Избранные фантастические циклы романов. Компиляция. Книги 1-13 (СИ) - Громов Илья Валерьевич

С появлением Обжоры задача по уничтожению стаи мертвяков значительно упростилась. Ловушка сработала как надо. Некроморфы и умертвия, влекомые жаждой убийства, но при этом не имеющие инстинкта самосохранения, бесстрашно запрыгивали в магический туман, чтобы через некоторое время окончательно упокоиться. Тварей, которым удавалось прорваться сквозь смертоносный заслон, останавливал Обжора. Харн был повсюду. Вот он сбросил со стены особо шустрое умертвие девяностого уровня и уже через мгновение пробил шипом голову ящероподобного мертвяка, выпрыгнувшего из темного тумана.

За все время этой скоротечной схватки я использовал заклинания только два раза. Помог Обжоре молнией, обездвижив двух тварей, и удачно подловил в прыжке темного паука тараном.

– Ваш питомец убил Умертвие (90).

– Поздравляем! Вы получаете:

– Эссенция опыта (18 000 шт).

– Золотая скрижаль (10 шт).

– Серебряная скрижаль (30 шт).

– Ярость Темного Охотника (22.5 ед)

Этим оповещением Великая Система подвела финальную черту. Бой закончился. Через несколько минут стая мертвяков перестала существовать.

Магический туман постепенно рассеялся, оставив после себя десятки полуразложившихся тел, от которых по пещере начал распространяться отвратительный смрад гниения. Зажав нос рукой, я поспешил на выход.

Оказавшись снаружи, я набрал полные легкие влажного вечернего воздуха и облегченно выдохнул. Взглянул на чистое звездное небо и улыбнулся. Хороший бой. Быстрая победа. Всегда бы так.

– Значит так, – объявил дух. – Твои трофеи: четыреста девяносто восемь тысяч эсок, восемьсот тридцать серебряных и сто восемьдесят золотых скрижалей. Темный источник почти заполнен. А вот алмазных скрижалей по-прежнему ни одной. Но я вынужден признать, после этого боя твоя авантюра мне уже не кажется такой сумасбродной.

Дух медленно облетел вокруг Обжоры, который тоже с интересом наблюдал за летающим говоруном.

Закончив осмотр, дух поделился своими выводами:

– Хм… Нам понадобится много ресурсов, чтобы довести твоего зверя до приемлемого уровня.

Обжора взглянул на меня. В его звериных глазах я увидел вопрос и недоумение.

– Хрн?

Я усмехнулся:

– Привыкай, теперь он – часть семьи. – А потом спросил: – Где Искорка и Уголек?

До небольшой бухты, где устроили свое убежище мои питомцы мы добрались к вечеру второго дня. Мне тогда подумалось, что если бы дух не нашел ту шахту, то, скорее всего, я бы привел мертвяков прямо сюда. Не пришлось бы спешно устраивать ловушку. Для полозов стая в пять десятков особей, из которых всего восемнадцать – умертвия, а остальные – низкоуровневые некроморфы, не соперники. Однако я рад, что все произошло именно так, потому что в бухте меня ждало неприятное известие.

Встреча с Искоркой была не менее эмоциональной, чем встреча с Обжорой. Гигантская змея ластилась и возбужденно шипела словно маленький ужик. Окатила меня мощной волной радости и тут же настойчиво потащила ко входу в здоровенный грот, внутри которого на подстилке из черных водорослей, свернувшись в клубок, лежал без сознания Уголек.

Из обрывков мыслеобразов, которыми меня наперегонки забрасывали Обжора и Искорка мне удалось составить общую картину.

После того, как я приказал Искорке, схватить Уголька и спасаться, мои питомцы первым делом отправились за Узкое озеро. Сперва все шло нормально, но лишь до того момента, пока я не получил темную метку. Сердцу Леса резко разонравилось соседство с питомцами темного. Поэтому харну и полозам пришлось спешно покинуть «дружескую» территорию и уходить в сторону океана.

С каждым днем Угольку становилось все хуже и хуже. Всему виной непростое магическое ранение, которое нанес один из братьев дэвов. Магия скверны не давала затягиваться ранам, блокировала регенерацию, а также постепенно разрушала энергосистему полоза.

Иногда Уголек на короткое время приходил в себя и вяло съедал то, что приносили ему Искорка и Обжора, которые по очереди охотились и охраняли его. Собственно, это главная причина, почему они не отправлялись на мои поиски. Но все изменилось, когда Обжора несколько дней назад учуял меня.

– Я удивлен, что он до сих пор жив, – тихо произнес дух, после осмотра ран Уголька.

Я сидел на земле, прислонившись спиной к горячему боку змея и таращился в одну точку. Внешне я был спокоен, но внутри меня клокотала ярость и буря. Дух это чувствовал, поэтому деликатничал.

– Твои ранения имели схожую структуру, – сообщил он.

Я вздрогнул и повернул голову в сторону полупрозрачного силуэта.

– Кровь первородных?

– Да, – тихо ответил дух.

– Значит, Угольку она тоже поможет, – резко поднимаясь на ноги, произнес я.

Обжора зарычал, а Искорка зашипела – они были согласны следовать за мной хоть в сердце Бездны.

– Но ты не готов… – попытался возразить дух. Он уже понял, куда я собрался. – И они не готовы… Старуха очень опасный противник! Аномалия усилит ее!

– Мне нужна ее кровь, – холодно произнес я, активируя амулет призыва Уголька.

Тело гигантского полоза тут же исчезло.

– А что касается их готовности, – продолжил я, кивая на харна и змею. – Ты знаешь, что делать.

– Хочешь использовать все свои резервы на их усиление?! – воскликнул дух.

– Да, – ответил я, шагая в сторону выхода из грота. – Но сперва мы должны хорошо поохотиться.

С того момента, как мы покинули бухту, давшую приют моим питомцам, прошло две седмицы. И уже завтра мы выйдем к тому месту, где начался мой путь по Темному континенту. Где-то там, в месте столкновения реки и Мертвого океана покоятся обломки «Акулы», корабля, доставившего меня в эти проклятые земли.

Я помню, как потрясла меня гибель команды «Акулы». Этих моряков, рискнувших отправится в далекое путешествие в сезон бурь в конечном итоге убил не океан, а те, кого в их родной Фрадии считают эталоном доблести и чести. Такеда и его бойцы, хладнокровно избавляясь от свидетелей, особо не церемонились.

Я частенько вспоминал Микки, семнадцатилетнего юнгу, мечтавшего вернутся домой и привезти в подарок младшей сестренке камешек с Темного континента. Микки помог мне перенести то плавание, но, увы, так и не вернулся домой. Его семья так и не узнала, как погиб их сын и брат. Еще тогда, в тот день, я дал себе обещание исправить это упущение.

Обжора, к теплому боку которого я прислонился, дернул лапой во сне, отвлекая меня от мрачных мыслей. Не отрывая взгляда от огня, я тихонько погладил харна по бронированной шее.

Возвращаться к реке я решил обратной дорогой, справедливо полагая, что мой старый след обязательно привлечет созданий некромантов. И был абсолютно прав. То, что всему виной темная метка, я уже не сомневался. Моя таинственная покровительница и бог некромантов явно что-то не поделили между собой. Я даже несколько раз высказал свое предположение вслух, провоцируя темную богиню на разговор, но она меня проигнорировала. Явно выбрала другую тактику обращения меня в свои адепты.

Я обвел взглядом спящих питомцев. За эти дни мы здорово почистили восточное побережье от мертвяков. Уничтожили шесть крупных стай наподобие той, что я заманил в шахту. Плюс мелкие группки. Итог: чуть больше четырех сотен особей. Правда, всего семь десятков из них были высокого уровня. За убийство остальных, кроме «серебра» и эсок, ничего не падало. Успокаивало только одно: чем дальше мы продвигались, тем опасней становились наши противники. До границы аномалии оставалось несколько дней пути.

Скрижали и эски на питомцев я пока не использовал. Они и так превосходно справляются. Обжора сейчас на сорок восьмом уровне, а Искорка – на пятьдесят первом. Только Угольку пришлось добавить несколько десятков единиц в «звериную регенерацию», чтобы его организму было проще справляться с ранением. Правда, это все временные меры. Очень скоро внутренние резервы полоза иссякнут. Он и так продержался невероятно долго.