"Фантастика 2023-182". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Сударева Инна Мышь из Минска

Мия даже не представляла, как ответить на этот вопрос.

Бонфанти… что ж, надо искать дедушку Марио. Пусть подскажет еще кое-что…

К большому, даже громадному сожалению Мии, дедушка Марио ее сильно разочаровал.

Бонфанти были хоть и местными, но…

После того случая с несчастной Лорой… поместье свое они продали. А если у них что и было – семейные книги, Библия и прочее… – все было уничтожено. Тогда, при пожаре.

Мия только головой покачала.

Вот почему-то ей казалось, что она еще многое пропускает. И, может быть, не только несчастную Анну?

Кстати…

– А как фамилия Лоры? Той, что вышла замуж за Бонфанти?

– Диматтео. Лауренсия Диматтео.

– А они?..

– Живут неподалеку.

Мия хищно потерла руки.

«Диматтео, говорите? Эванджелина, говорите? Ну, я спокойнее, мне известность не нужна. А вот знания нужны. И я их получу».

Поместье Диматтео так живо напомнило Мие родное Феретти, что девушка аж глаза рукой потерла.

Вот один в один!

И крыша кое-где просела, и стены подновить не помешало бы, и хозяйственные постройки… м‑да.

Явно здесь живут братья по разуму ее отца, земля ему пухом. Дядя, при всем сволочизме, до такого никогда не скатился бы… у него и характер был, и стремление к комфорту и уюту…

А тут что?

Мия, недолго думая, перебрала струны лютни – и те рассыпались задорным говорком.

На звуки музыки из дверей выглянула кухарка и замахала на Мию полотенцем, которое небось еще Эванджелину помнило.

– А ну пошел, пошел отсюда!

– Красавица! – воззвала Мия, нещадно греша против истины (в кухарке не меньше семи пудов живого свиномяса было). – И не совестно тебе меня гнать? Я ж ничего и не прошу, разве что в тенечке передохнуть да водички попить!

– Ага-а… – Кухарка явно не собиралась доверять незнакомцу. – Сначала попить, потом пожрать, а потом и переспать! Знаем мы вас таких… а ну пошел!

Мия отметила краем глаза, что на втором этаже открылось окно – и решила пойти ва-банк. Кухарка ее все равно прогонит, а вот хозяева, может, и оставят?

– Ты б, красотка, на себя оборотилась! Или хотя бы вокруг себя! Какое переспать! Ты ж во сне повернешься, а меня потом и не отскребут…

– Ах ты… – Кухарка взвизгнула – и рванула на Мию, грозно потрясая половником.

Девушка могла бы сейчас скрутить эту клушу. Оглушить. Убить. Да что угодно бы сделала. Но вместо этого весело ударила по струнам – и принялась скакать по двору под задорную музыку. Увернулась раз, два, потом ловко свернула к колодцу, возле которого скучала себе грязная лужа. Кухарка следовала за Мией, подбадриваемая веселыми коленцами…

Мия-то увернулась.

А вот кухарка с размаху влетела в лужу, поскользнулась на влажной глине – и только чвякнуло.

Со второго этажа раздался хохот и аплодисменты.

– Эй, мальчишка!

– Мио, менестрель, к вашим услугам, благородный дан, – поклонилась Мия.

– А заходи, пожалуй что! Потешишь душеньку песней. Говоришь, тенек и водички?

– Раз уж сказал – больше и не попрошу. Но если благородные господа предложат, то и отказываться не буду, – блеснула глазами Мия.

Ответом ей был тот же самый смех – и девушка вошла в дом.

Кухарка злобно выругалась и попробовала вылезти из лужи самостоятельно. Ага, как же!

Кто не пробовал, лучше и не надо так экспериментировать. Особенно когда весишь ты ой-ой-ой сколько. Размокшая глина – штука скользкая, и держит отлично, и плывет под пальцами…

Примерно через десять минут из лужи выползла большая глинистая черепаха. Кухарка, к восторгу всех видевших это, перевернулась на четвереньки, окончательно угваздавшись, и так поползла на кухню.

Какими словами она при этом крыла бродягу-менестреля… Мухи дохли на подлете.

Мие очень повезло, что дан Диматтео пригласил ее за свой стол. Не то кухарка бы ей точно яда подсыпала.

Дан Диматтео оказался мужчиной в годах, лет пятидесяти. И ему было здесь откровенно скучно. Дочь он замуж выдал, сын сейчас служил в гвардии, а сам дан…

Понятно, кто-то и хозяйством заниматься должен, но в этой глуши…

Рехнешься ж со скуки!

А тут такое развлечение! И поговорить, и послушать, и музыка, и песни…

Так что время все провели с пользой. Все три следующих дня.

Хорошо было дану – его развлекали по первому требованию. Бродячий менестрель оказался и отличным рассказчиком, и прекрасным слушателем, так что Патрицио Диматтео получал двойное удовольствие. Такое редко бывает, обычно поговорить люди любят, а вот послушать уже нет. А тут…

Дан соловьем разливался. И Мия слушала.

А там…

Слово за слово, подходящая песня, подходящая история… и – вот оно! Поклевка!

– В нашем роду тоже интересная история была, лет сто тому назад, – рассказывал дан. – До сих пор понять не можем, что и как… Представляешь, баба родила, а потом старшую дочь с башни выкинула и сама за ней прыгнула.

– Бабы после родов с головой не дружат, – со знанием дела поведала Мия. – Хоть такие, хоть сякие, хоть благородные… уж простите, дан, сколько видел, все одно и то же. Куда нам, бедным мужикам, деться от их капризов?

Дан Диматтео кивнул.

– Так оно, так…

Саму историю Мия уже знала. А вот о продолжении…

– Так что ты думаешь? Бабская дурь – она по наследству передается…

– Разве?

– А то ж! Точно знаю… у той Лоры одна дочка уцелела… вот у нее внучка была. Анна…

– Анна? – изобразила интерес Мия.

Дан Диматтео только рукой махнул, мол, давние дела.

– Когда Сибеллины ушли… Ладно уж, сейчас и кости истлели, чего б не посплетничать?..

– Сейчас это уже история. И Филиппо Третий правит мудро, да хранит его Господь, – перекрестилась Мия со всем возможным уважением.

Дан Диматтео покивал головой.

Но рассказать семейную историю ему хотелось.

– Так вот… когда Паоло с женой убили, его мать забрала ребенка.

Мия подняла брови, но от вопроса «А разве это не раньше получилось?» воздержалась. Понятное дело, сто лет прошло. Вы себе представляете, сколько за это время воды утекло? Тут, что год-то назад случилось, иногда не раскопаешь, а сто лет?

Очевидцы умерли, а пересказ – он и есть пересказ… с чужих слов, художественный свист…

Могло быть и так, и этак…

С одной стороны, и Эванджелина могла почуять метаморфа.

С другой… разве нормальные родители свое дитя отдадут? Да кто ж его знает, как оно там было?

– Вроде как родителей убили, девчонку бабка спасла… в последний момент из рук убийцы вырвала – говорят, там кровь потоками лилась… Анна получилась помешанной. Что-то с ней крупно не в порядке было… Эва с ней возилась, как же, единственная кровиночка, другой уж не будет…

– А разве ее не?.. – удивилась Мия.

Дан Диматтео ухмыльнулся.

– Говорят же, темнее всего – под пламенем свечи. Все думали, Эванджелина уехала, а она осталась. Тут рядом есть монастырь. Вот она и попросила убежища… а когда девчонке то ли двенадцать стукнуло, то ли еще сколько, она тоже с башни выпрыгнула. В этом самом монастыре.

– И монастырь после этого не закрыли?

– Пощипали прилично, но не закрыли. Так и стоит… монастырь Святой Франчески…

Мия поблагодарила дана Диматтео. И честно отказалась от любой оплаты ее труда. Она дана развлекала, он ей новую ниточку дал.

Монастырь Святой Франчески, говорите?

Наведаемся, никуда он от нас не денется…

Спустя три дня Мия распрощалась с даном и направилась в монастырь.

Если Анна погибла, когда ей было двенадцать, – откуда взялась прабабка Мии?

Дана Эванджелина, вы свинья, а не метаморф! Вот! Совести у вас нет – никакой! Вы не могли рассказать Фьоре историю рода, чтобы Мия тут не моталась, как блоха на хвосте у бешеной собаки?

А с другой стороны…

Мия бы точно ничего не рассказала Фьоре Феретти. Так что…

Монастырь, говорите?

Ну… помолимся, сестрие…