Пермский Губернский 2. Корпорат (СИ) - Евгений Бергер

о проблемах, и что мне стоит с ней дружить. Думала, что я с ней играю… Ага, конечно. Логика зажравшейся богачки во всей красе!

— Что у нас с защитой сети? — поинтересовался я.

— Сильнейший «фаерволл»! Снаружи не проникнуть. Только изнутри и то не всем.

— Хорошо. Значит, создай за сегодня несколько фирм, через которые мы будем взаимодействовать со всеми «сомнительными» организациями, которые не относятся к деятельности «Искры». Получится?

— Да! Но мне понадобится помощь Галины.

— Договоримся. А теперь… — я взглянул на чашку с карандашами: — Можно ли расторгнуть контракт? Есть варианты?

— Контракт заверен печатями Артовых и Осокиных. И расторгается только по обоюдному согласию сторон. То есть… Ты не сможешь расторгнуть его в одностороннем порядке. — вздохнул кот.

— Почему ты меня не предупредил?

— Здрасьте-приехали! Я понятия не имел, что ты помнишь, а что нет. К тому же — сказал же тебе, что искренне верил в неактуальность данного мероприятия. Врачи говорили, что тебе хана! Артовы должны были разорвать контракт.

— Погоди, то есть — я не могу. А они — могут? Что за несправедливость?

— Там стоит четыре подписи. Тебя, твоих родителей, её и её родителей. Твои родители погибли. Сам ты был под надзором врачей и с меткой, что к тебе приставили Часового! То есть, ты был признан недееспособным.

— Выходит, мне нужно ввести в кому всех Артовых? — я злобно сузил глаза.

— Ты же сейчас шутишь? — с надеждой спросил кот: — Шутишь же? Да?

— Да, конечно, шучу. У меня пока слишком слабая армия, чтобы идти на столь серьёзный дворянский дом. А проникать в их поместье и устраивать покушение… Это уже крайняя мера.

— Про покушение… Это ведь тоже шутка?

— Да-да, не сцы. — отмахнулся я: — Что твоя жена сказала? Мне нужна конкретика.

— Она — не моя жена. Белла всё давила на то, что Ксюша хочет твоего развития. В общем, предлагала слить «Искру» с «Авиадвигателем». Корпорация «МегаАрт» сейчас преуспела в огромном количестве различных сфер. Только машины ещё не делают. Потом напомнила, что в двадцать один год — вы с Ксюшей должны пожениться в обязательном порядке. Дворянские контракты — частое явление. Увы…

— Погоди, а если она тоже откажется?

— Спокойно расторгните контракт. — пожав плечами, ответил кот: — Видишь, вы друг от друга не зависите. Поэтому последствий от обоюдного расторжения — не будет. Всё равно этот гад Кеша распродал все акционерные общества… Ублюдок!

— Ну, с другой стороны — три года. Есть время подумать. Договорюсь с девчонками, скажу, что уже завожу семью с другой. И дело в шляпе.

— Хе-хе… Нет, приятель. РАЗМЕННАЯ МОНЕТА. То есть, если тебя поймают за изменой и предъявят Имперскому суду доказательства — ты лишишься половины всего, что у тебя есть. Ещё и штрафные санкции наложат! Если бы всё было так просто, то какой смысл в этих контрактах? Говорю же — последствий не будет только в случае ОБОЮДНОГО согласия.

— Хранить верность с десяти лет? Они в каком веке родились⁈

— Типичные дворянские союзы, друг. — вздохнул кот: — Куча нюансов, из-за которых нельзя и дыхнуть неправильно.

— Спасибо маме с папой…

— Эй! — возмутился Семён: — Только родителей не трогай! Они были прекрасными людьми!

— Которые отдали сына в рабство? Да, прекрасными. Просто, замечательными… — я устало вздохнул: — В общем, надо будет встретиться и обговорить этот контракт… Артова же наверняка развязная девица? Все эти богачки — такие. Контракт же работает в обе стороны?

— К счастью, да.

— Вот и отлично! Сперва — поговорим. Если не договоримся, то будем действовать жёстко. Разведём их на ресурсы.

— Только не «акт любви и добра»! Она же девочка!

— Да, не… Зачем? Проследим и возьмём с поличным, как она развлекается, с каким-нибудь накаченным механиком из гаража. Или же заказывает себе жигало!

— А ты уверен… Что она именно такая? — уточнил Семён.

— Не уверен. Но, если да — дело в шляпе. И Артовым — конец. А если нет — обдумаю. Хорошо, что узнали сейчас… А-то закрути я с Викой всерьёз и всё.

— Да, надо выкручиваться. Я не хочу жить в одном доме с… Беллой. — кот поёжился.

— Кстати, а чего такого она с тобой делала, что ты её так боишься?

— Пристёгивала к кровати… творила всякие ужасы! Я был её игрушкой для плотских утех! И… она заставляла меня ей прислуживать! О… тебе лучше не знать, что там происходило, и какие кошмары мне пришлось пережить… И это в начале девятнадцатого века!

— Не понял, а причём тут век?

— В те года у буханки хлеба было больше прав, чем у женщин! А эта конченая — крутила мной, как могла. Унижала при всех! Говорила, что я… — Семён зажмурился и отвернул мохнатую моську: — Что я её «хороший мальчик»…

— И всё? — с разочарованием уточнил я.

— Этого было достаточно, чтобы надломить нестабильную психику могущественного мага!!!

— Ты преувеличиваешь. — я взглянул на смартфон: — О! Кстати, вспомнил про кучу скандалов про слив откровенных фото звёзд в сеть… Надо будет пробежаться по всем интернет пристанищам Артовой. Уверен, там тоже много интересного.

— Точняк! Отправка эротического контента — тоже нарушение контракта!

— Вот и славно. Раздавим этих Артовых, чтобы больше не лезли… — я взял фирменный карандаш, и начал крутить его в пальцах. Очень помогало сосредоточиться, между прочим.

Телефон загудел, а на экране высветилась смешная фотография Валентина Фарисовича, где он в ярко-жёлтой бабочке и с праздничным колпаком на голове.

— Слушаю. — ответил я.

— В… В… Ваша Светлость… — заикаясь, очень тихим голоском произнёс директор лагеря: — Вы… Вы можете… П… Приехать… П-п-пожалуйста… Пистолет… И кинжал… Я… Мне страшно за них… Меня…

— Так. Что случилось? Дышите глубже и говорите!

— Они… Они сказали, что убьют всех… Если вы не приедете… Сейчас…

— Вы в лагере? — карандаш разлетелся на мелкие кусочки. В крови начала бурлить неконтролируемая ярость, а свет в кабинете заморгал, словно в типичном фильме ужасов.

— Да… Прошу… Я уже своё отжил… Они — ещё нет…

— Еду.

* * *

Пожалуй, это были мои самые долгие двадцать шесть минут из всех. Я смотрел на пролетающие мимо здания, а из груди завывало подсознание, причитая: «Ещё немного… Ещё чуть-чуть…»

Почему там не было достойной охраны? Потому что, я искренне верил, что в этом мире на детей не нападают. Гуминиты в этом плане очень приличные существа. В большинстве своём…

Семён молчал. Я впервые видел у него настолько безжизненное и холодное лицо. А ещё он пару раз довольно нахально подрезал других участников дорожного движения и четырежды проехал на красный свет светофора.