Все оттенки роз - Шейла Олсен

Я опускаюсь на постель, тая, расплавляясь, и он следует за мной, оставаясь сверху. Его губы касаются моей шеи, и с каждой секундой мне все больше кажется, что я вот-вот потеряю над собой контроль, мое тело пробирает дрожь.

– Ты в порядке? – мягко спрашивает Тэйт, когда я с шумом втягиваю воздух.

– Да, – шепотом отвечаю я.

Его рука плавно и непринужденно скользит вверх по моему телу. Меня медленно накрывает волной возбуждения, я до боли хочу, чтобы он до меня дотронулся.

– Ты такая нежная. – Тэйт снова целует меня в шею, и я слегка запрокидываю голову, ожидая следующего поцелуя. Но вместо этого он шепчет: – Тебя кто-нибудь касался вот так?

Он произносит эти слова тихо и спокойно, его голос кажется ниже, чем когда-либо, и я чувствую, что мои ноги слабеют.

– Нет, – отвечаю едва слышно.

Тэйт не замедляет ритм – ему будто знаком каждый сантиметр моей плоти, и плавные прикосновения разливаются по моей коже жаром.

Я поднимаю руку и снова притрагиваюсь к его твердой груди. Мои пальцы спускаются к напряженным мышцам его пресса, а потом находят пояс джинсов, сидящих низко на его бедрах. Я обвожу кончиком пальца металлическую пуговицу, а потом начинаю расстегивать ее, но Тэйт останавливает меня, осторожно коснувшись моей руки.

На его слегка приоткрытых губах мелькает улыбка.

– Пока оставь их на мне.

Я поднимаю голову, собираясь запротестовать, но Тэйт накрывает мой рот своим, и протест растворяется в поцелуе. Его рука спускается вниз, к моим трусикам.

– Ты когда-нибудь испытывала такое? – Его голос вибрирует во мне, мое тело пульсирует в ответ. Я выгибаюсь ему навстречу. Кровь приливает к ушам, большие пальцы ног подгибаются, а ладони вжимаются в матрас, хватаются за простынь – я задыхаюсь, я кричу.

Я падаю под ним в изнеможении, и он отрывается от моих губ. Медленно разжимаю кулаки, отпуская простынь, а пальцы Тэйта скользят по моему бедру. Другая его рука на мгновение задерживается на моей трепещущей плоти; он целует меня еще раз, мягко и нежно.

Потом с улыбкой перекатывается на спину, увлекая меня за собой. Я кладу голову ему на плечо.

– Ты в порядке? – вполголоса спрашивает он.

– М-м-х-м-м, – отвечаю я, не в состоянии произнести что-либо еще.

– Хорошо. На этот раз все будет иначе. Я хочу убедиться в том, что ты готова.

Я поднимаю голову и смотрю ему в лицо.

– Я готова.

Тэйт прижимается ко мне всем телом и гладит рукой по лицу. Его губы прямо над моим ухом, и он напевает какую-то мелодию.

– Новая песня? – спрашиваю я.

– Я над этим работаю.

– Мне нравится, – говорю на выдохе, все еще чувствуя головокружение и невесомость.

– Я хотел рассказать тебе, что собираюсь записать новый альбом. – Его дыхание щекочет мне волосы… – Благодаря тебе большая часть песен уже готова. Ты вдохновляешь меня.

Интересно, как я могла его вдохновить. Это звучит так дико, что я едва не разражаюсь смехом.

– Мне нужна была муза, – продолжает он, проводя большим пальцем по моей нижней губе. – И ты стала ею, Шарлотта. Когда я с тобой, слова приходят ко мне сами. Прежде со мной этого не случалось. Песни просто льются из меня. Я так хочу, чтобы ты поскорее услышала эти песни.

– Это же потрясающе, – отзываюсь я, но сердце мечется в груди. Я стараюсь не думать о тех статьях, которые писали про Тэйта-рок-звезду, о том, как все было до нашей встречи. Но не могу не вспомнить сплетни про девушек и наркотики, про все те безумные вещи, с которыми его связывали. Гадаю, как это отразится на нас. – Но ты говоришь так, словно искал кого-то, кто мог бы тебя вдохновить. Значит, в этом дело?

– Нет, – быстро отвечает он, нависая надо мной всем телом и заглядывая мне в глаза. – Я был бы с тобой, даже если бы не мог написать и единой ноты. Но музыка всегда позволяла мне сохранить рассудок. Она нужна мне. И ты помогаешь мне обрести ее снова, просто оставаясь собой.

Я делаю выдох.

– Но что все это будет значить для нас?

– Мне придется провести немало времени в студии. Я должен сделать этот альбом как следует. Это новое звучание, новое направление для меня, и я хочу, чтобы он произвел большое впечатление на слушателей. – Его взгляд встречается с моим, пристальный, ищущий. – Я буду много работать, но постараюсь видеться с тобой как можно чаще, Шарлотта. Ты для меня – все. Надеюсь, ты это знаешь.

Я киваю, стараясь не обращать внимания на страх, который закрадывается глубоко внутрь.

– Я хочу, чтобы у нас все получилось. Ты нужна мне, – подчеркивает Тэйт, целуя меня.

– Ты уедешь?

– В Нью-Йорк… во вторник, рано утром.

Мои губы изгибаются в смущенной улыбке, я киваю, но сердце разбивается при мысли о том, что он будет на другом конце страны.

– У меня встреча с музыкальным продюсером, который, как я думаю, идеально подойдет для моего альбома, – продолжает Тэйт.

– Надолго ты уезжаешь?

– Не знаю. Если все сложится, мы, возможно, начнем записывать сразу же, – объясняет он.

– Здесь?

– Может быть, здесь. Или в Нью-Йорке. Пока не знаю. – Он снова перемещается и оказывается надо мной, глядя мне в лицо так пристально, так внимательно. Я не могу отвести взгляд. – Но я буду звонить тебе. Писать. И обещаю, что скоро вернусь.

Тэйт наклоняется, чтобы поцеловать меня, и я улыбаюсь.

– Мне грустно, что ты уезжаешь, но я рада за тебя.

– Я тоже рад, – шепчет он у самых моих губ. – Все возвращается на круги своя. Ты. Я. Моя карьера. Ты – именно то, что мне нужно, Шарлотта.

Я целую его в ответ, обвивая руками за шею. Внутри у меня ураган эмоций – счастье, восторг, тоска. Как раз тогда, когда я наконец получила Тэйта, когда он мой почти целиком, я чувствую, как он ускользает от меня. Но я подавляю страх и улыбаюсь ему, наслаждаясь этим мгновением, здесь и сейчас.

Глава 18

Я превратилась в одну из тех девчонок. Бесконечно, как одержимая, проверяю. Тайком поглядываю на него, когда он лежит на парте. Между занятиями ношу его в руке, чтобы почувствовать, как он вибрирует, если Тэйт вдруг пришлет мне сообщение. Меня бесит, что я это делаю, но не могу остановиться. Когда Миа подлавливает меня на этом, я лгу: говорю, что мне не терпится получить ответ из Стэнфорда. Письма о приеме в колледж будут разосланы со дня на день, и тем не менее я думаю только о Тэйте.

Он пробыл в Нью-Йорке только восемь дней, а у меня такое ощущение, словно прошел месяц. Поэтому когда на шестом уроке, биологии, приходит оповещение о полученном имейле, я так поспешно хватаюсь за телефон, что роняю его на пол.

Грохот привлекает слишком много внимания к моей персоне, и мне приходится засунуть телефон в сумку и дожидаться окончания урока. Когда звенит звонок и я наконец открываю письмо, то не сразу понимаю, что все это значит: внутри электронный авиабилет в Нью-Йорк… на ближайшие выходные.