Женихи воскресают по пятницам - Дарья Донцова

Если не вдаваться в детали, то вроде в семье все шло хорошо, Стас окончил школу и поступил в медицинский вуз, Глеб учился в младшей школе. Елкин обожал «сводного» брата, всегда защищал его, помогал с уроками, ругал за двойки, один раз даже выдрал его ремнем за разбитое окно. Одним словом, старался исполнять в семье роль мужчины. На первом курсе Стасик записался в пионервожатые, уехал на все лето в Подмосковье и прихватил с собой Глеба…

Игорь Николаевич на секунду замолчал, потом спросил у старухи:

– Пока я ничего не напутал? Правильно озвучил факты? Хотя как раз в фактах я уверен, все события вроде гибели Льва и Елкиных отражены в соответствующих документах. Но вот как я составил ваш психологический портрет? Достоверно ли описал эмоции юной Розы?

Я, затаив дыхание, подслушивала совершенно не рассчитанную на мои уши беседу. Одна из фотографий, найденных мной в потайном кармане на изнаночной стороне свалившегося со стены ковра, запечатлела Глеба и Стаса во время их пребывания в пионерлагере. Похоже, Игорь Николаевич не лжет.

– Продолжай, – сквозь зубы процедила Роза.

– Значит, я понимаю ваш ответ как «да», – потер руки Игорь Николаевич. – Ладушки, идем дальше. А теперь вспомним о тех детальках, о которых я не сказал ранее. Принято считать, что дети впитывают атмосферу родной семьи, перенимают привычки родителей. А вот Стасик был похож на маму Розу. Еще будучи школьником, он завертел совсем не школьные отношения с одноклассницей Светланой и в результате девочка родила ребенка. Роза испугалась, что ей придется кормить еще два голодных рта, но отец Светланы не упрекнул дочь, но и выйти ей замуж за Стаса не разрешил. «Найдем кого-нибудь посерьезнее», – объявил он подростку, когда тот наивно явился с предложением руки и сердца. Мама Роза с облегчением выдохнула, а юная пара, несмотря на запрет отца девочки, продолжала встречаться тайком. Как бы дальше развивались отношения Ромео и Джульетты, не ясно, но Стасику не довелось стать дипломированным специалистом – на четвертом курсе его арестовали и отправили в лагерь, отнюдь не пионерский.

Я прикусила губу. Снимок со странным длинным зданием и шеренгой одинаково одетых людей перед ним! Мне следовало сразу догадаться, что это фото из колонии. Каким-то образом Стасик ухитрился передать его маме Розе, использовав оборотную сторону под письмо. Находясь в заключении, Стас продолжал заботиться о Глебе – просил не передавать ему посылок, а лучше купить на собранные Розой Игнатьевной деньги ботинки сыну.

– Стас не был вором или насильником, он хотел добыть денег для семьи, – пояснял Игорь, – поэтому пошел медбратом в подпольный абортарий. Студенту операции не доверяли, Стасик выносил тазы, стерилизовал инструменты. Но милиция накрыла незаконное заведение, и под суд попали все, включая Елкина. Станислав отсидел четыре года. Все это время Роза бегала по разным инстанциям, пытаясь выручить парня, писала прошения, изо всех сил боролась за Стаса, которого считала сыном. Кроме того, она постоянно ездила в колонию, привозила продукты, поддерживала Стаса и в конце концов встретила его у ворот лагеря. Счастью Розы Игнатьевны не было предела – Стасик освободился, тяжелое время испытаний позади, теперь все пойдет по-иному…

И правда, все потекло иначе.

Арест по-разному действует на людей. Одни впадают в ужас и никак не могут свыкнуться со своим положением. Другие быстро приспосабливаются к обстоятельствам и становятся либо своими в доску среди зэков, либо изгоями, тут все зависит от характера и смелости. Но Стасик избрал третий путь – за короткий срок бывший студент завоевал авторитет, подружился с нужными людьми, полностью освоился в мире криминала, и ему там понравилось.

Очутившись на воле, Станислав устроился на автобазу. Он выдавал водителям путевые листы, заполнял всякие документы. Тихий, неразговорчивый диспетчер не вызывал у шоферов никаких эмоций, его не замечали. Начальству интеллигентный, не пьющий сотрудник нравился. Работа-дом-работа – вот замкнутый круг, в котором вращался Елкин. Он не сблизился ни с кем из коллег, даже о его свадьбе народ узнал лишь потому, что Стас исчез из своей стеклянной будки с номерками-ключами на три дня. В жены он взял повзрослевшую девочку Светлану, которая верно ждала любимого из лагеря, и не изменил своим привычкам. Молодожены не устраивали вечеринок, не пили, не веселились. И никто не знал, кем же на самом деле является Стас. Никто, кроме Розы Игнатьевны. От нее было невозможно скрыть частые отлучки приемного сына по выходным и гостей, которые тенями проскальзывали в квартиру по ночам. А еще «сынок» обожал «маму Розу» и доверял ей как себе самому.

Стасик был «смотрящим» – так в уголовной среде именовался авторитетный человек, который разрешал споры уголовников, улаживал конфликты, держал общак, короче говоря, являлся хозяином вверенного ему района. Стасика уважали и боялись, и с каждым годом степень уважения и страха возрастала. А женился Стас на дочери одного из крупных цеховиков, подпольных советских бизнесменов-миллионеров, сумевших наладить незаконное производство товаров легкой промышленности, вечного советского дефицита. На тестя Стасика работали швеи-надомницы, строчившие женское белье, которое потом реализовывали нелегальные коробейники. Мужчина, не желавший отдавать дочь за глупого мальчика, понял, что Стас теперь авторитетный серьезный парень, способный в случае конфликтов с преступным миром защитить тестя, и дал добро на брак.

Глеб, родной сын Розы Игнатьевны, благополучно получил высшее образование, осел в каком-то НИИ и стал перекладывать со стола на стол бумажки. Глебушка, как и его мать, очень рано обзавелся ребенком. Роман появился на свет, когда папенька едва пошел в институт, его жена Анна была чуть старше супруга и страшно его ревновала. Их свадьбу оплатил Стасик, он уже переехал жить к своей жене, и многокомнатная квартира на Тверской безраздельно принадлежала Розе. Не надо спрашивать, каким образом простой медсестре удалось стать полновластной хозяйкой, как сейчас говорят, элитного жилья. Розу Игнатьевну после выписки Стасика могли выселить в простую «двушку» в какие-нибудь Черемушки, а апартаменты отдать госчиновнику. Но Стасик мог все, и его названая мать с братом остались в хоромах.

Глеб быстро понял, что его женитьба – огромная ошибка. Еще худшим испытанием для избалованного парня явилось отцовство. Звягин не хотел ребенка, на его рождении настояла Анна. Юный папаша не собирался гулять с младенцем, не предполагал носиться на молочную кухню и качать по ночам коляску. Вид потолстевшей, подурневшей Ани вызывал у мужа брезгливость. Глеб никак не мог себя заставить даже обнять супругу, о сексуальной близости речи не шло. В первые месяцы после родов Глеб увертывался от исполнения супружеского долга под предлогом заботы о здоровье жены.

– Дорогая, – проникновенно говорил он, – врачи не разрешают постельные утехи вскоре после появления на свет малыша, надо потерпеть месяцев пять, шесть, семь, восемь.

Аня радовалась заботливости мужа и даже похвасталась соседкам во дворе, какой у нее замечательный супруг. В отличие от молчаливой Розы, она была болтлива и, сидя у подъезда на лавочке, охотно рассказывала сплетницам о личной жизни.

Бабы подняли наивную девушку на смех.

– Мужик сразу свое потребует, – сказала одна.

– Едва из роддома приедешь, в койку потянет, – подхватила другая.

– Им только перепихнуться и надо, – мрачно заметила третья, – плевать на жену и младенца, подавай ему удовольствие. Если твой предлагает подождать, значит, у него другая есть.

– Точно, – согласился хор голосов, – он ходит налево. Глеб молодой, красивый, ты его старше, делай выводы. Не радуйся, что спишь спокойно, а заставь его тебя обслуживать, тогда на любовниц у охламона сил не хватит.

– Устрой ему взбучку, – посоветовали бабы, – хороший скандал необходим, без него мужики хамеют.

Семена упали на благодатную почву. Анна и без того была ревнива, часто ссорилась с Глебом, кричала: «Перестань смотреть на других! Вижу, как ты девок глазами ешь».

После беседы с кумушками Аня решила воспользоваться их недобрыми советами. Ночью она откровенно потребовала от мужа близости. Глеб попытался избежать любовных объятий, потом сдался, но ничего не получилось. Это женщина может зажмуриться и изобразить восторг от нежеланного интима, мужчина более прямолинеен. Если партнерша его не возбуждает, то, простите, упс!

Так и не сумев соблазнить мужа, Анна впала в ярость и устроила громкий скандал. Озлобленная женщина била посуду и орала так, что ее голос доносился до соседей даже сквозь толстые стены дома на Тверской. Роза Игнатьевна попыталась утихомирить невестку, налила ей каких-то капелек, но Анна разошлась еще больше и в конце концов запустила в окно табуреткой. Та разбила стекло и упала в детскую песочницу. Тогда Кира Иванова, жиличка с первого этажа, первый раз вызвала милицию.