"Фантастика 2023-177". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Исьемини Виктор

Монахи-волонтеры, измученные тяжелым плаванием, убрались в помещения на юте — собирать вещи.

Для всех пассажиров черного парусника, и монахов, и послов Совета негоциантов, заканчивался определенный этап жизни, впереди лежали новые странствия, всех ждала неизвестность.

В Нелльском порту галера пришвартовалась, энмарские моряки опустили трап, но около получаса никто на берег не сходил. Самоцветы в ярких плащах расхаживали по палубе, и солнце играло на граненых камнях, венчающих посохи.

На борт поднялись несколько портовых чиновников высокого ранга в красивых камзолах и теплых накидках. Послы назвались и продемонстрировали верительные грамоты, с которых свешивались шнурки, украшенные впечатляющим количеством печатей. Документы произвели на чиновников некоторое впечатление, те пообещали немедленно доложить начальству.

Монахам было предложено сразу же покинуть борт черной галеры — для них готово жилье. Его светлость герцог предоставил для нужд Белого круга одну из собственных загородных резиденций. Давно предоставил, еще осенью, когда волонтеры прибывали постоянно. Герцогство имеет весьма протяженную границу с Феллиостом, и нашествие нелюдей нагнало такого страху на его светлость, что Ильот IV, говорят, уже велел грузить на корабли казну, едва пришло известие, что эльфы вышли к рубежам его владений. Когда же Церковь объявила о создании воинствующего братства Белого Круга и взяла под охрану северные рубежи империи, герцог так расчувствовался, что принес ряд ценных даров, в том числе кое-какие укрепления и поместья.

Итак, волонтеры сгрузились на пирс, вскоре объявился местный монах, который взялся проводить их к пристанищу. Любезность его светлости не простиралась столь далеко, чтобы выделить лошадей и подводы. Впрочем, братья не роптали, они были счастливо вновь шагать по тверди и, нетвердо ступая, удалились вслед за провожатым.

Часом позже пожаловал сам герцог. Ильот IV явился верхом в сопровождении пышной свиты. Его светлость, невысокий мужчина плотного сложения, был в светло-зеленом наряде, расшитом золотом. Из-под отороченной мехом шапочки на плечи спадали ухоженные белокурые кудри. Поговаривали, что герцог пользуется услугами магов для поддержания плоти и весьма следит за собственной внешностью, хотя отнюдь не юн. Оруженосцы и придворные также выглядели роскошно, на их фоне энмарские посланники в темных камзолах смотрелись бледновато. Им подали коней, и кавалькада удалилась во дворец.

Герцог пригласил южан на обед, надеясь разузнать побольше о цели посольства. Ильот теперь разыгрывал роль вернейшего из вассалов императора, а Энмар до сих пор не принадлежал к числу союзников, более того — слухи о братстве городов, который пытался организовать Совет Негоциантов, разошлись широко, и было известно, что Алекиану эти новости не по душе. Однако теперь Энмар шлет посольство, и якобы предлагает новые, весьма выгодные его величеству, условия. Посему герцог не знал, как держать себя с представителями Совета Негоциантов.

За обедом герцог изображал радушного хозяина и старательно давал понять, как рад дорогим гостям, расспрашивал о трудностях зимнего плавания и поминутно махал рукой мальчишкам виночерпиям. Те старательно подливали южанам дорогого вина, энмарцы невозмутимо пили. Замужние дочери и зятья герцога поочередно поднимали бокалы за здоровье его величества и за удачный исход посольства… Энмарцы благодарили и в ответ произносили здравицы в честь хозяина. Они, не дожидаясь прямых вопросов, снова и снова повторяли: везут его императорскому величеству новые условия союза, император наверняка примет добрые предложения Энмара, иначе и быть не может. К сожалению, послы не вправе разглашать условия прежде, чем получат позволение Алекиана.

Герцог кивал — разумеется, он не собирается настаивать… разумеется, посольство не к нему, Ильоту, а к его императорскому величеству, конечно… только императору будут изложены новые условия союза… и снова махал пухлой рукой слугам. Обед вышел сумбурный, беседа не ладилась. В конце концов речь зашла о текущем деле — послы собирались как можно скорей выехать в Ванетинию к императору. У них с собой достаточно денег и они готовы за свой счет — с позволения его светлости, разумеется — купить лошадей и необходимые припасы. Ильот, соревнуясь с гостями в щедрости и доброжелательности, объявил себя верным слугой его величества и пообещал снарядить конвой на собственные средства… правда, попросил немного времени на сборы. Должно быть, надеялся все же вызнать, какие условия везут энмарцы. Южане рассыпались в похвалах великим достоинствам Ильота, но настаивали на немедленном отъезде, даже если это потребует немалых расходов. Они готовы, и дело не ждет.

Герцог снова потчевал гостей и просил немного выждать. Энмарцы твердили о спешке. Наконец кончилось тем, что послы объявили, что снарядят караван сами, и выступят завтра с рассветом, а герцог тут же пообещал им вооруженный конвой. Уж своих-то он к завтрашнему утру подготовит. Энмарцам охрана не требовалась, под защитой полудюжины Самоцветов они чувствовали себя способными отбиться от любых разбойников, но всем было очевидно, что под видом охраны герцог отправляет соглядатаев. На его месте любой поступил бы также. Благосостояние Нелльского герцогства в немалой степени зависело от морской торговли, заинтересованность его светлости была понятна. Разумеется, Ильоту желательно будет узнать все о переговорах в Ванетинии из первых рук.

Таким образом все было решено, и гости откланялись, объяснив что заночевать в замке они не могут, им надлежит собираться в путь. Ильот IV разводил руками и делал вид, что расстроен. Энмарцы утешали его благодарными словами, и обещали непременно задержаться на обратном пути… если будет на то воля Гилфинга Светлого — формулировка, устроившая всех.

Наутро посольство покинуло город у моря. Только теперь для представителей Совета Негоциантов началась самая опасная часть путешествия — пусть и довольно короткая. На галере, в окружении толпы Самоцветов, они могли чувствовать себя относительно спокойно. Но на суше, во владениях недоброжелательно настроенных сеньоров — иное дело. Потому дюжина конных латников, выделенных Ильотом, не казалась лишней. Шестеро Самоцветов, сопровождающих послов Энмара, были, конечно, более грозной силой, но и воины могли оказаться полезными. Кроме солдат, к посольству присоединились двое вельмож нелльского герцога.

Сперва дорога шла вокруг городских стен, затем свернула. Энмарцы задержались у поворота, чтобы полюбоваться напоследок голубизной залива. Дальше им предстояло странствие по суше. Короткий путь, если двигаться напрямик от Неллы к Ванетинии, проходил по землям Сантлака, длинным языком вытягивающимся вдоль берегов Северного залива, но странствовать во владениях отчаянных сантлакских сеньоров было слишком рискованным делом. Торговый тракт вел кружным путем через Карен — большой торговый город, выросший на перекрестке там, где сходятся границы Неллы, Сантлака и Ванета. Согласно преданию, основан Карен был гномами, и до недавних пор Гномья башня оставалась самым высоким сооружением города. Около тридцати лет назад, когда непрерывно шли войны с гномами в Фенаде, дед нынешнего императора велел возвести в Карене собор в честь очередной победы. Строительство длилось шесть лет, и теперь всем известно: шпиль нового собора на два метра выше, чем самая высокая точка Гномьей башни. Впрочем, пока продолжалось строительство собора, по приказу графа Каренского была перестроена и Гномья башня. В частности, убрали венчавший ее флюгер в виде дракона. Флюгер был красив, но чего не сделаешь ради торжества Света… Символизирующий Свет собор теперь уж точно выше, чем сооружение, оставшееся от нелюдей.

Нелльские вельможи, сопровождающие посольство, не преминули поведать энмарцам эту историю в качестве назидательного примера — в Империи умеют добиваться своего, умело сочетая созидание с разрушением. Послы выслушали внимательно — в свое время их город немало воевал со Вторым народом, и красные стелы, память о Дарвермской войне, до сих пор украшают улицы Энмара.