.

Последнее, что я понял: из памяти стирается всё до того момента, как я нашел письмо.

Дрянь…

Тьма…

В диких землях сегодня стало очень тихо. Насекомые не стрекотали. Животные спрятались в логовах. Птицы сидели в гнездах. Гоблины тряслись в норах, сатиры приносили жертву, дриады пели песню успокоения, кентавры молились очередной комете, знаменующей конец мира.

Печати сорвались эмоциями, что сдерживались сотни лет. Рёв ненависти и страдания разнесся над небом Варгарона.

В этот день все почувствовали страдание одной великой сущности. Кто слаб, тот не обратил на это особого внимания. Кто силён, тот плакал в трауре или радовался горю своего заклятого врага…

Свет…

Я замер в воздухе. Так, а чего это я подвис? Вроде бы… Опускаю глаз, читаю найденную записку.

«Я — Ирэна. Передай мне: в кнуте безграничная воля. Приумножь ее. Почувствуешь в себе силу — действуй. Нет — продолжи цикл».

Шо, и это всё? И какая еще воля? Нельзя попроще выражаться что ли? Что за пафосное и тупое…

Мысль прервалась. Я завертел глазом во все стороны. Хм… странно. Что именно странно, хер поймёт. Но назойливое ощущение чего-то неправильного давило на мозг. Как будто внутри что-то засосало в черную дыру.

Пустил локатор — поблизости никого нет. Ладно, может показалось.

О! А что это еще за куча пепла на полу? Слуги совсем оборзели срать в коридорах!

— А-а-а!!!

Голову чуть не разорвало от боли. Она вонзилась в виски.

— Твою мать!

Мохнатый ком завертелся, свалился на пол.

В ушах послышалось мерзкие гудение. Словно одновременно завыли тысячи гиен.

Соединение с глорхом разорвано.

— А-а-а-а! — продолжил я орать уже в вампирском теле, на третьем уровне Ньёрта.

— Очнулся? — спокойно спросил четырехногий. — Я уже думал совсем сдох. Хотел пустить тебя под нож. Но женщина твоя возмущалась.

Я с кряхтением сел на кровать. Голова трещала по швам. Похоже, я слишком долго пробыл наверху.

Ирэна подскочила ко мне, зачем-то положила ладонь на холодный лоб, возмутилась:

— Ну, во-первых, я не его женщина, а…

— Мы уходим, — перебил я ее, так и не узнав, что во-вторых. — Собирайся, Ирэн. Эхзолл, ты, как я понимаю, с нами?

— Конечно, — кивнул некромофр. — Без меня вы через пятый уровень не пройдете. Кстати, вампирская женщина, давно хотел спросить, — хмыкнул он, — ты себя как чувствуешь?

Ирэна насторожилась:

— Все нормально, а что?

— Странно.

— Почему это?

— В Ньёрт обычным смертным путь заказан. Даже бездушные андронисты через неделю корчатся в муках. Воздух тут кислотный, а прямые ходы через уровни знаем только мы, и за разглашение этой тайны вампиры заживо закапывают в железном гробу, а некроморфы…

Он мерзко улыбнулся.

— Хотя вам лучше не знать.

Мы с Ирэной переглянулись. Когда я был в ее теле, то чувствовал страшную усталость. Я не особо удивлялся, но теперь взглянул на это с другой стороны. Похоже, дело было не только в голоде.

— Так что не стоит считать меня полным слизняком, — прыснул некроморф. — Ирэна, я прекрасно вижу ауру в твоих штанах и то, как она меняет тебя. Что ты там прячешь, ну?

Я встал, подошел к некроморфу:

— Один из твоих друганов уже подгадил нам, Эхзолл. Мы благодарны тебе за помощь, но ты делаешь это не потому, что хороший парень, ведь так?

Эхзолл казался спокойным, но я чувствовал, что он не расслаблялся ни на секунду. После нашего замеса он должен был подготовиться лучше.

— Я просто спросил, — примирительно поднял он руки. — Не хотите говорить — не говорите. Только не пожалейте. Я ведь могу что-то посоветовать.

— Спасибо за предложение, но мы откажемся.

Мы стали сверлить друг друга глазами. Уверен на девяносто процентов, что Ирэна выжила только благодаря кнуту. Чертов Айрад, он ведь даже не удосужился предупредить об этом. Кстати, о нем.

— Айрада так и не раскопали? — ушел я от неприятной темы.

Эхзолл выгнулся, с огромным трудом почесал заднюю левую коленку.

— Нет. Завалило его глубоко. Других ходов в логово я не обнаружил, но считать его мертвым не советую.

Мы шли по густому лесу. Я и Ирэна вместе, впереди на отдалении некропаук Эхзолл и бабаящерица с поклажей на спине. Она была личным телохранителем некроморфа и, судя по разработанному отверстию под хвостом, не только им.

— Куда ты смотришь? — прошептала Ирэна.

А я, сука, не могу оторваться. Бабящерица впереди меня виляла динозавриной жопой. Вроде и ничего такого, но почему эта дырень такая огромная и черная?! Что туда пихали?! Вместо того, чтобы думать о временных парадоксах, я рассматриваю анус велоцираптора с сиськами.

Я с трудом перевел взгляд на девушку.

— Никуда.

Наконец-то выдался момент поговорить без лишних ушей. Я рассказал ей о найденной записке.

— То есть я коплю силу в кнуте, а потом сама себе ее передаю? — удивилась она. — Циклы повторяются, но я в них сильнее и сильнее?

— Ага. Похоже на то.

— Я запуталась.

— Я тоже.

Мы одновременно вздохнули. Девушка спросила:

— Хочешь пусю?

Она протянула мне желтую тянущуюся субстанцию с налипшими семечками.

— Что это? — сделал я шаг в сторону от чокнутой.

— Эхзолл называет их пусями, — улыбнулась Ирэна. — Местный фрукт. На вкус как лимонный мармеладный червяк. Ты точно только кровь пьешь?

— Не буду я никаких пусь, твою ж… Ирэна, какая мерзость! Как ты вообще можешь брать в рот то, что называется пуся?! Фу-фу. Выбрось! Бяка!

— Ни за что!

— Выброси, я говорю! Откуда ты знаешь, что это такое!

Эхзолл повернул голову в нашу сторону, ядовито заулыбался.

— Какая разница! Она вкусная! — настаивала на своем Ирэна.

Я такой аргумент принять не мог:

— Что? Ты знала, что самое дорогое и вкусное кофе в мире делают из крысиного говна?! Ты будешь такое пить?!

— Ты это выдумал! И это не какашки!

— Клянусь, что не выдумал! Ты хоть спросила, что это?

— Конечно! Я же сказала — фрукт!

— Фрукты так не выглядят!

Встрял Эхзолл:

— Это потовые железы демьянового червя.

— Что?! — завизжала Ирэна, отбрасывая угощение. — Ты же сказал — это фрукт!

Эхзолл заржал, аки конь: