Закон дитто - Анна Щучкина

наместник, Эжен. И собирался отправить имя после того, как глава наконец-то соизволить почтить нас своим присутствием.

Я отпил из кубка. Приятная нотка… дорогое вино. Но я все еще не понимал, к чему шел разговор. Конечно, Отто лютовал и продолжал отправлять запросы маррдерам, однако они раз за разом подчеркнуто вежливо отвечали, что пока не вправе сообщить имя главы.

А теперь оказывается, что главы вообще не было в Миралиласе.

– Вы хотите, чтобы я прямо спросил, какое имя назвал Ви… Джеймс? Именно поэтому нас выманили? Все ради имени?

Я обвел рукой трактир. Пара острых взглядов на мгновение блеснули из противоположного угла.

Возможно, мой язык развязал алкоголь, возможно, странная ситуация придала мне смелости задать вопросы. Возможно, вечное ощущение опасности стерло грань между здравым смыслом и бесстрашным безумием.

Эрнесто рассмеялся. Только в смехе не было ничего приятного. Колкий и острый, словно иглы вгоняли под ногти.

– Про «выманили» – это ты верно подметил. Но, согласись, при других обстоятельствах ты вряд ли стал бы слушать меня?

Я кивнул – он безусловно прав. Хуже бы обстояла встреча только с некромантами. Меня никуда не отпускали одного, и «маску» снимать было нельзя.

Поэтому я проявлял «любопытство», но не мог общаться свободно. Подмечал, записывал, немного хитрил. Искусно, как от меня и ожидала бабуля, – Кристен пока ничего не заподозрила.

– Дело в том, mio caro, что нам с великими матерями досадно. Очень, очень досадно. – Он достал белоснежный кружевной платок из нагрудного кармана и промокнул несуществующие слезы, а затем театрально провел рукой по лбу. – Что убийца брата до сих пор жив.

Я медленно осознавал его слова. Алкоголь тут же испарился из моей крови, а рассудок стал кристально трезв. Тщательно взвесив слова, я ответил:

– Александр мертв. Он мертв навсегда, как и положено предателю Империи.

– Я знаю. Слухи быстро разносятся, мальчик, – прошептал Эрнесто, облизнув уголок рта. Сверкнули острые клыки.

Мои ладони вспотели, а по спине прошел холодок.

Я вдохнул и выдохнул, выравнивая внезапно сбившееся дыхание. Существ не просто так не любили в Таррвании. Изначальные обитатели этих земель были настолько же необычны, насколько и опасны. И самыми пугающими считались маррдеры. Несмотря на их нейтралитет и даже равнодушие в вопросах политики, их отослали с континентальной Таррвании в первую очередь. Долгоживущие, хитрые, легко притворяющиеся людьми. И склонные к одержимости.

Если их умом завладеет какая-то цель, они пойдут на все, чтобы добиться ее.

Мой лоб покрылся испариной. Эрнесто, сильнейший вампир из старшего поколения, чего-то истово желал от меня.

Он обратился ко мне. Позволил увести Кристен, чтобы она не слышала наш разговор. Медленно до меня доходила очень странная и почти невозможная мысль…

Громкий смех отвлек мое внимание – в противоположной стороне трое подвыпивших торговцев о чем-то спорили. Результатом спора стал дерзкий поступок одного из них: поднявшись, тот под бурное одобрение сидящих залпом осушил графин и грохнул его об пол. Мелкий осколок, отскочив, стукнул по моему сапогу. Хозяйка всплеснула руками и бросилась к посетителям, но двое торговцев уже совали ей мешок с таффруками.

Отчаянный выпивоха, икнув, и сам грохнулся на стул. За столиком подальше двое остроносых мужчин переглянулись.

Зря, конечно, торговцы так открыто демонстрируют свои деньги и степень опьянения. Еще до утра обчистят, а может, и выпотрошат где-нибудь за темным углом. И как это их вообще занесло сюда?

А потом я увидел двух амбалов, молчаливо подпиравших стенки и хмуро смотрящих на тех остроносых. У каждого висело на поясе по кинжалу и клинку, а обтягивающая одежда подчеркивала мускулистые тела.

Конечно, торговцы пришли не одни. За этим последовала другая мысль – а мы-то одни. И подкрепление что-то не торопится…

Некому молчаливо охранять стражей, пока сам наместник беседует со мной в этом грязном трактире.

Я сморщил нос и чуть не рассмеялся. Кажется, алкоголь вновь ударил мне в голову. Иначе чем можно объяснить такое спокойствие.

Кристен-Кристен, чего желает Эрнесто? Зачем ему нужны стражи… Стражи. Я остановился на этой мысли и повертел ее с разных сторон, пока ползущее где-то вдалеке прозрение не осенило меня подобно первым рассветным лучам.

Так вот оно что.

Отложив подозрительно сочное мясо, при первом нажатии вилкой показавшее капли крови, я спросил:

– Кого из стражей вы подозреваете, наместник Миралиласа?

Эрнесто хищно улыбнулся, клыки выступили вперед.

– Правильный вопрос, мальчик. Только она давно покинула их ряды.

– Вы о прошедших обряд Анториса?

– Ты знаешь, о чем я говорю.

– Хотел бы, но у стражей только два пути – смерть на задании или беззаботная пенсия на одной из сторон.

Или третий путь, который не должен был стать реальностью. Горькой, болезненной реальностью, доказывающей, что в нашем Ордене сидит жирнющая крыса.

Маррдер откинулся на спинку стула и сложил руки на груди.

– Как самонадеянно. Песчинка за песчинкой падают мгновения, приближая падение Ордена. А вы отказываетесь признать его. Или нет? Признаете, ищете, но ничего не находите? – В его глазах вновь заплясали кровавые искры. – Вот поэтому маррдер и смог так легко проникнуть в Орден. Джеймс оставил несколько любопытных писем про никчемных людишек, истинно верящих в непогрешимость созданной системы. Только именно эта вера и сделала вас уязвимыми. Слабыми. – На его губах изогнулась усмешка, и он проникновенно шепнул: – Каково это, ощущать себя никчемным?

На голове стали подниматься волосы, и я подавил желание схватить кубок и осушить до дна.

Брат Джеймса, наследника марддеров, был широко известен в узких кругах стражей. И вовсе не из-за своей силы или положения.

Просто он был садистом с даром внушения.

– Эрнесто, простите мое непочтение, но я желаю узнать, что вы хотите от меня? Я младший страж, подконтрольный командиру. У меня нет никаких полномочий или особых сил, – тихо сказал я, как можно невозмутимее промокая салфеткой губы.

Становилось слишком жарко. Капля пота медленно скатилась по виску.

– Ты? – почти промурлыкал Эрнесто. – Я хорошо помню твои эмоции, Эжен. Смотрел, запоминал… а потом отпустил Александра в Подземный город. Якобы отвлекся, якобы дурачок. Запах лгунов так прекрасен. Мне не нужно читать мысли, чтобы распознать плохого мальчишку.

Он повел носом, принюхиваясь. Клыки удлинились, порезав ему губу. Эрнесто слизнул показавшуюся каплю крови.

Я подавил желание резко встать и выдал самую безобидную улыбку, которую мог:

– Наместник, о чем вы? Подземный город? Совершенно не понимаю…

– Знаешь, был у меня слуга. Славный парнишка. Болтал без умолку, любил истории рассказывать, – прервал меня Эрнесто. Его взгляд уперся во что-то поверх моего плеча. – Жаль, конечно, такой добрый малый был.

Последняя фраза прозвучала почти хищно. Я сглотнул.

– Был?