Аромат невинности. Дар - Франциска Вудворт

Я посмотрела на озеро, на полную луну и меня как ветром сдуло с камня.

— Предупреждать надо! — воскликнула я, нервно отряхиваясь, как будто ко мне могло что-то прилипнуть.

Глядя на меня, Михаил рассмеялся, а я возмущённо посмотрела на него.

— Забавная у тебя реакция. Не бойся, здесь все местные женщины уже не по одному разу сидели. Она благоволит не всем. Камень должен потеплеть и тогда желание будет исполнено.

— Так он и так тёплый, — в замешательстве произнесла я.

— Разве?! — удивился Михаил, прикладывая к нему ладонь. Я тоже дотронулась до камня, но он был холодный. Как же так? Мы встретились с ним взглядом, а у меня мурашки побежали по коже от происходящего.

— Я не хочу замуж! — крикнула я в сторону озера, нарушая царящую тишину.

Ответа, понятное дело, не было. Мы помолчали. Мне стало немного жутко, и это место вмиг потеряло для меня всё очарование.

— Пойдём обратно, — попросила я Михаила. Он не стал спорить и мы пошли.

Возвращались мы по другой тропинке. Пребывая в расстроенных чувствах, я даже не спросила его, куда мы идём и удивилась, когда вышли на лесную поляну. Уложенные для сидения брёвна и след от костра говорили о том, что на этом месте любят отдыхать. А ещё внимание привлекли большие подвесные качели, в форме лодочек. На них могло уместиться несколько человек. Михаил увлёк меня к ним.

— Давай покатаемся.

Предложение оказалось неожиданным, но я была не против. Он подержал качели, пока я становилась на них и чуть раскачав, запрыгнул на доску с другой стороны.

— Летом здесь часто собирается народ, но сейчас большинство разъехались на учёбу.

— Ты приходил сюда?

— Раньше. Давно здесь не был, — кратко произнёс он и присел, раскачивая качели. Я оставила расспросы и начала помогать ему.

Качели взлетали высоко над землёй, и ветер бросал мне волосы в лицо. Есть что-то завораживающее в качелях. Чувство свободы и радости захватили меня. Взлетая вверх, я немного подпрыгивала, отрываясь от доски. Это заставляло крепче держаться, и сердце замирало в этот миг.

За что любила тренировки на тренажёрах, так это за то, что в каком бы настроении ни пришла в зал, уходила оттуда хоть и уставшей, но с настроением на подъёме. Но ни один тренажёр не дарил такой радости, как качели. Кажется, ничего особенного, но удовольствие непередаваемое. Все проблемы и тревоги отступили. Откинув голову, я рассмеялась. Неприятный осадок, который остался после посещения озера, испарился, и впервые за все эти дни я почувствовала себя беззаботной, как в детстве, когда наслаждаешься моментом и радуешься мелочам. Устав, я просто стояла, запрокинув к небу голову и наблюдая, как качаются звёзды.

На обратном пути мы практически не разговаривали. Один раз я оступилась в темноте, и Михаил тут же меня поддержал, а потом взял за руку. Я не сделала попытки освободиться. Его ладонь дарила приятное тепло. Мы с Денисом часто гуляли, держась за руки, и сейчас это дало ощутить чувство комфорта и защищённости.

Проводив меня до калитки, Михаил нарушил молчание, спросив:

— Какие планы на завтра? Предлагаю показать тебе днём самые интересные места здесь.

— Надеюсь, у вас больше нет никаких подозрительных камней? — шутливо спросила его.

— Могу заверить, что твоя реакция на камень самая оригинальная, — улыбнулся он. — Между прочим, к нему со всей округи женщины ходят.

— Пусть ходят, кому надо, — ворчливо заметила я.

— Неужели, совсем замуж не хочешь?

— Скажем так, в последнее время одно упоминание о замужестве вызывает у меня стойкую аллергию.

— Ты его сильно любила? — Михаил решил прозондировать почву насчёт моего расставания с женихом.

— Не знаю, — пожала я плечами. — До него не любила. Не с чем сравнивать. Да и как можно измерить любовь? Чувства или есть, или их нет… До сих пор не могу привыкнуть к тому, что мы не вместе.

— Твой бывший полный дурак, раз потерял тебя.

— Он замечательный. Просто иногда так складываются обстоятельства… — туманно произнесла я. Как объяснить то, что иногда в твою жизнь врывается дейгасс и устанавливает в ней свои правила.

— Ты удивительная. Мало того, что ни в чём его не обвиняешь, так ещё и защищаешь, — в замешательстве и с толикой восхищения произнёс Михаил.

— Просто я знаю, кто виновен в нашем расставании, — невесело усмехнулась я.

Михаил пытливо посмотрел на меня, но я молчала, а он не настаивал на подробностях. Наоборот, решил сменить тему:

— Так во сколько завтра за тобой зайти?

Я отметила постановку вопроса: о нашей прогулке он говорил, как об уже решённом деле. Если с такой же уверенностью он ведёт и дела, то не удивительно, что они у него идут в гору.

— Завтра будет видно, — неопределённо ответила ему. Он хороший парень, но не уверена, что нам стоит сближаться. Вернее, уверена, что этого точно делать не стоит, если учесть, кто за мной охотится.

— Тогда я зайду днём. Скажем, часов в двенадцать.

— Михаил, ты приглашаешь меня на свидание? — нахмурилась я.

— Ни в коем случае. Просто давно не гулял по округе и хочу посетить места давней боевой славы, а в компании красивой девушки делать это намного приятнее. Заодно и тебе покажу местные достопримечательности, — с самым честным видом заверил он, тщательно пряча улыбку.

— До завтра, — скрепя сердце произнесла я и постаралась освободить свою ладонь, которая до сих пор находилась в его руке.

— До завтра, — ответил он, но вместо того, чтобы меня отпустить, потянул на себя. Я еле успела уклониться, и получила смазанный поцелуй в щёку.

Я испугалась. Нет, не поцелуя — за него. Ведь если бы он меня поцеловал, его запах держался бы на мне весь завтрашний день, а меня могут в любой момент найти дейгассы.

— Я сильно спешу? — тихо спросил он. Михаил меня не удерживал, и я отстранилась, взглянув на него.

— Ннет… Несколько неожиданно.

Чтобы не решил, что я не против повторения, осторожно постаралась освободить свою конечность. Он опять её удержал.

— Ты же не будешь обижаться за попытку?

— Нет, — уже более уверенно ответила я.

— Это хорошо, а то не хотелось бы завтра брать дом соседей штурмом. Сама понимаешь, у меня безупречная репутация… знают с детства… — шутливым тоном начал перечислять Михаил, рассеивая возникшее напряжение. Однако при этом он внимательно смотрел на меня, следя за реакцией. Увидев, что я усмехнулась, расслабился и, изобразив придворный поклон, поцеловал мне руку, после чего отпустил.

— Пока, — попрощалась я и начала отступать к калитке.

— До завтра.

Я оглянулась. Бросив на него последний взгляд, скрылась за калиткой.