Место, которое зовется домом - Лиззи Пейдж

Замечательно, что удалось собрать столько замечательных отзывов о детях, думала Клара. Будь у нее побольше времени, она бы, наверное, с бо́льшим успехом сумела продемонстрировать успехи своих воспитанников. Ну а бухгалтерские книги у нее всегда были в полном порядке. В общем, она, пожалуй, успела сделать все, чего от нее хотел мистер Соммерсби, и даже больше. Запечатывая конверт и на всякий случай его целуя, она чувствовала, что настроена весьма оптимистично. Даже если что-то ей и не удалось – хотя вряд ли это так, – то она, по крайней мере, вскоре получит резолюцию Совета.

Айвор прислал поздравительную открытку, но адресованную всем сразу, так что Клара не знала, что ей и думать. Правда, о Руби в открытке даже не упоминалось, и это было хорошо, однако там и ни слова не было ни о местопребывании Айвора, ни о его теперешнем настроении. Да и картинка ничем его не выдавала: там были изображены три далматинца, весело прыгающие вокруг рождественской елки, и было написано: «С Новым годом!» Судя по почтовому штемпелю, открытка была отправлена из Уэльса, но у Клары было такое ощущение, что никакого Айвора там нет, «и след его давно простыл», как выражаются сыщики из радиопередач.

Не то чтобы имелся хоть какой-то его след! Конечно же, никакого!

Клара поместила открытку от Айвора на каминную полку рядом с другой открыткой на тему Рождества Христова от адвокатской конторы «Робинсон, Брауни и Уайт». В этой открытке, написанной детским корявым почерком, выражались пожелания здоровья, процветания и мудрости в новом году – наверняка это писала Морин, догадалась Клара.

От отца она, как всегда, не получила ни строчки; он обычно с большим энтузиазмом готовился к Рождеству, рассылая добрые пожелания всем знакомым, однако на его единственную дочь это не распространялось. Клара в очередной раз постаралась уговорить себя, что ей на это плевать, но застарелая боль все-таки чувствовалась. Пришла поздравительная открытка (с подтаявшим снеговиком) от Харриса, ее прежнего начальника, но написана она была наверняка его женой, благоухающей всеми возможными парфюмерными ароматами. Клара также получила коротенькое милое письмо («мы в этом году поздравительных открыток не посылаем – надеюсь, ты понимаешь, почему») от матери Джуди. Терри, теперь уже бывшая воспитанница Грейнджа, тоже прислала очаровательную открытку и собственный рисунок: ее сияющие улыбками приемные родители в окружении цветов, и это здорово подняло Кларе настроение.

В почтовом ящике также была обнаружена поздравительная открытка – с рождественской елкой – без почтового штемпеля. Похоже, ее рано утром бросил туда сам отправитель.

Дорогая мисс Ньютон, спасибо, что верите в меня. Искренне Ваш, Джо.

Прочитав это, Клара прослезилась.

– Ты что, совсем не видишься с Джо? – спросила она у Морин. Иногда ей казалось, что она мельком видела его в городе, но никогда не успевала убедиться, что это действительно он. Она понятия не имела, куда он перебрался из мастерской Айвора, и мысль о том, что он в такую погоду, возможно, спит где придется (в конюшне, под открытым небом), – повергала ее в ужас.

– С Джо? Не-а, – небрежно бросила Морин, направляясь наверх, чтобы подготовиться к очередной вечеринке, намечавшейся у Джулиана. Кларе не хотелось считать Морин совсем уж бессердечной, однако она ничего не могла с собой поделать.

Виктор прислал длинное, полное пространных описаний письмо – на сей раз о жизни в Германии; в письме также чувствовался намек на то, что в его случае именно разлука способна пробудить в душе некие горячие чувства. Но Клара отнюдь не была уверена, что это и ее случай. В конверте был еще какой-то весьма зернистый снимок – Виктор и группа мужчин на редкость однообразной внешности на фоне Бундестага в Бонне. Клара кончиком пальца коснулась неясного изображения лица Виктора и попыталась вспомнить, как он выглядит в реальности.

Она была очень удивлена, получив открытку из Совета – до сих пор они что-то никаких поздравительных открыток ей не присылали. На открытке была стандартная рождественская сценка, изображающая вертеп, а под поздравлением стояла подпись: «Детский департамент Совета Саффолка». Эту открытку привезла с собой мисс Купер, заехав в Грейндж за два дня до Рождества с бутылкой вина.

– О! Шикарно! Чудесный подарок! – воскликнула Клара, чувствуя себя очень взрослой.

– Французское! – с гордостью сказала мисс Купер, словно этим все и объяснялось.

Анита и доктор Кардью уехали к его отцу в Сассекс, а миссис Гаррард собиралась провести праздники со своими родителями, жившими всего в получасе ходьбы на той же улице. Мисс Купер сказала, что на праздники тоже уедет к родителям. Ее отец работал бухгалтером, а мать помогала ему вести отчетные книги. Клара, которая очень любила слушать рассказы о нормальных семьях, спросила у мисс Купер, чем она собирается заниматься дома.

– Ходить в гости к родственникам и друзьям, развлекать всю их деревню – в общем, тоска! – поморщилась мисс Купер.

Клара кивнула – якобы с сочувствием, хотя подобная перспектива вовсе не казалась ей такой уж скучной. Для нее это звучало почти как полная идиллия.

– А что, Санта не придет? – спросила Рита. – Пег вот интересуется.

С недавних пор дети стали вкладывать в уста Пег те вопросы и замечания, которые не хотели произносить сами: «Пег интересуется, нельзя ли получить добавку?» «Пег, говорит, что Билли пукнул». Пег только хмурилась, и Клара, замечая это, сердилась и думала, как же все-таки дети несправедливы.

– Наверное, он решил, что мы были недостаточно хорошими, – предположила Джойс.

Клара понимала, что должна что-то придумать. В прошлом году Сантой нарядился Айвор, и теперь дети ожидали чего-то подобного. Вот ведь в чем беда – придумаешь для детей какое-нибудь развлечение, так они будут требовать этого снова и снова.

– Вы вели себя достаточно хорошо, – сказала Клара, – просто у Санта-Клауса слишком много дел, и он не может навестить всех детей.

Рита тут же надулась. Пег высунула сложенный трубочкой язык, что, возможно, было просто одним из ее упражнений с логопедом, а возможно, одним из проявлений грубости, в целом ей несвойственной; но спрашивать Кларе не хотелось.

Морин потянула Клару за руку.

– Вы ведь не думаете, что они в это поверят, мисс Ньютон?

Клара оглядела детей. Они выглядели вполне счастливыми.

– Не знаю.

– Вам следует сказать им правду. Всегда нужно говорить только правду, – сказала Морин, словно обращаясь к кому-то другому, а вовсе не к Кларе.

Санта к ним, может, и не пришел, зато Мэрилин прислала целую груду искусно запакованных посылочек, а еще открытки и строгое требование ничего до двадцать пятого декабря не распаковывать. Накануне Рождества Клара сложила все подарки под елку в гостиной и, глядя на них, чувствовала, как теплеет у нее на сердце. Дети, естественно, пришли в полный