Рейс 712 - Юлия Узун

– Как хочешь, – ответил Сэм, тщательно стараясь скрыть разочарование.

Очутившись на улице, Эндрю направился в сторону вокзала Манхэттена. Сознательно он не знал, куда едет. Но какое-то внутреннее чувство двигало им. Отдав за проезд восемь долларов, он доехал до станции «Джамайка». Оттуда пересел на поезд AirTrain до аэропорта Джона Кеннеди.

В само здание аэропорта мальчик заходить не стал. Он понимал, что внутри ему искать нечего. Он обогнул его слева и пробрался на взлётную площадку. Железные машины были повсюду. Несколько самолётов стояли в ряд, прикреплённые к телескопическому трапу. Работники аэропорта занимались своим делом, не обращая внимания на посторонних. С минуту постояв за крайней стеной здания и поняв, что на него никто не смотрит, Эндрю направился к месту, куда вело его внутреннее чувство.

Чтобы его не остановили, он схватил пустующую тележку, водрузил на неё свой рюкзак и, надев чью-то кепку оранжевого цвета, двинулся к ангарам. Сердце выпрыгивало из груди, но ноги шли вперёд.

Совершенно неожиданным стало то, что он увидел, добравшись до цели. В груди вспыхнуло тепло, стало радостно. Аэробус казался родным домом, куда он вернулся после нескольких дней скитаний. Невероятно было осознать, насколько сильно его тянуло сюда.

«Как мне забраться внутрь?» – подумал он, испытывая непередаваемое желание сесть в уютное кресло и улететь… обратно туда, где он не знал страданий и потерь.

Глазами он искал решение, как вдруг на плечо легла чья-то рука.

– Ну и что ты здесь делаешь, Эндрю?

Мальчик повернул голову и увидел любезную улыбку чернокожего мужчины. Это был Хьюго Пено.

***

Антон изменился. Настя заметила глубокие морщинки в уголках глаз. Темная щетина скрывала некогда мальчишеские черты, волосы серебрились и взгляд синих глаз стал каким-то потухшим, уставшим… нет той задоринки, что была в юности. Всё это казалось Насте странным и непривычным.

Заметив, что она разглядывает его, а не меню, Антон поднял голову и улыбнулся.

– Да, я постарел, Насть.

– Ты выглядишь… взрослее. Просто для меня это всё изменилось в одно мгновение, понимаешь? – Когда он кивнул, Настя сняла с пальца кольцо и протянула ему. – Оно мне уже ни к чему.

– Нет, – он согнул её кулачок и отодвинул от себя. – Это кольцо твоё. Пусть останется у тебя в память обо мне. Ведь я искренне любил тебя.

– Но это не правильно.

– Тогда продай его, если считаешь, что оно тебе не нужно. Ну, что я буду с ним делать?

Почувствовав лёгкое покалывание в подушечках пальцев, Настя быстро надела кольцо и вернулась к изучению меню. Только держать пластиковые страницы было сложно, пульсация увеличивалась и беспокоила девушку. Время вернуться к волнующему вопросу, поняла она.

– Антон, я хочу уехать из России. Сегодня, завтра… как можно скорее.

– Почему?

– Не знаю. Меня тянет в Нью-Йорк.

– Что ты там делать будешь? Где будешь жить? Ты же совсем не знаешь города.

– Я знаю пассажиров рейса. Знаю Лорен. Могу у неё пожить. Знаю, она против не будет, потому что одной ей страшно. За меня не волнуйся. Я всё продумала. Денег с продажи квартиры мне хватит на первое время. Потом… потом решу. – Она зажмурилась, снова открыла глаза. Буквы плыли перед глазами. Антон заказал вино. Как только официант отошел, Настя заговорила жалобнее: – На самом деле мне здесь нечего делать. Такое ощущение, что я переступила ту жизнь, которую должна была прожить, и теперь меня ждёт новая. Там… с самолётом.

– С чем?

– С… А что я сказала?

Антон нахмурился, ничего не понимая.

– Ты сказала – с самолётом.

– Я так сказала? – она нервно рассмеялась. – Нет же! Я имела в виду Лорен, ведь она – пассажирка одного рейса.

– Или ты имела в виду Томми?

На секунду Настя застыла. Разум затуманился, хотя она не сделала и глотка из своего бокала. Её вдруг затошнило.

– Я бы съела чего-нибудь. И давай уже приступим к чтению документов, – ловко сменила тему Настя и схватилась за папку.

За обедом они прочитали документы, обсудили важные вопросы и по пунктам расписали план. Антон тут же созвонился с адвокатом и назначил на утро встречу. В ресторан адвокат с ними не поехал, оправдавшись срочной работой. Поэтому пришлось разбираться самим.

Потом они немного выпили, и Насте удалось расслабиться. Она расспрашивала Антона о его жизни без неё, попросила рассказать о том, как он познакомился с женой. С большой неохотой Антон рассказал, что Рита появилась в его жизни совершенно неожиданно: они встретились на корпоративной вечеринке и сразу в ту же ночь переспали. Антон не выбирал женщин. После потери Насти ему было сложно строить отношения. Рита была обеспеченной женщиной и могла повлиять на его будущую карьеру. Он сказал себе – почему нет? Любовь в этом мире ничего не решает. Однако любовь всей его жизни сидела сейчас перед ним и совершенно не изменилась. Настя осталась такой, какой он видел её последний раз.

Глядя на неё, Антон боялся проснуться. Боялся увидеть, как растворится её образ. Успокаивал тот факт, что кроме него её видели другие люди.

После ресторана Настя пожелала пройтись пешком, поесть сладкой ваты и просто вспомнить безумные деньки на московских улочках. Антону казалось в тот момент, будто он вернулся в свою молодость.

Они прощались у подъезда дома Настиного отца. Антон взял её за руку и пристально посмотрел в её серые открытые глаза. Ладошки в тёплый летний вечер были ледяные.

– Насть… Настюш, я не хочу с тобой вновь расставаться.

– Я не понимаю.

Он набрал в лёгкие побольше воздуха. Говорить было нелегко.

– Когда я услышал, что самолёт исчез… когда понял, что… потерял тебя, я готов был покончить с жизнью, чтобы оказаться рядом и узнать, что же всё-таки случилось. Со временем я пережил потерю, но больше не влюблялся. Я не люблю Риту и никогда не любил. Я…

– Антон…

– Подожди, дай договорить. – Он приблизился ещё на шаг и положил руки на её талию. – Я до сих пор люблю тебя, Настюш. Прости меня. Прости за то, что не поехал с тобой. Прости, что состарился без тебя. Но я ведь не безнадёжен, да? Мне сорок один и деньги есть… Послушай, мы можем поехать в Нью-Йорк вместе. Скажу Рите, что у меня дела. Ей начихать. Поедем вместе, а? Я не