Древняя техника усиления - 我是多余人 По Ювэнь

«Какое условие?»

«Победить этого мерзавца из Зала Звездной Луны, и тогда должность Главного Ученика твоя».

Сун Юаньчжань замолчал.

В это самое время в Зале Звездного Дня стояла суета. Вокруг слышались эмоциональные разговоры. Многие проклинали криворукого Сун Лана, его некомпетентность, потому что он, по сути, опозорил всех воинов из Зала Звездного Дня перед Залом Звездной Луны. Одни заламывали руки, другие радовались. Для Семьи Фэн Семья Сун всегда была особой заботой. Ключевые члены семьи собрались в главном зале, многие из них были пожилыми людьми с белыми волосами.

На центральном месте восседал пожилой человек среднего, вполне гармоничного телосложения. Его голова была наполовину седой. Он выглядел человеком скоординированным и сведущим. Его яркие узкие и длинные глаза наблюдали за группой людей, аккуратно рассевшихся чуть ниже вокруг него, и тень слабой улыбки на его лице выдавала в нем человека живого и быстрого в работе.

«Глава Семьи, Семья Сун упустила свой шанс. Настало время Семьи Фэн», один из приглашенных гостей встал со своего места и подошел к Главе Семьи Фэн.

«Старший Ло прав, Глава. Мы готовились так много лет, а должность Главного Ученика для нас является важным шагом; это серьезная поддержка, как для нападения, так и для защиты», прокомментировал изящный молодой человек, встав со своего места.

«Но что-то ведь может пойти не так?» сказала роскошная элегантная зрелая женщина слева. Возраст женщины было невозможно определить, ее голос, хоть и прекрасный, говорил многое о ее жизненном опыте. Ее глаза светились мудростью, ее лицо было прекрасное, ее одежда только подчеркивала стройную прекрасную фигуру. Линия от ее талии до бедер была настоящим произведением искусства, бедра полные, ноги стройные и прямые, все вместе придавало ей особой элегантностью. Когда женщина закончила говорить, все присутствующие подняли на нее взор. Многие смотрели на нее похотливо и жадно. Она была зрелой и взрослой женщиной, она не обращала никакого внимания на их взгляды, а смотрела прямо на Главу Семьи.

«Продолжай, Старшая Юнь», уверенно улыбнулся Глава Семьи Фэн.

«Лорд Дворца, позвольте мне сказать, что лишение должности Старшего Ученика из Семьи Фэн — возможность для нас. Однако также могут рассуждать и другие», мудрые глаза женщины смотрели на Лорда Дворца, не отрываясь, выражение ее лица было непроницаемым.

«Ты говоришь о Лорде Дворца Звездной Луны», тихо ответил ей Глава Семьи Фэн.

«Да. Лорд Дворца уже в курсе решения Семьи Сун, но нет никаких причин, чтобы предотвратить его. У него время ограничено, но он не намерен нести на себе этот груз, поэтому наверняка он уже ищет способ, чтобы помешать этому произойти», продолжала она, глядя на Главу Семьи. Мужчины вокруг продолжали сверлить ее глазами, даже старики не могли оторвать от нее взглядов. Эта женщина просто излучала сексуальные флюиды, по их мнению. Однако старики, в лицах которых читался жизненный опыт, сидели молча, с полузакрытыми глазами.

«Что бы ни случилось, нам необходимо готовить Тянь Эр на место Главного Ученика, даже если придется ждать десять лет», твердо сказал Глава Семьи Фэн.

«Глава Семьи, будьте уверены. Мало, кто способен принять этот титул, среди них есть те, кто преследует те же цели. Они точно также отвергают Лорда Дворца, таким образом, круг тех, с кем нам придется иметь дело, сужается до пяти человек», прокомментировала она свою мысль.

«Старшая Юнь, если у тебя еще будут идеи, делись ими, здесь все свои», в словах Главы Семьи читалось глубокое тепло. Женщина оглянулась и вдруг неожиданно улыбнулась, заставив окружающих мужчин сглотнуть слюну. Женщина никак не отреагировала, видимо, она уже привыкла к такой реакции мужчин. Она продолжила свою речь: «Лорд Дворца говорил, что нам необходимо победить парня из Зала Звездной Луны, если мы хотим получить титул Главного Ученика, поэтому мы можем попытаться и заставить этого парня, чтобы тот пошел нам на встречу, дрался вполсилы, ну, вы понимаете….»

В это время Цин Шуй консультировался с Цан Уя по некоторым вопросам боевых искусств, рассказывал ему различные истории из жизни на материке и территории с влиятельными людьми.

«Цин Шуй, если кто-то попросит у тебя помощи или возникнет дело, не стоящее ваших усилий, ты можешь ответить на их просьбы, но взамен попросить вещи, которые тебе нужны. Помни, что можешь просить сверх меры», с благожелательной улыбкой учил Цин Шуя Цан Уя. Глаза старика были полны всеведущей мудрости и решимости.

Этот совет немного удивил Цин Шуя, но он только кивал в ответ.

Днем Хоюнь Лю-Ли потащила Цанхай Минъюэ и Цин Шуя на прогулку. Цан Уя с облегчением улыбнулся, глядя им вслед.

«Цин Шуй, давайте пойдем к задней части горы, там так безмятежно и спокойно!» сказала Хоюнь Лю-Ли, когда троица вышла из дверей резиденции.

Говоря о площадке на другой стороне горы, о тишине и спокойствии этого места, Цин Шуй вспомнил человека, которого он напугал до смерти. Там было много «диких парочек». И о чем только думала Хоюнь Лю-Ли, потянув их туда? Понятно, что она не повела их туда с ЭТИМ умыслом, но воображение Цин Шуя тут же разыгралось, он смотрел на выпуклости своих подруг и их богоподобные тела, и истекал слюной. Девушки тут же заметили его похотливый взгляд и сердито уставились на него, особенно Хоюнь Лю-Ли. Она щелкнула языком: «Мерзавец, у тебя только намерения дурные, да только ты никак не осмелеешь их в жизнь воплотить».

Глава 311. Даже некрасивая невестка должна познакомиться с родителями жениха. Удочка из чистого золота

«У тебя, подлеца, одни намерения, а воплотить их в жизнь — кишка тонка!»

Услышав обидные слова, Цин Шуй вскипел. Эта чертовка всегда говорила такие вещи, что ему хотелось разорвать на ней одежду и «наказать» ее на месте. Думая о том, как у него не получалось добиться ее, Цин Шуй чувствовал себя беспомощным. Он столько раз чувствовал возбуждение, она всегда выбирала такие удобные места. Однако время шло, Цин Шуй так и не решался снять с Лю-Ли одежду…

На этот раз Цин Шуй все еще был беспомощен, ведь Цанхай Минъюэ была рядом с ними. Он не знал, стоит ли ему продолжать беспокоиться о том, что чувствовала эта дама. Он не знал, любил ли он этих двух девушек, но расстаться с ними было трудно. Это было больше похоже на родство, но все равно немного другое.

Цин Шуй не отрицал того, что он был игроком, но он не был ловеласом. Слов нет, у него была тяга к прекрасным дамам, оказывая им должное внимание. Цин Шуй мечтал о жизни с несколькими женами и наложницами, но не мог осмелиться произнести это вслух и предложить им.